Академия Космического Флота: Спасатели - Селина Катрин

Лейтенант Ивес Ир’сан

Время на гауптвахте слилось в сплошную клейкую массу, как переваренную овсянку. Лишь благодаря освещению, стандартным водным процедурам по утрам и трёхразовому питанию Ивес приблизительно мог отслеживать время, проведённое в унылых пентапластмассовых стенах. Лейтенант Ир’сан понятия не имел, что и думать.

Он был готов к тому, что придёт отряд цваргов-конвоиров и объявит о злоупотреблении расовой способностью. Он был готов к военному трибуналу за то, что обманул руководство Космофлота и выкрал Кристину Соколову, что повлекло за собой ухудшение отношений с Захраном. Шварх! Он был готов ко всему, кроме навалившейся гулкой тишины и информационного вакуума. Это было сродни пытке. Что с Кристиной? Почему адмирал Юлиан Леру не передал караульным, на сколько дней он заключён на гауптвахте? Это пожизненное? Голова постоянно была загружена лихорадочными рассуждениями, что может произойти в ближайшем будущем и как правильнее на это будет отреагировать, вот только ничего не происходило, и это убивало. А ещё начались первые признаки нехватки бета-колебаний — гудение в висках, лёгкий тремор рук. Теперь, когда Селвин ушёл из камеры, спустя несколько дней Ивес очень чётко и тонко ловил колебания любого живого существа. Чувствительность резонаторов обострилась до предела. Конечно, по коридору несколько раз в сутки прогуливался комендант, а ещё здесь были общие водные процедуры, но все эти колебания былине теми. Ив ощущал себя голодающим хищником, которому упорно пытаются подсунуть мясо из соевого заменителя. На вид — мясо, на вкус — не то.

Лейтенант Ир’сан проснулся ещё до того, как слух уловил невесомые шаги — так сильно развилась его бета-восприимчивость за последние дни. Массивная фигура замерла у контрольной панели камеры, ларк что-то ввёл — и шесть соседних плазменных прутьев решётки потухли на мгновение — ровно на столько, сколько требовалось, чтобы ларк успел перемахнуть через металлическое основание двери и попасть в камеру.

— Вот где швархи ночуют! — выругался Хальгард, зацепившись коленом за низкую пластиковую скамью. Отвратительный скрежет мебели вспорол тишину.

— Тише ты! — шикнул Ивес. — Хочешь всех перебудить? Ты аккуратен, как бульдозер на парковке для мини-флаеров.

— Мечтаю, блин! Именно за этим и пришёл!

— А я-то думал, ты по мне соскучился.

— Да ни в жизнь! Никто по утрам душ на час не занимает, по ночам не храпит, носки по каюте не разбрасывает, — начал перечислять Хэл, деловито загибая пальцы.

Сидевший же на противоположенной скамье Ивес прикрыл глаза от удовольствия. Наконец-то знакомые и тёплые бета-волны! Хэл пах сухой полевой травой и лесом.

— …мои сэндвичи не ворует, перегородки не переставляет, на паркете больше нет новых трещин от чьих-то пятых конечностей…

— Ага. — Лейтенант Ир’сан глубоко вдохнул и выдохнул. Жестокая мигрень, ворочающаяся в последнее время как недовольный дикобраз, начала отступать.

— …и регулярные стоны девочек из соседней спальни тоже исчезли, теперь выспаться можно.

— Ага.

Лишь когда лейтенант Раадши-Харт остановился с перечислениями, Ив открыл глаза.

— Что?

— Совсем плохо, да? — тихо спросил ларк. Если уж цварг не отреагировал на его чушь, то, значит, дело — дрянь.

— Не понимаю, о чём ты, — тут же отозвался цварг, демонстративно пожав плечами.

— Тебе не хватает бета-колебаний, Ив! — рыкнул Хэл. — Селвин торчал здесь неделю назад, по моим подсчётам было должно хватить… — и, видя, как друг собирается возразить, тут же добавил: — про ближний круг Дени рассказала, а до остального сам допёр, не такой уж я и тупица. Не отрицай, что все мы у тебя в кругу, всё равно не поверю.

Ивес застонал и несколько раз подряд ударился затылком об стену. Остался ли в восьмой группе ещё кто-то, кто не в курсе его личных проблем? Хальгард понял это движение по-своему:

— Извини, раньше прийти не получилось. Пока вернулись на КС-700, пока я вытряхнул из Селвина и Аскелла всё, что произошло, пока напряг малышню, чтобы нужный код для камеры подогнали… Кстати, выйти погулять не хочешь? Комендант сейчас спит.

Ивес выразительно посмотрел на ларка, тот поднял ладони.

— Ладно-ладно, я только предложил. Выглядишь паршиво.

— Ты — не лучше.

Цварг выразительно кивнул на наливающийся фиолетовым фингал под левым глазом друга. Несмотря на то что ларк сидел спиной к единственному источнику света — плазменной решётке, — Ивес смог рассмотреть глубокий порез на предплечье друга и здоровенный синяк на скуле. Зрение цваргов ничуть не уступало ларкскому.

— У тебя слабая левая сторона, — ответил лейтенант Ир’сан. — Я постоянно это твержу.

Хальгард лишь недовольно поморщился, из чего Ив сделал логичный вывод:

— Это на родине тебя так?

Воцарилось молчание. Ив ещё раз окинул неожиданного гостя внимательным взглядом: привычный синий мундир, верхние магнитные застёжки расстёгнуты, обнажая загорелый треугольник на груди, стандартная громоздкая, но очень удобная казенная обувь и расслабленная поза… Всё похоже на Хальгарда, которого он знал долгие годы, кроме одного-единственного нюанса: с тех пор как Хэл побрился налысо, его волосы необычного платинового оттенка отросли лишь до плеч и сейчас в них не сияло ни единого украшения. Сущий пустяк для непосвящённого в ларкские обычаи и ни разу не ерунда для тех, кто знает, что ларки-защитники стригутся лишь тогда, когда проигрывают, а их заколки, колокольчики, фенечки и прочие атрибуты тоже имеют глубокий для народа смысл.

Разлившееся в воздухе едкое раздражение подтвердило, что Ивес угадал. Вызов с Ларка застал Хэла и Дениз на дежурстве врасплох, Хальгард не хотел появляться на родине в таком виде, но ему пришлось. Очевидно, там случилось что-то не очень приятное, раз у друга теперь рана на руке и подбитый глаз.

Цварг шумно вздохнул:

— За каким бескрайним космосом ты вообще тогда подстригся?! Подумаешь, я тебя шипом достал. Мог бы… не знаю, на висках только сбрить и сказать, что мода такая.

— Да за тем, что ты победил в экзоскелетах! Это Дени собственными глазами видела! — вспылил лейтенант Раадши-Харт. — Что бы она обо мне подумала, если бы я этогонесделал?! Тогда у меня вообще не было бы ни единого шанса, а так будет. Волосы отрастут — и будет.

Ивес закатил глаза.

— Дени — цваргиня, Хэл, а не ларчанка. Ей до чёрной дыры, какая у тебя причёска.

— Да понял я, что ничего в цваргинях не понимаю, — уже тише сказал Хальгард. — На кой ей надо было после праздника цветения Вечного Леса уединяться с тем воином? Я сразу ей сказал,