Маршрут перестроен - Олег Яковлев

приветливо распахнувшиеся перед ними автоматические двери кают-компании.

– Добро пожаловать. Располагайтесь. Приятного аппетита, – бросил им напоследок Викки Зор всем своим видом показывая, что предпочёл бы отвести пленников за борт и отправился по своим делам.

Это было, просторное помещение: светло-серые углеродные панели на стенах, незнакомое цветущее дерево в кадке по центру, аккуратные круглые столики с бирюзовыми столешницами – из типовой комплектации прогулочных лайнеров федерации. Если не знаешь, ни за что не поймёшь, что попал в логово пиратов. По крайне мере, таких пиратов, которыми любят пугать жителей галактики пропагандистские буклеты – там они как на подбор – грубые, грязные, опустившиеся и малоприятные в общении личности. Впрочем, возможно, пропаганда и не врала…

Две дюжины глаз с неприязненным любопытством уставились на вошедших. Друзья заметили среди присутствующих старых знакомцев, бравших их корабль на абордаж. Тощий Жирафа гонял соломинкой лёд в стакане с какой-то ядрено-фиолетовой жидкостью. Страсть к живописи у долговязого, похоже, распространялась на все доступные взгляду участки тела: и руки до плеч, и лицо – сплошь были покрыты сплошным узором затейливых татуировок. Дроидоподобное существо, кажется, его звали Солянка, скалясь, держалось за челюсть. Под механическими пальцами раздавались отчётливые щелчки – зубной протез намекал на необходимость ремонта. За дальним столиком в углу, в одиночестве, что не удивительно, восседал памятный крепыш Тони Лапка со своим длиннохвостым любимцем. Отвадивший собеседников питон дремал прямо на столике перед хозяином, свернувшись гигантской улиткой. Сверкающие глаза давали понять, что рептилия и не думала спать, хищно рассматривая окружающих.

– О, балласты пожаловали, – проскрежетал обладатель вставной челюсти, прервав не слишком успешный процесс пережёвывания пищи. Сервоприводы натужно загудели, киборг несколько раз двинул себя ручным протезом в зубы, потом невпопад клацнул ими, после чего раздражённо выплюнул кусок чего-то недожёванного на пол и недобро оскалился: – Сегодня на завтрак свежее мясо?

Рядом что-то довольно пробулькал хозяин питона, да и сама животина заметно оживилась, услышав про мясо.

– Доброго вам дня, уважаемые бандиты, – нимало не смутившись оказанным приёмом заговорил Дик. – Мы тут…

Тяжёлая рука Стаса опустилась ему на плечо и оборвала пафосную речь на полуслове.

– Старший помощник Эммер, я бы попросил вас…

Когда Стас начинал говорить в такой манере, Дик обычно предпочитал отставить в сторону шутовской тон и перейти в режим серьёзности – в оценке опасной ситуации капитан ошибался редко.

В помещении раздались смешки.

– А они забавные.

– Чтоб мне об астероид убиться.

– Непуганые и наглые.

– Чёрная дыра по ним плачет.

– Воображают, что они на своём корыте.

– Отлетались вы теперь надолго…

– Пусть вместо дроидов коридоры драят.

– Зачем они нам, с ними проблем на сто парсеков.

– С такими надо не беседы вести, а в расход отправлять.

– Господа, – Стас примирительно поднял руки. Улыбка самая обезоруживающая. В голосе щедро расплёсканы дружелюбие и покладистость. – Давайте не будем ссориться. Мистер Маклер гарантировал нам тёплый приём и… – он пощёлкал пальцами, – надёжный контейнер для сделок.

Его слова встретил возмущённый гвалт, из которого следовало, что иномирец не входил в число друзей разношёрстной шайки.

А Стас продолжил:

– Уверен, мы сможем быть взаимополезны друг другу, ведь впереди долгое и, надеюсь, плодотворное сотрудничество.

– Довольно трёпа. Ты здесь не клиентам в турбины дуешь, придурок, – один из пиратов в заляпанном мятом комбинезоне и всклокоченными грязными волосами, давно не встречавшимися с расчёской, отлепился от модного хромированного стула и небрежной походкой подошёл к застывшим в напряжении друзьям. Те с удивлением обнаружили, что перед ними девушка. – Н-да. Какой живности только не встретишь в космосе. Вечно Эли тащит на базу всякий мусор. Руки!

В настороженной тишине Стас и Дик послушно последовали приказу.

Недружелюбная барышня рванула молнию на кармане комбинезона и вытащила из него два блестящих плетённых жгута. Хлёсткое движение – и тонкий браслет обхватил запястье Стаса, некоторое время елозил по руке, регулируя размер и обдирая кожу, после чего пикнул и следом из коммуникатора, болтавшегося на поясе пиратки, послышался отчёт: «Объект зарегистрирован». Следом той же процедуре подвергся и Дик.

– Не очень любезный приём, – проворчал Стас, потирая запястье с врезавшимся в тело неудобным браслетом: – Но учитывая ваши сомнения, вполне объяснимый…

– Молчать! – рыкнула на него мучительница. – Теперь вы всецело принадлежите нам, мальчики. При попытке предательства, эта милая штука оторвёт вам руку и, если очень повезёт, то при взрыве не затронет других жизненно-важных органов. Она очень хитро запрограммирована, в том числе на распознавание определённых слов, чувствительность от тысячной доли децибела в радиусе десяти метров. И ещё, даже не пытайтесь от неё избавиться, взрывной контур настроен в том числе на разрыв цепи. Усекли? – и, не дождавшись ответа, щелкнула парой кнопок на коммуникаторе. Серебристые жгуты заискрились, и приятели вскрикнули – полученное украшение оказалось электропроводным. – Так понятнее?

– Вполне, – нехотя, процедил Стас.

– Ну так-то, да, – морщась от боли, подтвердил Дик. – Доступно объяснили.

Пиратская команда в столовой одобрительно загудела. «Быстро сдулись»… «Обломались на крутом форсаже»… «Здесь вам не по федеральным трассам на автопилоте лихачить…»

– Славные мальчики, – осклабилась пиратка. – Меня зовут мисс Селен Райс. Очень рекомендую запомнить с первого раза. Не люблю, когда забывают моё имя.

– Селен, лапочка, – раздался за спиной у новобранцев пиратской команды знакомый голос. – Наш непревзойдённый гений и сама любезность.

Мистер Кирби широко оскалился: гримаса должна была означать радушие, жаль, не слишком успешно. Рядом с ним с непроницаемым выражением лица стояла уже знакомая обладательница ледяных глаз с позывным «Деметра». Если бы не этот взгляд, стройная подтянутая шатенка в плотно облегающем фигуру серебристом платье, вполне могла сойти за участницу шоу для домохозяек «Мадемуазель Идеаль». Те, кого красотка пренебрежительно называла «балластами», с трудом стряхнули наваждение и заставили себя перестать глазеть, понимая, что ничем хорошим это не кончится.

– Селен, как обычно, сама предусмотрительность, – сквозь зубы протянула Деметра. – С привлекательностью и повадками калькулятора.

– Ну хоть у кого-то же в нашей компании должны быть мозги, а не только плазмомёты, кулаки и бахвальство.

– Агрессия – признак неуверенности в себе, сладенькая моя, – елейным голосом пропел мистер Кирби. – От неё портится пищеварение и кожа.

– Не твоё дело, Кэл. – в отличие от сдержанной Деметры, Селен Райс не собиралась молчать в ответ: – Или хочешь проверить от чего еще может испортиться кожа?

Лысый пират демонстративно развёл руками, повернувшись к Стасу и Дику.

– Вот в такой атмосфере, драгоценненькие мои, нам приходится работать. Спешу успокоить – в целом мы милейшие люди, просто обстановка обязывает.

– Придурки, трусы и тупицы, – продолжила накручивать Селен. – Одно только название – пираты. Кометоносцы недосбитые.

– Заверши-ка рекурсию, милая, – контур визуального комм-интерфейса мистера Кирби