Шервуд Смит - Феникс в полете

Четвертая стена была закрыта тяжелыми портьерами – окна здесь выходили на ту же лужайку, что и окна кабинета Омилова. В библиотеке стоял слабый запах кожи и воска – уютный запах, от которого остальной мир казался далеким-далеким.

– Садитесь, пожалуйста, – произнес Омилов.

Брендон с Осри выбрали себе по мягкому креслу так, чтобы лучше видеть экран коммуникатора, и Омилов набрал на пульте код ДатаНета. Деральце занял место за креслом Брендона, откуда мог смотреть и на экран, и на дверь.

Почти сразу же стало ясно, что никому из novosti – комментаторов ДатаНета – не известно ничего такого, что бы они не знали сами. В любом случае большая часть информации транслировалась через Узел, а нормальная связь с ним и Верхними поселениями оборвалась с разрушением орбитального лифта, тогда как поля Теслы пропускали только высокочастотные военные сообщения, не воспринимаемые бытовыми коммуникаторами. Одно из агентств даже передало ту запись, о которой говорил Брендон, – нападение Шиидры на Альфейос тридцать лет назад, вместе с графическими изображениями враждебных существ. Поморщившись, Омилов выключил экран.

– Безответственный вздор! – воскликнул он. – Если уж на то пошло, догадки мы и сами можем строить. Если это люди, то единственный, кто мог бы пойти на такое – это рифтеры, хотя ума не приложу, с чего им творить такую глупость.

Брендон быстро поднял взгляд, но первым заговорил Осри.

– Рифтеры? Оборванцы, пираты и работорговцы, нападающие на крупную планету? – Он возмущенно скрестил руки на груди. – Ничего, наш флот положит этому конец, и очень быстро.

Тут появился Парракер с кофе и коньяком, и Осри сел. Омилов нажал клавишу на пульте, отодвигая шторы. Зрелище неповторимой красоты – переливающееся сполохами небо и облака в кружевах молний на горизонте – целиком завладело их вниманием, и дальше они сидели в тишине, прерываемой только приближающимися раскатами грома и негромким звоном посуды о стеклянные столешницы.

Немного погодя с пульта послышался негромкий сигнал. Омилов выпрямился, стряхивая воспоминания.

– Да?

– Голоком от Его Светлости, сэр.

Омилов зажмурился: неужели у Архона нет дел важнее, чем звонить ему? Жестом руки он пригласил Брендона и Осри подойти ближе, чтобы слышать разговор, и включил коммуникатор.

Прямо перед их креслами соткался в воздухе, чуть дрогнул, настраиваясь, и материализовался образ невысокого, коренастого мужчины лет тридцати пяти, в простом военном мундире; безукоризненно отглаженные брюки были заправлены в блестящие лаком сапоги. На его груди красовался единственный знак отличия, Солнечный Герб. Белоснежный мундир казался еще светлее на фоне черной кожи и черных же курчавых волос. В темных глазах стояла тревога, но лицо осветилось улыбкой, когда взгляд остановился на Омилове.

– Себастьян! Рад видеть вас в добром здравии. У меня нет времени на расшаркивания, поэтому перехожу к делу; считайте, что это настолько близко к приказу, насколько позволяет мне мое положение: я должен как можно скорее видеть вас здесь, в Меррине.

Взгляд его переместился в сторону, скользнул по Осри – это сопровождалось вежливым кивком – и застыл, наткнувшись на Брендона. Омиловские подозрения насчет того, почему Танри Фазо опасается за его безопасность, сменились совсем другими, когда Архон после короткого колебания поклонился, крепко сжав губы.

– Ваше Высочество, на вашем присутствии здесь я тоже вынужден настаивать. – Голос его звучал сухо, официально.

Лицо Осри было угрюмее некуда. Брендон промолчал, лишь слегка наклонив голову.

– Мы будем рады повиноваться, Ваша Светлость, – поспешно произнес Омилов, – но я не понимаю...

– Простите, Себастьян, но мне некогда объяснять. За вами уже отправлена военная охрана. До встречи.

Он кивнул, отвесил еще один формальный поклон в сторону Брендона, и изображение померкло.

Несколько минут спустя оглушительный рев сверхзвуковой машины известил о прибытии охраны. Сквозь окно библиотеки они увидели хищный силуэт, мягко опустившийся на лужайку. Зарницы надвигающейся грозы отсвечивали на полированных боках.

Осри медленно поднялся из кресла, явно не в силах оторвать взгляд от корабля. Омилов дотронулся до босуэлла.

– Парракер, мне надо поговорить с тобой.

Наверное, напряжение в голосе Омилова заставило пожилого дворецкого появиться быстрее, чем этого можно было бы ожидать от его дородной туши.

– Архон требует, чтобы мы прибыли в Меррин. Он не имел возможности объяснить нам, что происходит. Если... – он поколебался немного, – если что-то будет угрожать этому дому, я доверяю тебе руководство слугами. Их безопасность должна стать твоей первоочередной задачей. Кстати, в потайном сейфе находится деревянный ларец; я должен просить тебя лично доставить его в Университет и проследить за тем, чтобы его поместили в хранилище. Где найти шифр, ты знаешь. Спасибо, Парракер. Надеюсь, мы скоро вернемся. – Он улыбнулся своим спутникам. – Ну что, идем, господа?

Первым шел Брендон, Деральце – как и можно было ожидать – держался за ним. Внизу у лестницы их ждали уже военные в боевом облачении; при виде Брендона они вытянулись по стойке «смирно». Брендон улыбнулся им, проходя, Осри миновал их, словно не заметив. Омилов подошел к двери, и они сомкнулись за его спиной, однако шаги его замедлились, и он остановился.

– Сэр, – начал один из военных. – Его Светлость дал нам указание спешить, насколько...

– Нет, – медленно произнес Омилов, – это не менее правдоподобно, чем его появление.

– О чем это ты, папа? – остановился и повернулся к нему Осри.

Нерешительность Омилова разом исчезла куда-то, сменившись целеустремленностью.

– Прошу вас, Ваше Высочество, Осри, проходите в шаттл. Я догоню вас через минуту.

Он торопливо направился обратно в дом, сопровождаемый одним из охранников.

Меньше чем через минуту он протиснулся в люк шаттла и опустился в мягкое кресло рядом с сыном. Оба – к Брендон, и Осри – не сводили глаз с резного деревянного ларца в руках у Омилова.

– Что? – не выдержал Осри. – Зачем тебе эта безделица, папа?

– Как по-твоему, почему Его Светлость в такое время из всех людей хочет видеть именно меня? Здравый смысл говорит, что между этим, – он поднял маленький ящик, – и тем противостоянием, что происходит у нас над головами, не может быть никакой связи, но тот же самый здравый смысл вообще отрицает вероятность всего происходящего, не так ли?

– Если эта штука и впрямь так важна, как ты считаешь, – ответил Осри тоном взрослого, обращающегося к неразумному дитяти, – разве не лучше ли было бы доверить Парракеру доставить её в безопасное место?

Омилов покосился на Деральце, потом на охранников, и пробормотал тихо, но голосом, не допускающим дальнейших препирательств:

– Я полагаю, эта вещь и направляется в место, где ей будет гарантирована безопасность.

Осри позволил себе фыркнуть, но тихо, и отвернулся к ближнему иллюминатору. Машина взмыла в небо и устремилась к столице.

8

– Огонь!

Мостик «Лит» содрогнулся в такт удвоенному воплю ускорителя, и из-под нижнего обреза обзорного экрана вырвалась привычная багрово-красная цепочка следов гиперснарядов. Мгновение спустя залившее экран сияние возвестило о том, что снаряды нашли цель.

– Есть! – Хрим возбужденно хлопнул себя по бедрам, не в силах оторвать взгляда от аккуратного шара яркого света, бело-голубого в центре и начинающего краснеть по краям, вспыхнувшего на месте, где только что находился фрегат панархистов.

– Это был последний, кэп, – объявил Эрби. – Всех остальных мы уже сделали.

– Аллуван, повреждения!

Низенький, толстый рифтер за пультом систем безопасности повернулся и помахал в воздухе гордо поднятым большим пальцем.

– Ничего серьезного, так – царапина или две. Справимся.

– Вот такой бой мне по душе! – хохотнул Хрим. Сердце все еще колотилось в груди от возбуждения. – Быстро, чисто, а главное – безболезненно. Дясил, передай на Синк-2 пароль «Черное Сердце» – посмотрим, проснулся ли там мой приятель. И скажи «Новограту», пусть прекратят палить по Щиту – время, отпущенное ихнему черномазому Архону, почти истекло.

Пока он ждал подтверждения связи с узлом, на экране вновь возникла затуманенная дымкой силового щита поверхность Шарванна. Яркое полярное сияние плясало над ледяной шапкой планеты. Чуть в стороне завис в космосе крошечный силуэт «Новограта». На таком расстоянии ракетная установка, повернутая к планете, казалась не толще иглы.

– Ничего, если я дам увеличение, а, кэп? – спросил Дясил. – Я тут пишу чип для нашего телека, и уж первую-то их ракету хотелось бы заснять клево.

Хрим кивнул. Он пребывал в приподнятом настроении, так что готов был бы согласиться почти на что угодно. «Новограт» вырос на экране так, что сделался виден герб на серебристом корпусе: окровавленный кинжал в венке цветов.