Иду за тобой 2 - Елизавета Владимировна Соболянская

его счастье уже в его руках. Еще немного, и Лена станет его женой. Он насладится ее вкусом, ароматом, ее телом. И какая-то недостающая часть его души встанет на место!

Между тем сани въехали в небольшой снежный грот.

– Что это? – спросила Лена, спрыгивая на утоптанный снег и любуясь искрящимся обледеневшим потолком.

– Что-то вроде прихожей. Такие гроты строят каждую зиму, чтобы путники могли укрыться от ветра, а гости – привести себя в порядок, прежде чем войдут в дом, – сказал Олстаг.

Лена прислушалась – за стенами грота выл ветер. Он рвал прочные стены, покрытые ледяной коркой, вызывая дикое желание вернуться обратно в сани. Драг спрятал хвост – на морозе конечности грозило обморожение – и повел команду в дом.

В этом ледяном климате дома старались слиться с рельефом – спрятаться за скалой, прикинуться округлым холмом у леса и растечься, вгрызаясь в землю. Во всяком случае, именно такое впечатление дома драгов производили в тех фильмах, которые Лене показывал искин. Теперь же она убедилась, что невнимательно отнеслась к масштабу съемок. Дом был огромным! Просто колоссальным! Высоченный Олстаг смотрелся худощавым подростком на фоне монументальной двери в родное жилище.

– У вас все такое большое? – растерянно спросила девушка.

– Почти все, – хмыкнул драг, не скрывая неприличного подтекста.

– А мамонты у вас есть?

– Мамонты?

– Лохматые слоны. Звери с хоботом вместо носа.

– А, айфаны, есть. Они дикие, но кое-кто их ловит и приучает таскать волокуши.

– Потрясающе! – Лена не удержалась – хихикнула, представив мамонта, волочащего домашний скарб.

Тяжелая дверь медленно, со скрипом отворилась, и Олстаг первым шагнул в густой и теплый полумрак жилища. Команда вошла следом. Лена ненавязчиво очутилась за спиной драга, а с боков ее прикрывали Элурэн и Эрнарэн.

Навстречу гостям, кажется, вышел весь клан – от малышей до глубоких стариков. В центре встречающих образовалась впечатляющая группа – высокий мужчина, очень похожий на Олстага, такая же крепкая женщина, с сединой в черно-синих волосах, и молодая, невысокая, изящная, синекожая и хвостатая красавица с малышом на руках.

– Мама! Отец! – драг радостно бросился навстречу семье и вдруг замер, словно налетел на стену: – Камала?

Женщина с ребенком радостно сверкнула глазами и протянула его драгу:

– Боги были милостивы к нам, Олстаг!

Драг в полной растерянности принял малыша, заглянул в полночно-синие глазки и прижал к сердцу:

– Спасибо! Спасибо! Это лучшее, что могло произойти со мной!

Команда стояла в недоумении, а у Лены отлегло от сердца – кажется, Ирток был прав. Она вновь привела мужчину к его счастью!

Мудрее всех оказалась маменька Олстага. Она немедля приказала домочадцам отвести гостей в приготовленные им покои, и пока их провожали, Элурэн разузнал подробности появления Камалы и пересказал всем:

– Помните, когда мы искали эгги, Олстаг обратился за предсказанием в храм?

– Он тогда еще на жрице женился, – припомнил Айтэн.

– Так вот, у драгов в жрицы отдают девочек с рождения. Жрецы как-то сами их выбирают, иногда даже во время беременности. Жрицы живут при храме, пока не забеременеют. Тогда их отдают семье отца вместе с ребенком. Это очень почетно – получить в семью жрицу, и, конечно, она сразу становится старшей женой и матерью наследника, даже если мужчина уже был женат и у него есть дети.

– У драгов многоженство? – удивилась Лена.

– Не совсем, – улыбнулся капитан, притягивая эгги ближе к себе, – большая часть мужчин живет всю жизнь с одной женой, но если нет наследника или старшая жена бесплодна, мужчина может обратиться в храм, чтобы провести ночь со жрицей. Или принять в семью младшую жену. Младших жен выбирают чаще, потому что младшая никак не влияет на статус старшей, но ее дети могут стать наследниками, если нет сыновей – в общем, довольно сложно, но для жителей Дилеи все ясно и понятно.

Девушка кивнула. От тепла ее разморило, но спать было нельзя – хозяева уже уведомили гостей о том, что через час ждут всех за пиршественным столом.

– Значит, Олстаг женат на этой жрице, и у него есть сын? Просто замечательно! Поздравим молодых и полетим дальше? – шепотом сказала Лена Элурэну.

– У драгов все не так быстро. Придется посидеть на пиру, подарить подарки, принять ответные и узнать у Олстага, хочет ли он остаться здесь.

– Думаю, захочет, – Лена проказливо улыбнулась, – если он за год не забыл имя жрицы, значит, она сумела произвести на него впечатление.

Капитан хмыкнул, но в душе тоже понадеялся на то, что побратим придет за своей порцией антидота в самое ближайшее время.

Глава 30

Пир среди драгов оказался делом шумным, ярким и сытным. Гостей усадили рядом с главой клана и его супругой. Тут же сидел Олстаг. Драг даже не сменил одежду, потому что на его руках спал ребенок, прислонившись синей щечкой к плечу отца. Рядом сидела жрица, с любопытством разглядывая команду. Особенного внимания удостоилась Лена, и девушка поняла, что драг уже поделился с родными информацией о ее необычном статусе. Впрочем, на нее многие поглядывали с любопытством. Мэгги и Лариссу в клане Олстага знали, и новое лицо привлекало внимание.

Еду к столу подносили молодые мужчины. Огромные блюда с жареным, печеным и вареным мясом ставили в центр длинного стола. Каждый драг имел на поясе нож и ловко отхватывал себе желаемый кусок. Овощей было мало, а хлеб заменяли тонкие серые лепешки. Лирам пояснил Лене, что на Дилее лето слишком короткое, поэтому из зерновых культур здесь выращивают только ячмень, а хлеб пекут из перетертых семян, корней и орехов растений, которые выращивают только здесь.

– Каждая семья имеет свой рецепт, – рассказывал альфинеанин, отламывая кусочек лепешки и обмакивая его в соус, – поэтому хлеб в каждом доме разный. На других планетах хлеб с Дилеи считается редким, полезным диетическим блюдом, доступным лишь за большие деньги.

Лена осторожно попробовала лепешку и нашла, что больше всего этот странный хлеб похож на козинак, только не сладкий, а солоноватый.

– Главная прелесть этого хлеба в том, что он может долго храниться. Тэрх всегда закупает его в огромных количествах всякий раз, как мы попадаем на Дилею.

– Я смотрю, Тэрх вообще ценитель местных деликатесов, – улыбнулась Лена, показывая на довольного кока, активно обсуждающего способы приготовления мяса с немолодой синекожей дамой.

– Это так, – улыбнулся в ответ Лирам.

Как только угроза приобретения еще одного мужа миновала, мужья расслабились и принялись делиться с девушкой собственными знаниями и наблюдениями. Да и сама эгги перестала пугаться каждой тени и с интересом разглядывала родичей Олстага, радуясь тому, что они не станут ее родичами.

У столов крутились крупные косматые собаки – им кидали кости, с ними играли дети, порой звери добродушно зевали, демонстрируя огромные клыки. Лене вскоре наскучило сидеть за столом, и она, видя, что соплеменники драга легко встают, уходят и вновь возвращаются, встала, чтобы пройтись вдоль стен, полюбоваться великолепными ткаными коврами и даже специальным станком, за которым в углу притулилась синекожая старушка.

Вокруг станка стояли короба и корзины с мотками цветной шерсти. Девушка присела рядом и завела разговор о том, чем красят шерсть в такие интересные цвета, и какие узоры берут для каймы ковра, и чем заполняют середину. Разговор девушку увлек, поэтому она совершенно не обратила внимания на глухое ворчание, которое раздалось где-то рядом. А потом ей на колени плюхнулся щенок – совсем мелкий, едва открывший глазки. Вот тогда девушка подняла глаза от ковра и увидела перед собой здоровенную худущую собаку с длинной свалявшейся шерстью. В зубах она держала еще одного щенка и тоже плюхнула его на колени девушки. Потом развернулась и ушла за следующим.

Ровным счетом пять толстощеких собачьих младенцев оттягивали Лене колени, когда псина, пошатываясь, двинулась к столу и положила голову на колени отцу Олстага.

– Бинна! – воскликнул он. – Ты вышла! На, моя дорогая девочка, поешь! – глава клана поставил на пол миску с кабаньей головой, и собака немедля впилась в мясо.

Лена между тем воевала