Кирилл Мошков - Возвращение из отпуска

Ознакомительный фрагмент

- Помогу, господин капитан, - шагнул Легин к его креслу. - Лейтенант Таук, сэр.

- Капитан второго ранга Дрост, сэр, - отозвался капитан тем же ворчливым тоном. - А это кто еще там?

- Йонас Лорд, журнал "Экспансия", - отозвался Лорд от дверей.

- А, "Экспансия"... Да сядьте там, не стойте, а то, не ровен час, заблюете мне тут все при гипере, едритьевовдушу...

Капитан и Легин молча, осторожно обменялись перчатками такт-сенсоров. Легин сел в кресло, пробуя пальцами послушность двухсотметровой махины корабля.

Как любой гренадер, он мог управлять любым кораблем в Галактике, даже и в экстренном режиме, хотя это не было главным в его профессии. Капитан ничем не рисковал, отдавая ему управление: тренированный гренадер сделает это лучше, чем он, годами ходящий по одному маршруту на одних и тех же графиках.

- Гренадер, гренадер, - ворчал он, опуская грузное тело в кресло дублера рядом с Легином. - Это очень вовремя. А то б я не удержал, сорвал бы гипер, лязнулись бы мы. Отвык я. Четырнадцать ведь лет на этой посудине каждую неделю. Гипер за Новым Солнцем, гипер за Толиманом, и прилетели... А тут экстренный гипер, да я ж лет пятнадцать как на экстренных не ходил...

- А в чем дело, господин капитан? - осведомился Легин, освоившись наконец с управлением. - Почему экстренный?

- Э-эхх... - махнул капитан рукой, с сомнением глядя на Легина. - Лейтенант... Какая- то каша в Космопорте... Приказ по Звездному флоту: минуя промежуточные станции, на экстренных идти в Космопорт, неустойки флот берет на себя... - Помолчав, старик осторожно добавил: - С вашими, с Конфедерацией какая-то буча.

Легин поднял левую бровь.

- Что?

Капитан долго с сожалением кряхтел, потом проговорил:

- Да вроде Его Величество предъявил Конфедерации ультиматум.

Легин сжал зубы.

- А точнее?

- Не знаю я, лейтенант! Не знаю! - вдруг взмахнул красными руками толстяк. - Ну не знаю! Приказ по флоту: идти в Космопорт на экстренных гиперах. И все. И без объяснений. И точка. - И, без перехода: - Связь, включите, что ли, "нулевку", ну в самом деле, хоть узнать, чего там, едритьевовдушу.

Связист за дальним пультом принялся нашаривать в эфире "нулевку", диапазон, слышимый через гиперпространство по всей Галактике, а Легин тем временем, отслеживая программу, уже негромко командовал:

- Штурман, снимите у себя Т-режим с графиков и вводите мне. Энергия, что у вас?

- Девяносто шесть шестьдесят, - отозвался энергетик, а навигаторы наперебой забормотали:

- Конец восьмой стадии. Курс расчетный. Кривизна траектории расчетная. Ориентиры расчетные. Пеленги есть. Пеленг бакенов есть.

И тут громко, с вечным своим металлом в голосе заговорил в рубке Сергей Смеянцев, диктор радио "Космопорт Галактика", самой мощной радиостанции во Вселенной - голос этот был знаком миллиардам людей в Галактике и уж, во всяком случае, всем, кто в последние пятнадцать лет имел отношение к космическим полетам. Передачи "Космопорта Галактика" можно поймать где угодно, в самых отдаленных уголках Галактики; и если наравне с ними в ближней ее части слышны в "нулевке" и "Земля- Один", и "Планета Земля", и "Радио Галактика", и сотни других станций, то, к примеру, в районе Ядра хорошо принимаются только "Земля-Один" и "Космопорт Галактика", а на противоположном конце Галактики радиобакены "нулевки" доносят до редких поселенцев только сухие голоса дикторов "Космопорта".

- ...поддавшись провокационным слухам, - читал Смеянцев, - правящая верхушка Конфедерации человечеств развязала невиданную истерию лжи и обмана в отношении работающих в Конфедерации подданных Галактической Короны. Любой и каждый Наш подданный принужден был проходить официальную унизительную процедуру регистрации, не говоря уж о других ущемлениях прав и свобод Наших подданных.

- Что за бред, - фыркнул было первый штурман, но вся полетная бригада на него тут же грозно закашляла.

- С этой же лавиной клеветнических слухов и измышлений связываем Мы тот факт, - продолжал диктор, - что вся сеть дипломатических представительств правящей верхушки Конфедерации человечеств в последние месяцы оказалась втянута в невиданную доселе в отношениях Нашей империи и этой так называемой исторической прародины человечеств кампанию подзуживания и намеков, направленную на то, чтобы усилить прискорбные центробежные тенденции и ускорить отпадение от Короны нескольких планет, именовать которые здесь было бы излишним и которые давно являются предметом вожделений растленных военно-промышленных, плутократических и иных кругов Конфедерации человечеств.

- Манифест Пантократора, - мрачно пробормотал капитан.

По спине Легина полз холодный пот. Происходило нечто чудовищное, неслыханное. И, увы, весьма укладывающееся в настроения последних лет, когда бывать в Империи стало почти физически невозможно из-за атмосферы безнадежной, душной тревоги, мучившей всех неосознаваемо, но неотступно.

В эфире повисла тягостная тишина, пробиваемая лишь слабо попискивающими маяками.

Легин ощущал себя в нелепом положении. Он, офицер Космофлота Конфедерации, вел сейчас корабль Звездного флота Империи - в те минуты, когда в эфире звучали эти чудовищные слова и уже не было никакого сомнения в том, что будет сказано сейчас.

И тут вдруг старик капитан, красномордый ворчун, хлопнул Легина по плечу, едва не заставив его свести корабль с курса, и проворчал:

- Да ладно, не боись, лейтенант. Мы-то ж люди, все ж понимаем, едритьевовдушу... Ладно?

- Мы ж не гады какие, - проговорил осмелевший первый штурман, и тут диктор грянул опять:

- Исходя из изложенного выше, Мы, Галактический Пантократор, пятьдесят восьмой Суверен Империи Галактика, сюзерен четырнадцати Вассальных Монархий, наследственный и пожизненный Глава двадцати трех Автономных Государств и девятнадцати Автономных Планет в составе Империи, наследственный и пожизненный Президент Автономной конфедерации Телем, король шестнадцати Автономных Королевств - Доминионов Империи, наследственный и пожизненный Глава семи Автономных Планет - Доминионов Империи, соправитель шести кондоминиумов, наследственный архиепископ Священного Камня и глава Церкви Единого Сущего в Империи Галактика, кавалер Ордена Млечного Пути Роберт Двенадцатый Хайнсдорфмюллер, повелели установить с нуля часов первого октября сего года особый режим отношений с Конфедерацией Человечеств, включающий:

- запрет на полеты между Космопортом Галактика и Солнечной Системой;

- арест находящихся в портах Империи судов и кораблей Конфедерации;

- запрет на полеты между планетами - владениями Империи и планетами - владениями Конфедерации;

- закрытие границ Империи на разделенных планетах;

- установление жесткого контроля за полетами между портами Империи и любыми портами Периферии;

- запрет на въезд в Империю граждан Конфедерации;

- немедленное объявление всех подданных Короны, находящихся за ее пределами, защищенными особым, вплоть до применения военной силы, покровительством Короны;

- приказ всем подданным Короны, имеющим такую возможность (кроме Нашего Чрезвычайного и полномочного посла на Земле и его контингента), немедленно вернуться в Империю;

- арест имущества Конфедерации, а также любых зарегистрированных в Конфедерации фирм, компаний, трестов, синдикатов, общественных, благотворительных, религиозных и иных организаций, а также частных лиц - граждан Конфедерации на всей территории Империи;

- интернирование граждан Конфедерации, находящихся на территории Империи на момент начала действия настоящего Манифеста, кроме Чрезвычайного и полномочного посла Конфедерации человечеств при Нашем дворе и его контингента.

Манифест вступает в действие немедленно. К подлинному руку приложил - РОБЕРТ, - закончил диктор и умолк. Грянул гимн Империи.

В рубке никто не встал.

Старик капитан продолжал держать руку на плече Легина, и Легин ощутил легкое похлопывание.

- Не боись, лейтенант, - повторил капитан. - Мы - люди. Слышь, едритьевовдушу, не проспи. Первый режим подошел.

Легин кивнул и, прокашлявшись, скомандовал:

- Внимание. Режим точки входа. Штурман, отсчет.

Глава вторая

Журналист Йонас Лорд вышел из шлюза в широкий желто- зеленый коридор. На месте обычного паспортного контроля стояли пятеро полицейских, перегораживая проход. За стойкой контроля сидел шестой, пожилой толстяк в ранге инспектора.

Лорд привычно махнул красной пресс-картой и хотел было пройти мимо, как вдруг двое полицейских молча ухватили его за локти.

- А ну стой, - взревел инспектор из- за столика. - Паспорт! Идентифик! Полетные документы!

- Протестую, - быстро сказал Лорд. - Я журналист.

- А меня не волнует! - заорал инспектор. За спиной Лорда уже гудела целая толпа пассажиров "Чосера". - Быстро, документы! Ты, конфедератская рожа!