Бракованные мужья для землянки - Майя Хоук

улыбается, и у меня прямо немного теплеет внутри.

— С того самого, про который я тебе говорил.

— То есть она твоя? — переспрашиваю.

Айт кивает, глядя мне в глаза, и я чувствую, что снова плыву. Проклятие! Что-то есть в этом парне демоническое или волшебное — понятия не имею!

— Да. — Айт разворачивается и приглашает меня жестом войти.

— А… а как же Зана? — Я чувствую, что нам необходимо прямо сейчас расставить все точки над «i».

— А что ты хочешь о ней знать? — напряженно говорит Айт.

Пожимаю плечами. Мне как-то вдруг становится неудобно. Я лезу к парню с вопросами, как будто он — моя собственность, хотя больше похоже на то, что нет.

— Оставь рыжего, — возникает за моей спиной Дан. — Он же у нас особенная птица.

Айт провожает блондина не самым добрым, но при этом и не злым взглядом. Скорее в мимике рыжего сквозит раздражение. Дан как будто специально задевает бывшего побратима плечом. Потом рыжий щурится и заходит в дом.

— Я соберу вещи, — произносит он.

Мне не остается ничего, кроме как стоять и удивляться. Какие вещи? Почему Айт отменил аукцион? Было ли у него такое право? Зачем он встречался с Заной в городе?

Я не могу найти ответы на все эти вопросы.

Кроме того, я чувствую, как приятно ноет тело после моих ночей с другими любовниками, и ощущаю себя немного виноватой. Я уж точно не выгляжу как девушка, заинтересованная в том, чтобы продолжить нечто, начавшееся у нас с Айтом в этом доме несколько дней тому назад.

Скорее наоборот.

Делаю шаг в комнату и чудом подавляю удивленный вздох. Тут появилась мебель, стало уютно, красиво и очень необычно. Мой взгляд почти тут же натыкается на спину рыжего. Тот складывает в сумку какие-то инструменты и буквально на мгновение оборачивается назад.

Мне сложно сказать что-либо после всего, что случилось со мной на Виете. Самым простым выходом кажется сбросить обувь — ужасно хочется почувствовать то, как голые ступни утонут в ковре удивительного голубого цвета.

Вообще вся атмосфера в доме Айта напоминает о дождях, которыми пронизана Виета.

Рыжий пронзительно смотрит на меня. Мне кажется, что именно в этот момент Айт должен признаться в том, что он тут делает, раскрыть свою тайну.

В это же самое мгновение меня в охапку сгребают сильные руки. Пытаюсь высвободиться, но не получается ровным счетом ничего.

Приподнимаю голову и замечаю Кейла, нависающего надо мной.

В одной руке он сжимает связку герметичных пищевых контейнеров, в другой — меня и еще пару ящиков непонятного мне назначения.

Пытаюсь отстраниться и оказываюсь едва ли не припечатанной к груди брюнета.

— П-привет! — Это все, что удается выдавить в такой ситуации.

Кейл прожигает глазами рыжего и следом целует меня в макушку. Меня это раздражает сильнее, чем я могла бы ожидать. Я, вроде как, не называлась ничьей собственностью, не обещала никому руку и сердце и уж точно не потерплю сцен ревности прямо сейчас!

— Ты что-то рано. — Отталкиваюсь от Кейла на вытянутых руках, задавая себе попутно вопрос: а как, интересно, он отреагирует на притязания Дана?

— Нам разрешено брать перерыв на обед, — чеканит мой врач.

— И какой длительности этот твой перерыв? — пытаюсь съязвить я, но вскоре понимаю, что дорога до клиники не длинная.

Если очень хотеть, наверное, можно уложиться в перерыв.

— Прости, — бормочу я.

Кейл пожимает плечами.

— Я просто хотел позаботиться о том, чтобы в доме была пища.

Улыбаюсь мужчине и протягиваю руки для того, чтобы забрать у него продукты. В конце концов, в таком поведении ничего плохого нет.

— А… откуда ты взял деньги на это? — спохватываюсь.

— Я уладил все дела с возвращением, как ты и просила, — говорит брюнет. — Поэтому мне выдали аванс.

Киваю. Что ж, кто-то разумный в доме у нас уже есть, и это не может не радовать.

Прохожу на кухню с контейнерами и начинаю раскладывать пищу по тарелкам. Что ж, Кейл не поскупился на угощения — у меня слюнки текут, пока я накрываю на стол.

Впадаю в замешательство я лишь дважды: когда думаю, на сколько персон накрывать, и когда меня весьма озадачивают лепестки, обнаружившиеся в последнем контейнере.

— Это для масляной лампы, — как ни в чем не бывало поясняет Дан, проходя в кухню.

Следом он вальяжно садится на одно из свободных мест. Стол с автоподогревом продолжает поддерживать комфортную температуру еды в тарелке перед парнем.

Я несколько мгновений молча смотрю на Дана. У меня уже сложилось впечатление, что мужчины скорее не соратники, а соперники. Сейчас я прокручиваю в голове все доступные мне идеи, решая, как бы избежать стычки.

Дан тем временем вытряхивает лепестки в пустой стеклянный сосуд, встряхивает их, добавив какое-то масло, и те вспыхивают. Смотрится удивительно и красиво.

— Доктор же у нас эстет, — усмехается Дан.

Я чувствую, как по комнате плывет удивительно приятный аромат.

— Адепт разных там медитаций, — добавляет блондин, легонько раскручивая лампу, и я вижу, как по стенам начинают скользить отсветы.

Вообще, конечно, это все добавляет трапезе уюта. Могу сказать, что мне нравится.

— Вообще-то доказано, что правильная обстановка способствует лучшему усвоению пищи. — Кейл в этот момент как раз появляется за моей спиной.

— Во-о-от я о чем. — Дан откидывается на спинку стула, сложив руки на груди. — Доктор верует, что идеальное тело можно создать, не работая над собой.

Мужчины обмениваются взглядами, но я, к собственному облегчению, не замечаю в них враждебности.

— Я предпочитаю работать над гармонией. — С этими словами Кейл усаживается за стол, жестом предлагая мне присоединиться.

— Ну это понятно отчего, — произносит