В космосе холодно - Евгения Духовникова

доктором, ни с его сыном, и никогда не встречался ни с кем из них. Но — так уж сложилось — мне известно то, что случилось во время вашего полёта. Более того, мне известно о найденном вами зонде куда больше, чем доктору. Вам же хочется узнать подробности? В конце концов, вы имеете на это право — ведь именно вы обнаружили зонд.

Сол глубоко и часто дышала. Она чувствовала, что её втягивают в какую-то опасную игру, причем втягивают против её воли. Но сущность примы делала своё дело: адреналин плавил привычный взгляд на мир, растворял стереотипы, заставляя забыть об осторожности. Адреналин закипал в крови, туманя рассудок волнительным удовольствием, но одновременно делая его более ясным.

— Что это за работа? — хрипло спросила она. — В чём суть?

— Доставка груза, — туманно ответил Альтаир. — Нам необходимо совершить несколько рейсов, сопряжённых с определёнными опасностями. Разумеется, у меня достаточно опытных пилотов, — он подчеркнул интонацией каждое слово. — Но, увы, прима-пилотов нет.

— То есть, абы какой пилот не справится? — уточнила Сол.

Альтаир кивнул.

— Нужна прима. В определённых условиях ни профессионализм, ни мастерство, ни даже прирождённое везение не заменят уникальные способности примы.

— И сколько рейсов?

— Несколько.

Сол потянулась к чайнику, наполнила опустевшую чашку. Взяла дольку засахаренного ананаса.

Он знает о зонде. Возможно, именно он всё и подстроил, — даром что отрицает это.

Да кто он такой вообще?!

Когда пауза затянулась настолько, что это могло стать заметным, она, наконец, поставила чашку на стол.

— Если у вас возникла необходимость в услугах прима-пилотов, — рассудительно сказала Сол, — возможно, имело смысл заблаговременно позаботиться об этом? Вы же знаете, что тендеры проводятся минимум за год, а свёрстанное расписание просто так менять не станут.

— Верное замечание, — признал Альтаир. — Однако есть одно «но»: я в любом случае не стал бы обращаться в Гильдию официально.

— Почему?

— Это исключено.

— Почему??

Альтаир слегка пожал плечами, давая понять, что отвечать не собирается. Сол начала злиться. Издевается он над ней, что ли?

— Вас послушать, так можно подумать, что ваша «работа» — это что-то нелегальное. Или вообще противозаконное.

— А если даже это и так, — вдруг сказал Альтаир, — это повлияет на ваше решение?

— Нет, — Сол усмехнулась, и в золотистых глазах на мгновение мелькнуло что-то тёмное.

Альтаир молчал. Кажется, ответ девушки его удивил.

— На моё решение повлияет другое, — продолжала Сол. — Правда. Расскажете мне всё — и, возможно, я соглашусь. Но если будете и дальше изъясняться расплывчатыми намёками — так дело не пойдёт. Я не привыкла играть втёмную.

Альтаир молчал.

— Ах, да, предвосхищая ваш вопрос, — добавила Сол. — То же самое вам скажет любая другая прима. Никто не станет работать в формате «поди туда не зная куда».

Альтаир молчал. Сол подумала было, что её слова оказались слишком резки, но отступать от сказанного не собиралась.

— Вам что-нибудь известно о планете Йорфс? — вдруг спросил мужчина.

Настала очередь Сол удивляться. Она помнила наизусть звёздные карты всех девяти префектур, но про планету с таким именем слышала впервые.

— Это… какое-то неофициальное наименование? — предположила она наугад.

— Это самоназвание, — Альтаир снисходительно улыбнулся. — На официальных картах Единства её нет. Но под грифом «совершенно секретно» она значится под номером RX-11.

Сол задумчиво потёрла переносицу. Сочетание букв «RX» в общепринятой классификации указывало на квадрант, где была расположена планета, а «11» — это порядковый номер. За редким исключением порядковые номера присваивались полностью пригодным для жизни планетам — без необходимости финансовых вливаний в терраформирование.

Вот только в квадранте «RX» было всего десять пронумерованных планет. Сол была в этом абсолютно уверена. Если, конечно, абсолютная память примы не решила вдруг изменить ей.

— И что же это за планета? Почему у неё такой номер? Это как-то связано с предлагаемой мне работой?

Альтаир опять улыбнулся, на этот раз — многозначительно и загадочно, будто дразня. Затем отодвинул свою чашку и дотронулся до её руки — мягко и деликатно. Вот только Сол отчего-то стало жарко.

— Летим. Прямо сейчас. Я с превеликим удовольствием покажу вам Йорфс. Увидите планету собственными глазами — и вам сразу же станет всё понятно.

— Нет, — Сол выдернула руку. — Погодите. Сперва расскажите, что́ я должна буду увидеть.

Альтаир покачал головой.

— Порой бывает, что словами — какими бы красноречивыми они ни были — не передать всю суть. Вы должны всё увидеть сами.

— Я не полечу неведомо куда! — твёрдо повторила Сол.

— Тогда у нас с вами ничего не получится, — Альтаир тоже стоял на своём.

«Вот ведь упрямец!»

— В таком случае, позвольте откланяться, — передразнила Сол его церемонное прощание. — Найдёте себе другую приму. Была рада встрече.

— Постойте!

Сол плюхнулась обратно на диван. Скрестила руки, исподлобья глядя на собеседника.

— Прим слишком мало.

— Знаю, — она нетерпеливо дёрнула подбородком. — Примерно одна на миллиард. Увы и ах, как говорится.

— И, сдаётся мне, вы, мисс Кеплер, — одна из немногих, кто справится.

— Может быть, вы всё-таки объясните мне толком, с чем я, по-вашему, должна справиться?

Альтаир не спешил с ответом. Словно понимал: одно неверное слово — и хрупкое взаимопонимание будет мгновенно разрушено, и неизвестно ещё, удастся ли его восстановить.

Должно быть, станция дрейфовала в самом центре одного из звёздных скоплений: сквозь прозрачный пластик стен, плавно переходящих в потолок, в зал проникал холодный звёздный свет, отбрасывая резкие чёрные тени от немногочисленной мебели. Звёзды были яркие, крупные, жирные. Это выглядело невероятно красиво, но в то же время от этого зрелища становилось не по себе. Казалось, не ты смотришь на звёзды, а звёзды — на тебя. Смотрят сурово, строго, оценивающе. Будто раздумывая, достойны ли наблюдающие за ними смертные лицезреть их непорочную, святую красоту.

— Пожалуйста, зовите меня по имени и на ты, — наконец, сказал Альтаир.

А вот это было его ошибкой. Результат оказался прямо противоположный: Сол вздрогнула, напряглась, отстранилась, улыбка сбежала с её лица. А в душе волнами нарастало беспокойство, и каждая новая волна была сильнее предыдущей.

«Пытается сблизиться, наладить контакт, завоевать доверие, усыпить бдительность… Психологический трюк. Решил, что я клюну на его обаятельную физиономию? Не выйдет!»

— Благодарю, но я воздержусь, — холодно произнесла она. — Мы едва знакомы… Боюсь, это не вполне уместно.

Кажется, Альтаир понял свой промах.

— Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, — повторил он известную поговорку. — Если бы вы только увидели Йорфс…

— Сначала объясните на словах.

— То есть, вы отказываетесь лететь?

— Совершенно верно, — категорично отрезала Сол.

— Если хотите, полетим на вашем Вольтурисе, — похоже было, Альтаир воспользовался своим последним козырем. — Вы сами будете за штурвалом, я лишь продиктую координаты. Что скажете?..