Доктор звёздного флота (СИ) - Михаль Татьяна

Я улыбнулась и кивнула ей.

Она была высокая, статная. Белые или седые волосы коротко острижены, этакий мини ёжик. Взгляд серых глаз строгий, внимательный, цепкий.

Кэтрин Миллз хирург, а здесь на МКС она узконаправленный специалист, не люди её интересуют, а внеземная жизнь.

Судя по всему, она отлично знает, как помочь раненным ганимедцам.

— Я рада оказаться полезной, — сказала в ответ. — Быть может, пока есть время и по ганимедцам дадите расклад. Вдруг, понадобится дополнительная помощь.

Она внимательно оглядела меня.

— У нас имеется мнемограмма с информацией о ганимедцах. Обычно я не даю знания тем, кто служит не под моим началом, но о вашем даре знаю, потому готова поделиться информацией.

Я от её слов и фантастического предложения удивлённо заморгала.

— Мнемограмма о ганимедцах? — переспросила я.

— Да, вся их анатомия, — подтвердила Кэтрин. — Вы согласны?

Сначала хотела сказать «да», но потом задумалась и поинтересовалась:

— Какие меня ждут последствия после получения этих знаний? Мне потом сотрут память? Или заставят сменить начальство?

Кэтрин холодно усмехнулась, заложила руки за спину и произнесла:

— Приятно вести диалог с умной женщиной. Вы умны, Агата. Действительно, данная информация засекречена и не выносится за пределы МКС, но вы подписали договор. Вы уже в курсе существования внеземной жизни. Я была бы плохим руководителем, если бы не предложила выдающемуся хирургу спасти жизни этих удивительных существ.

Она перестала улыбаться и стала предельно серьёзной. Меж бровей пролегли глубокие морщинки. Кэтрин явно переживала.

— Всё настолько плохо? — спросила её.

Она кивнула и уже без официоза сказала:

— Да, ганимедцы сильно пострадали. Нашим тоже досталось, что придётся всем нам попотеть. Но… Дело в том, что среди ганимедцев одна беременная и ещё ребёнок. И нам потребуется любая помощь. Адмирал в курсе. К слову, это он меня попросил сделать вам такое предложение.

Я нахмурилась. Дело дрянь.

— А Север Демидович? — решила уточнить. — Он в курсе?

— В курсе, что с ганимедцами всё печально или, что вас хотят привлечь к их спасению и дать новые знания?

Я хмыкнула.

— Пожалуй, я хочу узнать ответы на оба вопроса.

Кэтрин улыбнулась уголками губ и ответила:

— Адмирал лично поставит его в известность. Так что, вы готовы к мнемограмме? Позволите дать вам новую информацию?

Да кто ж в своём уме откажется? Это не просто уникальная возможность узнать всё о внеземных существах, как они устроены, что делает их такими, какие они есть, но ещё и битва со смертью. Если судьба бросает вызов, я не могу пройти мимо и не принять его.

— Давайте это сделаем, — согласилась я.

— Так, тогда идите за мной.

* * *

— Садитесь сюда, — указала Кэтрин мне на кресло. Сама взяла с одной из полок ящик, открыла и осторожно вынула прибор.

Она закрепила на моей голове шлем. Нажала на пульте пару кнопок, и я ощутила покалывание по всей голове.

— Сейчас почувствуете небольшой дискомфорт, — предупредила она меня. — Это ненадолго.

Я кивнула и тут же скривилась, так как это был не небольшой дискомфорт, а нечто жуткое и довольно болезненное. Ощущение, будто мне в череп одновременно воткнулись тысячи игл, а затем по ним пустили разряд тока.

Зашипела сквозь стиснутые зубы и зажмурилась.

Сжала руки в кулаки.

Против воли на глазах выступили слёзы.

— Ещё чуть-чуть, — сказала Кэтрин. — Осталось десять процентов и мнемограф будет готов к передачи данных… Девять. Восемь. Семь. Шесть…

Я готова была уже взвыть и попросить отменить эту процедуру. Обойдусь без знаний.

Но усилием воли заставила себя терпеть дальше. Осталось то всего ничего.

— Пять. Четыре… — продолжала Кэтрин. Секунды для меня растянулись в вечность.

Я выгнулась и издала стон боли.

— Три. Два. Один.

Как только она закончила счёт, боль прекратилась.

Я обмякла в кресле и медленно раскрыла глаза. Дрожащими руками потянулась к лицу, чтобы стереть слёзы, но Кэтрин остановила и протянула мне салфетки.

— Спасибо… — поблагодарила едва слышно и вытерла лицо. Потом внимательно посмотрела на женщину и сказала недовольно: — Вы обязаны были предупредить.

Дышала я так, будто марафон пробежала. Во рту было ощущение кислоты. Хотелось сплюнуть. Горло дёргало как при активной тренировке.

Сердце заходилось в истеричном ритме.

Тремор рук сойдёт минут через пять, не раньше.

— Это что-то бы изменило? — холодно поинтересовалась глава мед. отдела. Одарила меня насмешливым взглядом и добавила: — Вы получите новые знания, Агата Дмитриевна. И быстро. Вы готовы?

— Сюрпризы ещё будут? — вздохнула я с раздражением. Не люблю недосказанностей.

Я взяла себя в руки и постаралась выглядеть невозмутимой.

Взгляд Кэтрин Миллз сделался колючий. Она вводила команды на пульте управления прибором и взглянула на меня. Это была умная, проницательная и расчётливая женщина. Она фиксировала мои реакции. Кажется, она была удовлетворена увиденным.

— Если вы о болезненных ощущениях, то ничего подобного не будет, — ответила она.

Я некоторое время ждала продолжения, но его не последовало. Поёрзала в кресле и когда она кивнула самой себе, мол, всё готово, спросила:

— Как долго продолжится закачивание информации?

Кэтрин опустилась напротив меня в другое кресло и невозмутимо ответила:

— Я поставила средний режим. Обычно мы делаем скорость минимальной, и получение информации занимает порядка шести часов, но сегодня у нас нет столько времени.

— И сколько? Три часа? — проворчала я.

— Нет. Первый час на средней скорости, затем я её увеличу. За два часа управимся. После, если будете ощущать головную боль, введу вам обезболивающее. Но в принципе всё должно пройти гладко. И не смотрите на меня с опаской, вы не первая, Агата. Точно такая же схема была проделана на Севере Демидовиче.

Я хмыкнула.

— Что ж, тогда не будем тратить драгоценное время.

Кэтрин кивнула и произнесла:

— На счёт «три», запускаю мнемограмму. Один. Два. Три.

Первые секунды я не поняла, что происходит.

Создалось ощущение, будто угол моего зрения увеличился. У меня возникло панорамное видение.

После возникло необыкновенное, непередаваемое ощущение расширения сознания, словно кто-то очень осторожно в него проник и начал медленно, бережно раздваивать его.

— Всё идёт отлично, Агата, — словно издалека и как-то замедленно услышала голос Кэтрин. — Сейчас начнётся процесс вливания новых знаний.

Буквально через секунду перед глазами возник образ ганимедца в трёхмерном изображении. Обучение началось.

Мой мозг запечатлевал удивительные факты внеземной расы.

Невероятно, но ганимедцы были устойчивы к радиации. Их организм имеет уникальный и мощный иммунитет. По сути, природа создала великолепное прекрасное и совершенное творение.

Меня настигла невероятная удача увидеть и узнать о потрясающих существах с Ганимеда. И теперь я знала их анатомию, знала, как их нужно спасать.

Когда обучение завершилось, и Кэтрин освободила мою голову от «шлема», я потёрла пульсирующие виски, прикрыла веки и слабым голосом произнесла:

— Благодарю вас, эти знания бесценны.

— Бесценны, да. И не для всех. Согласно протоколу я обязана уведомить вас не разглашать данную информацию и не доносить её до тех, кто не состоит в программе «Ганимед», кто не в курсе существования внеземной расы, — произнесла она. Подсунула мне документ и добавила: — Подпишите, что знания получили и с неразглашением согласны.

Подписала всё и вздохнула с сожалением:

— Похоже мне нужно обезболивающее.

— Вижу. У вас глаза красные. Сосуды немного с ума сошли. Сейчас всё поправим.

Через полчаса я была свежа и обновлена. И бороться готова за жизни людей и ганимедцев.

— А теперь давайте познакомим вас с командой медиков и покажу операционную, где будем принимать раненных, — с едва заметной улыбкой произнесла Кэтрин.