Джин Кун - Арена

Остроконечный камень проткнул основание трубки, хоть это и оказалось нелегко. Теперь оторвать от плаща кусок ткани, заткнуть в трубку и забить его внутрь палкой. Затем затолкать туда овальный алмаз, и ещё кусок ткани, и снова забить внутрь. И, наконец, кусок кремня; теперь ему не надо искать крупный, сгодится и маленький кусочек.

– Капитан, – ожил передатчик у него на поясе.

Кирк не ответил.

– Капитан, взгляните правде в глаза. Скрываться бесполезно. Если всё упрётся в то, кто из нас раньше умрёт от голода, я думаю, что выносливее Вас. Почему бы Вам не выйти и не умереть, как подобает воину?

Кирк не отозвался. Оторвав от своего плаща ещё кусок ткани, он снова и снова ударял над ним кремнем о передатчик, используя прибор – наконец-то он для чего-то пригодился! – вместо огнива. Искры падали на ткань, но она упорно не желала воспламеняться. Если она несгораемая…

– Вам не под силу со мной справиться, – продолжал передатчик. – Так давайте покончим с этим. Я буду действовать быстро и милосердно.

– Как на Цестусе 3? – спросил Кирк.

– Вы вторглись в наше пространство, – ответил передатчик. – Вы создали форпост на нашей территории. Естественно, мы уничтожили его.

Не прекращая высекать искры, Кирк всё же задумался. Возможно, то, что говорит этот горн, и имеет смысл – с его точки зрения. Мало что было известно об этом секторе Галактики; возможно, горны имели полное право считать его своим – и быть обеспокоенными созданием там базы и прибытием такого большого корабля, как "Энтерпрайз". Тем не менее…

Ткань задымилась. Кирк поднёс её к губам и стал осторожно дуть. Огонёк начал потихоньку разгораться.

– Ладно, горн, – сказал Кирк в передатчик. – Идите сюда и убейте меня, если считаете, что сможете. Я под выступом скалы чуть дальше того места, где вы устроили свою ловушку.

Послышалось резкое шипение, а затем чёткое постукивание когтей горна, бегущего по дну оврага. Кирк просчитался. Противник был намного ближе, чем он думал – и намного быстрее. Капитан стал лихорадочно нацеливать неуклюжую бамбуковую трубку.

Вот показался горн – он нёсся прямо на него, подняв свой нож. Кирк приложил горящую ткань к заткнутому концу трубки – самодельная пушка сработала, издав оглушительный грохот. От толчка Кирк не устоял на ногах; пещерка наполнилась едким дымом.

Кирк торопливо вскочил. Дым рассеялся, и он увидел горна. Тот неподвижно лежал, отброшенный к противоположному склону. Алмаз раздробил ему плечо; но, кроме того, на теле у него было ещё с полдюжины ран, из которых текла кровь – там, куда попали мелкие алмазные песчинки, вылетевшие из бамбуковой трубки вместо того, чтобы возгореться.

Нож валялся между ними. В мгновение ока Кирк схватил его, бросился на неподвижно лежащего горна и занёс нож над одной из ран.

– А теперь, – хрипло сказал он, – посмотрим, так ли прочна твоя шкура!

Горн не ответил. Он был в сознании, но казался оглушённым падением. Всё было кончено. Оставалось лишь нанести удар.

Кирк почувствовал, что не может этого сделать. Он медленно поднялся.

– Нет, – сказал он. – Мы оба в ловушке. Вы пытаетесь спасти свой корабль, точно так же как я пытаюсь спасти свой. Я не стану убивать Вас за это.

Чувствуя внезапный прилив ярости, Кирк поднял голову.

– Слышите, вы? – закричал он в зеленоватое, лишённое солнца небо. – Я не стану его убивать! Поищите себе другое развлечение!

Наступило тишина. Кирк смотрел сверху вниз на раненого горна, а горн смотрел на него. И хотя переводчик его разбился при падении и он не мог знать, что сказал Кирк, страха в его взгляде не было.

А затем он исчез.

Почувствовав внезапную усталость, Кирк опустился на камень. Правильно он поступил или нет, но шанс он упустил. Метрон унёс горна.

Послышалось негромкое гудение, похожее на то, которое он – казалось, это было так давно! – слышал на борту своего корабля перед тем, как на экране появился метрон. Кирк обернулся.

Под каменным выступом материализовался незнакомец. Вид его вовсе не был грозным – в отличие от его голоса. И он был очень красивым. Выглядел незнакомец, как восемнадцатилетний юноша.

– Вы – метрон, – сказал Кирк равнодушно.

– Да, – отозвался незнакомец. – А Вы удивили нас, капитан.

– Чем? – спросил Кирк без особого интереса. – Тем, что победил?

– Нет. У нас не было предположений, кто из вас победит. Вы удивили нас тем, что отказались убить горна, хотя преследовали его корабль именно с целью уничтожения.

– Это было другое, – сказал Кирк. – Это было необходимо.

– Возможно. Это мысль нова для нас. При сложившихся обстоятельствах будет только справедливо сказать Вам, что мы Вас обманули.

– В чём именно?

– Мы сказали Вам, что корабль побеждённого будет уничтожен, – пояснил метрон. – На самом деле угрозу для нас представлял победитель – как представитель более сильной, более жизнестойкой расы. Это его корабль мы планировали уничтожить.

Кирк, шатаясь, поднялся на ноги.

– Только не мой корабль, – угрожающе произнёс он.

– Нет, капитан. Мы изменили свои намерения. Пощадив своего беспомощного врага – который, несомненно, убил бы Вас, будь он на Вашем месте – Вы выказали склонность к милосердию. Этого мы не ожидали – и получается, что победителя нет.

– А что вы сделали с горном?

– Мы вернули его на его корабль. В случае с Вами, мы неправильно истолковали Ваши побудительные мотивы. Вы искренне считали, что уничтожение корабля горнов послужит сохранению мира, а не нарушит его. Если хотите, мы уничтожим их корабль.

– Нет, – торопливо произнёс Кирк. – В этом нет никакой необходимости. Это было… трагическое недоразумение. Теперь, когда мы установили контакт, мы сможем вести с горнами переговоры и добиться соглашения.

– Очень хорошо, – отозвался метрон. – Возможно, нам также следует встретиться с вами – через несколько тысяч лет. В любом случае, для вас есть надежда.

А затем, внезапно, Кирк оказался на "Энтерпрайзе".

На мостике произошла суета. Первым возле Кирка очутился Маккой.

– Джим! Ты в порядке?

– Честно говоря, – оглушено произнёс Кирк, – не знаю. Хотелось бы, чтобы меня перестало швырять с места на место.

– Насколько я понимаю, – сказал Спок, – Вы победили. Как Вам это удалось?

– Да… похоже, я победил. Я не совсем уверен. Я-то думал, что смог победить, заново выдумав порох – с алмазной пылью вместо древесного угля. Но метроны сказали, что я победил потому, что оказался мягкотелым. Не знаю уж, какое из этих объяснений правильное. Всё, что метроны сказали мне – что мы наиболее жизнеспособный вид – вроде хищников.

– Я сам не смог бы действовать лучше, – сказал Спок. – Но, капитан, мне было бы интересно узнать, о чём Вы говорите – когда, разумеется, Вы почувствуете себя в силах.

– Да уж, – сказал Кирк. – А пока что – все по свои постам. Пора приниматься за дело. И мистер Спок, насчёт этого объяснения…

– Да, сэр?

– Полагаю, Вам следует вернуться к этому вопросу… скажем, через несколько тысяч лет.

– Да, сэр.

Самое странное, подумал Кирк, то, что Спок ждал бы всё это время, сумей он придумать, как ему прожить так долго – а затем не забыл бы повторить свой вопрос.

Кирк надеялся, что к тому времени у людей будет ответ.