Колонисты Пандоры 3 (СИ) - Яманов Александр

— Все новгородские дружины, вместе взятые, примерно равны по численности ручной армии Смирнова. У москвичей людей не больше. И только с учётом Тулы и Рязани, мы сможем получить пятикратное преимущество, — Алексеев продолжал направлять союзников к верному решению.

— Но стоит нам только попробовать выдвинуть войска к Москве, Смирнов сразу всё поймет и начнёт убирать нас поодиночке, — резонно заметил туляк Ковальчук, — Да и Ковалевский не будет сидеть на месте.

— Нет, начинать сейчас боевые действия в городе нельзя. Нам не удержать информацию о захвате космической станции. Простые колонисты узнают и воспользуются нашим противостоянием, устроив беспорядки. Номерные, советы цеховых бригадиров и прочие преступные элементы сразу возглавят бунт, который придётся гасить большой кровью. Так что открытая война со Смирновым, это точно не выход, — произнёс Григорьев, всегда отличавшийся взвешенным подходом.

— И что ты предлагаешь? — спросил более пылкий Ремизов. — Убрать Николая с помощью подосланных убийц или внутреннего переворота в клане? По моей информации, этого сделать не получится, ибо охрана Смирнова — это небольшая дружина выборных воинов, составляющая костяк его армии. А его наследники зажаты в тиски папаши. Они не выходят на связь, даже для обсуждения обычных проблем.

— Нет, трогать мы никого не будем, — произнёс Алексеев. — Я предлагаю соглашаться со всем, что предложит Николашка, затаиться и ждать. А когда он споткнётся, мы просто не окажем ему помощь. Если представится возможность, то разорвём имущество его клана на куски. Захватим плантации хмеля и райского цветка. А также химические предприятия в Туле и Калуге. Москвичи смогут вернуть контроль над заводами, перерабатывающими железное дерево. В Новгороде мы приберём к рукам производство пандорской водки, стимуляторов и копировальные заводы.

— А как будем делить карьеры биоматериала? — поинтересовался туляк, который давно хотел откусить часть каторжных приисков.

— Каждому из нас достанется равная доля. Остальные удовлетворятся тем, что останется.

Алексеев знал, что такой расклад устроит союзников, поэтому спокойно раздавал обещания.

За пятнадцать минут до общего сбора олигархов с ним на связь вышел Елисеев младший. Парень смог его удивить, показав списанного со счетов незаконнорождённого Бориса, как оказалось, принимавшего деятельное участие в бунте.

Подумав о возможных последствиях, сначала Андрей даже испугался. Но потом включились хищнические инстинкты главы клана, которые помогли ему пережить большую резню, и стать крупной фигурой на планете. Нет, после короткого разговора с мятежниками, он не собирался бросаться им в объятья. Но почему бы не помочь свергнуть с трона своего лучшего друга и по совместительству главного конкурента? А потом посмотрим, как карта ляжет.

Ярослав

Проводя опись захваченного на станции имущества, мы выяснили, что в большинстве своём космические контейнеры забиты ёмкостями с пандорской водкой. Кроме этого, обнаружились образцы различных живых организмов и множество замороженных колоний биологических нанитов. Самым дорогим приобретением стали два контейнера, полностью забитых дорогущим минералом. По самым скромным оценкам стоимость трофеев исчислялась десятками миллионов кредитов.

Правда, сейчас всё это превратилось в дорогой балласт, который невозможно продать. С империей ничего не предопределено, но сделку с торговым синдикатом пока точно не провернуть. Да и федералы вряд ли решится сразу начать торговать с мятежной колонией, формально находящейся под юрисдикцией Аратана. Ведь если об этом узнают имперцы, то новой эскалации конфликта между двумя державами не избежать. Тогда и на него обратят самое пристальное внимание.

А значит, пока всё это бесполезный хлам. И даже если товар удастся продать, хотя бы за полцены, то получение жизненно важных ресурсов и расходников для содержания скромной космической группировки, останется под большим вопросом.

Мы с капитаном Алексеевым менее чем за час оценили содержание одиннадцати грузовых палуб, находящихся за стыковочными узлами станций. Оставалось осмотреть последнюю, обозначенную на схеме, как место временного хранения неоплаченных и конфискованных товаров.

Как оказалось, имперские власти и менеджеры синдиката иногда не сходились в некоторых понятиях о том, чем именно можно торговать с крепостными колонистами. Из-за этого непонимания на барже попадались грузы, запрещённые к распространению среди землян. Обычно их отсылали назад, но иногда, что-то зависало на складе по вине местного аналога таможни.

Сейчас нам предстояло разобраться в этом разнообразии товаров. И я надеялся обнаружить, что-то полезное для нашего дела.

— Как думаешь, твой папаша заглотил наживку? — спрашиваю у Алексеева.

Бывший капитан оторвался от изучения списка товаров.

— Я думаю, ради потопления своего заклятого друга, он пойдёт на всё. Ведь в случае смерти Смирнова, папашино состояние увеличится минимум в два раза. И предупреждаю сразу, несмотря на то что я нахожусь здесь с тобой, он точно не питает иллюзий насчёт удачного завершения бунта.

— А сам ты, что думаешь? — озвучиваю вопрос, который давно хотел задать новгородцу.

— Если зарканским космотехам удастся починить дредноут, то нам всем нужно грузиться в него, и прыгать подальше от этой звездой системы.

— То есть, ты предлагаешь стать космическими пиратами. Ведь дредноут заточен только под выполнение военных операций. Это тебе не транспортник или тяжёлый крейсер, которые можно переделать.

— Хоть бы и так, но зато на воле.

— Боюсь, что эта свобода будет недолгой. Не мне тебе объяснять, что такое расход боеприпасов и амортизация космического корабля, во время его реального использования. Я видел, какие запасы имеются у нас в наличии. Поэтому на сто процентов уверен, что дредноута хватит на два десятка коротких схваток или два — три интенсивных сражения с небольшими эскадрами. А потом корабль превратится в дырявое решето, которому нечем стрелять и защищаться.

— Здесь наши перспективы тоже, так себе. — Капитан тяжко вздохнул.

— И всё же они есть, — возразил я в ответ.

— Скажу честно. Понимаю твоё желание отомстить Смирнову за близких и разорённый посёлок. Но разве сейчас нам до этого?

Я почувствовал его нервозность и решил объясниться.

— Капитан, не думай, что я просто решил отомстить за деда любой ценой. Здесь нужно копнуть глубже. Пока жив Смирнов, он не позволит нам получать товары с территории городов. А ещё там будет царить относительная стабильность. Если же нам удастся его сковырнуть с престола главы совета, то разборки за имущество Смирнова заставят кланы воевать друг друга. И на обширной территории от Новгорода до Рязани начнётся бардак, которым глупо не воспользоваться.

— В этом случае пострадают не только военные, но и простые колонисты.

— Конечно, — соглашаюсь с капитаном. — Но это лучше, чем решение вопроса подчинения при помощи орбитальных бомбардировок.

— Ладно, пока твоя фронтирная знакомая не подала знак, рано об этом говорить, — ответил Борис и, наконец, закончил разбирать перечень товаров, выведя передо мной голографическую таблицу из нескольких выбранных пунктов. — Вот смотри. Для обслуживания дредноута здесь ничего нет. Имеется несколько десятков контейнеров с казармами-трансформерами военного типа. Они запрещены к завозу на планету, из-за наличия в конструкции, встроенной системы силовой защиты и маскировочного голографического контура.

— А что-то из запрещённого вооружения ты, случайно, не нашёл?

— То, что мы можем использовать, здесь точно нет, — уверенно капитан, и указал лазерным прицелом кинетического автомата на контейнер, помеченный лейблом имперской армии. — Здесь находится восемь передвижных установок с фазерами высокой мощности. Судя по спецификации — это ПВО с системой обнаружения и автоприцеливания. В атмосфере планеты эффективная стрельба осуществляется на дистанцию до ста километров. Потери изначальной мощности составляют пятьдесят процентов.