Сиф (СИ) - Кинсен Алекс AlexKinsen

Я наморщила лоб, пытаясь прочувствовать то, о чём он говорит.

— Как мне драться, испытывая любовь?

«Не дерись. У тебя нет противников. Только партнёр в танце. Так танцуй. Играй с силой. Почувствуй танец ваших потоков. Тебе не нужно побеждать. Лишь не останавливать танец. Так ты никогда не проиграешь».

— Но и не выиграю?

«Что значит «выиграть», маленькая дарака? Получить приз? Увидеть своего противника поверженным? Нет. Выиграть — значит, не сдаться. Выиграть, значит, быть настолько мудрым, чтобы привести к победе вас обоих. К победе над вашей враждой, агрессией, непримиримостью. Выиграть, значит, преумножить Мир в Пространстве. Мир для всех, не преследуя личной выгоды. И всегда идти дальше, несмотря ни на что. Не поддаваться влиянию чужих энергий, поддерживая равновесие и баланс в мире».

— Ага, ну да. А если мою планету хотят уничтожить? Мне тоже просто сказать: «Эй, ребята, давайте просто победим нашу вражду!» А потом идти дальше с просветлённой физиономией?

«Масштаб твоего мышления начинает меняться. Защита от разрушения целой планеты и цивилизации — разве не поддержание мирового баланса?»

— Ну, знаешь. Некоторые психопаты считают, что как раз для поддержания баланса стоит время от времени сбрасывать настройки до заводских.

«Это не Путь Света. Ведь ты это понимаешь. Демонические программы не победить с агрессией в душе. Ты проиграешь. Истратишь всю психическую энергию и погибнешь, или будешь к этому близка, полностью истощившись. Только сохраняя нейтральный ум, только держа свет Любви в душе, ты можешь совершать физические действия, направленные на нейтрализацию угрозы Миру и Жизни во Вселенной».

— Как всё сложно-то. Я никогда не размышляла такими категориями.

«Сядь». Такела ввёл меня в состояние медитации, в котором я вновь увидела его. Мы сидели друг напротив друга в пространстве белого света, и он пропускал сквозь меня концентрацию силы, учил танцевать с ней, любить её, кружить с таким же потоком, идущим от моего Учителя: не в противостоянии, а в красивом танце Радости и Дружбы. Наши энергии, тем не менее, не уступали друг другу и играли, словно радостные щенки.

«То же самое происходит в противостоянии. Теперь попробуй взять в танце ведущую роль». Не с первого раза, но у меня получилось. Конечно, Такела просто позволил мне сделать это, однако это дало мне понимание того, о чём он говорил в начале.

Я не знаю, сколько времени прошло, но касание кого-то третьего, кого не было в нашем танце, резко вернуло меня к реальности. Или же реальность на самом деле была иллюзией? Я потеряла понимание этого, однако заставила себя открыть глаза.

— Эй. — Терон почти ласково обращался ко мне. — Ты сидишь так уже двадцать часов. Пора вставать. Меня резко выбросило из «тренировочной» иллюзии большого рептилоида. Голова кружилась словно от карусели. Ноги так замлели, что я почти не могла пошевелиться.

Всё понятно. Вставай аккуратно.

Он легко поднял меня, словно окаменевшее чучело, и не сводя глаз, вынес в коридор. До моей каюты мы добрели молча, а когда оказались внутри, он начал меня целовать, будто не видел целую вечность.

— Подожди…

— Тер, я… Я хотела спросить…

Но у меня не было не единого шанса. Он не желал вступать в переговоры, а я побоялась настаивать, ведь меньше всего на свете я хотела, чтобы он остановился и ушёл. Он так и не проронил ни слова. Как и я, когда в полном изнеможении, уже потерявшая всякую способность говорить и думать, мгновенно заснула у него на плече.

Утром его опять не оказалось рядом. Но я была на удивление расслабленной, собранной и спокойной. Возможно, на мне сказалась такеловы медитации, и я быстренько решила опробовать их результаты на практике с Туан.

Она больше никак не комментировала моё отсутствие, мои ночи с Тероном, лишь её губы были сжаты плотнее обычного. У меня вновь не получалось то, что она от меня требовала, и это явно начало раздражать её больше обычного.

— Зачем ты возишься со мной? Если у меня не получается?

Туан продолжила нападать.

— Ты напоминаешь мне мою дочь. такая же инфантильная дурочка, верящая в то, что все вокруг должны быть милыми и благородными. А теперь она мертва. Потому что не хотела учиться выживать. Потому что я не научила! Но тебя я научу! — И она впечатала меня в стену.

Стоящий в дверях Гадарт довольно потер руки:

— А мне можно так? Давно хотел.

— Встань в очередь. — Злобно бросила Туан.

— Не понимаю, зачем ты с ней возишься. Архонт поиграет с ней, отвезёт к старейшинам, и пусть они разбираются. Тебе какое до всего этого дело? — Он смотрел на неё сочувственно, словно на неразумное дитя.

Туан остановилась и долго смотрела в пол. Затем медленно подняла на него твёрдый взгляд:

— Просто помоги мне с ней. Она совсем как Триша. Маленькая и беззащитная. Я не хочу, чтобы Сиф погибла потому что мне тоже некогда было ею заняться.

Гадарт смерил её понимающим взглядом, хмыкнул и выдал:

— Лично я не стал бы ставить в один ряд твою дочь и это хлипкое недоразумение. Но если для тебя это так важно.

В этот момент мне ужасно захотелось врезать Гадарту, к которому я в целом не плохо относилась, ведь он был вполне себе беззлобный малый. Но он завирается, и поэтому мне очень захотелось, чтобы он на меня напал. Ступни так и просились врезаться ему куда-нибудь между глаз. И он меня не подвёл, налетев всей своей массой. Я вдруг осознала, как здорово было бы сейчас просто потанцевать, после чего ласково и быстро вывернулась из его неласковых объятий, огладила коленкой по мужскому достоинству, а затем произвела массаж гадартовой ушной раковины одной из зудевших от нетерпения пяток. Затем картинно остановила своё вращение и, паясничая, с улыбкой поклонилась оторопевшей Туан.

— Ну, всё, зверёк, тебе кранты. — Всё ещё корчившись и придерживая пах, прокряхтел Гарт.

Туан же резко включила деловой тон:

— Так-так. — Радостно потёрла она руки. — Гарт, я тебя не узнаю, ты что пьяный? Или совсем растерял свои навыки, просиживая попу в командном составе?

— Да я просто не ожидал. — Гадарт резко выпрямился, и тут я вспомнила, что он — стратег десантных войск. Тогда почему он так странно легко дал с собой справиться?

— Гадарт, я знаю, что поперёк горла тебе, но, знай, что это не взаимно. Не знаю почему, но вся твоя неприязнь не находит во мне никакого отклика.

Я всё ещё добродушно смотрела на него. Он почесал затылок, покачал головой и выдал коронное солдафонское:

— Бабы. Сил на вас никаких нет. Ладно. Будем тренировать её вместе. Потенциал есть. Изворотливая и гибкая. Надо сделать это её основной фишкой и научить драться сразу с несколькими противниками.

С тех пор время понеслось настолько быстро, что за весь следующий месяц мне так и не удалось еще раз увидеть своих земляков. Туан составила расписание так, что мы ни разу не совпали с ними в общем пищеблоке, куда у меня были силы приходить лишь на завтрак и обед. Ужин я с трудом осиливала в своей каюте, и каждую ночь, когда я уже практически засыпала ко мне приходил Терон. Каждая ночь была еще слаще, чем предыдущая, но каждую ночь он не разговаривал со мной. Его страсть была запредельной, и я видела, что для него это был не просто секс. Это были чувства: сногсшибающие, заставляющие гореть и плавиться чувства. Чувства без слов.

Спустя десять дней такого графика, я пришла к нему на мостик, чтобы попросить о разговоре. Женщинам всегда нужно во всём разобраться, и я — не исключение. Конечно, начинать разговор при всех не стоило, и я задала пару незначительных вопросов, на которые получила вежливый и вполне доброжелательный ответ. Но он словно избегал визуального контакта, смотря куда угодно, только не на меня. Отвечал так, словно скажи он на пару слов больше, это приведёт к колоссальной растрате его жизненной энергии, а потому он будет экономить. И энергию и слова.

— Мне нужно поговорить наедине. — Твёрдо сказал я.

— Вечером. — Сказал он, отворачиваясь.