Алан Дин Фостер - Сквозь призму световых лет

Браук бросился на защиту Уокера:

— Это не простое дело. Оно требует великого мастерства.

— Да, полагаю, базовых знаний физики. Однако в конечном счёте результатом стало всего лишь насыщение. Наш общий двуногий друг сотворил всего лишь пищу, а не маленькое солнце. Тем не менее я надеюсь, что его представление улучшит нашу репутацию среди лиц, принявших нас здесь. Конечно, это хорошо. И в то же время оно увеличит срок нашего пребывания среди принявших нас лиц. А это вовсе не так здорово.

Глазные стержни Браука склонились к к'эрему так, что одно из глазных яблок нависло над ней. Она осталась безразличной к его стереоскопическому взгляду.

— Ты говоришь одно и то же дважды, но каждый раз приходишь к разным заключениям. Не понимаю.

— Естественно, не понимаешь, — нелюбезно согласилась Скви. — В ходе нашего вынужденного сосуществования я пришла к выводу, что тонкие и проницательные суждения не являются характерной чертой вашего вида. Само собой, тебя нельзя в этом винить.

Откуда-то из самых глубин туукали вырвался рокот:

— А меня можно будет винить, если я швырну тебя о противоположную стену?

— Я к ней прилипну, — ответила она, помахав несколькими усиками. — Конкретизирую сказанное: хорошо, что мастерство нашего друга Уокера оценила принимающая сторона. Но я обеспокоена тем, что оно, вероятно, слишком совершенно. Было бы лучше, если бы последующие исследования сферы приготовления нийюанской пищи оказались не столь впечатляющими, чтобы его не провозгласили национальным сокровищем или чем-то подобным. Такая глупость лишила бы нас возможности покинуть эти места.

— A-а… Теперь понимаю.

Глаза Браука, в прямом смысле слова, переместились от к'эрему, которую он поддерживал, в другую сторону. Глядя поверх толпы, он нашёл человека. Уокера по-прежнему окружала толпа восхищённых ниййюю. Несомненно, лишь Скви была настроена пессимистично. Несомненно, ниййюю не вознесут человека по фамилии Уокер столь высоко, что откажутся отпустить его.

— Имело ли это смысл? — поинтересовался он.

Предположим, ему, Скви и четвероногому Джорджу выпал шанс продвинуться на пути к их родным мирам, но Уокера силой заставят остаться. Что бы он стал делать в подобных обстоятельствах? Он знал, что стала бы делать Скви. По поводу Джорджа такой уверенности не было. И ещё меньше Браук был уверен в себе. Являющаяся результатом этих размышлений скрытая дилемма морального характера больно сверлила мозг.

Нет причины для паники, говорил он самому себе, поскольку пока ничего подобного не случилось. Беспокойся, если появится повод. И когда появится. Между тем самое лучшее — принять участие в вечере, разделить чувство удовлетворения с хозяевами и оставить пессимистические рассуждения крошечному скептику-многоножке.

Всё же, пока дни тянулись, соединяясь в декады, а декады — в долгие однообразные периоды, туукали все больше и больше размышлял над тем, что сказала ему той ночью растревоженная к'эрему.

Нет, их время вовсе не проходило в невзгодах или в скуке. Так же как на Серематене, на Нийю было на что посмотреть, чем заняться и что изучить, невзирая на менее пугающий уровень искушённости. Но чем дольше они оставались здесь и чем ближе знакомились с кажущейся иногда противоречивой, но едва ли скучной культурой ниййюю, тем более удалённой в галактических пространствах становилась мечта вернуться к полям, лесам и городам Туукалии.

Однажды утром, чувствуя себя особенно одиноким, он решил напрямик обратиться со своими проблемами к человеку.

Уокер сидел один за своим пультом, вербально организуя и систематизируя компоненты презентации, заказанной неофициальной группой, сосредоточенной в Эбаре. Тот факт, что в основном благодаря мастерству и компетентности Марка ему и его друзьям больше ни в чём не надо было полагаться на благотворительность правительства Коджн-умма, стал для него источником существенной гордости. Поблизости, свернувшись калачиком на подушке, спал Джордж. Поскольку она не была анимированной, как сделанный на заказ на Серематене коврик, который пёс привёз с собой, её полуорганические составляющие позволяли ей подниматься и опускаться, а также автоматически изменять температуру сообразно нуждам тела Джорджа. Взирая на маленького четвероногого, Браук позавидовал ему. Джорджу надо было так немного.

«Возможно, и я довольствовался бы малым, — подумал туукали, — если б только, как и многие представители моего вида, не обладал душой художника». Он не мог отрицать, и даже пытаться отрицать, что, подобно многим из его народа, был склонен к меланхоличным рассуждениям.

Тем не менее, несмотря на характерную угрюмость и меланхоличность, он делал всё, что было в его силах, чтобы они не причиняли беспокойства человеку, который, как часто отмечала Скви, был подвержен необоснованной нерешительности и непредсказуемым взрывам эмоций. Браук отметил, что тем самым положительно влиял на поведение человека, так что это был его ценный вклад в их совместные усилия, направленные на возвращение домой.

— Приветствую тебя в этот прекрасный полдень, мой друг.

Уокер чуть не подпрыгнул на узком нийюанском стуле, чью тонкую, как перила, спинку он усовершенствовал, дополнив её широкой подушкой собственной конструкции.

— Чёрт побери, Браук! Ну разве можно так незаметно подкрадываться к людям? — Он успокоился и снова откинулся на спинку стула. — Меня всегда поражает, что кто-то твоего размера может передвигаться почти бесшумно. Боюсь, ты собираешься поражать меня этой способностью ещё не раз.

— Мои извинения. — Глазные стержни опускались и поднимались, одно глазное яблоко пристально вглядывалось куда-то поверх плеча человека. — Как проходит подготовка к твоей следующей кулинарной феерии?

— Довольно успешно. Из Дмеруу-иб, королевства, которое граничит с Коджн-уммом на юге, только что прибыли новые свежие фрукты. Они рождают мысли о чём-то тропическом и напоенном солнечным светом.

Браук не был уверен, что именно означало объяснение Уокера, но это не имело значения. В данный момент его интерес концентрировался отнюдь не на еде.

— Марк, я не менее чем Джордж или Скви признателен тебе за заслуги, что снискало тебе твоё мастерство у наших хозяев, ниййюю.

— Не стоит благодарности. — Уокер пробурчал ответ, не отвлекаясь от пристального изучения провизии и оборудования, паривших перед ним в воздухе.

— Но мы находимся здесь уже внушительно долгое время и ничуть не приблизились к тому, чтобы продолжить наш путь по направлению к дому с тех пор, как прибыли сюда.

Это замечание заставило Уокера оторваться от работы. За его спиной терпеливо и неподвижно зависли в воздухе продукты и кухонная техника, ожидая, когда он снова обратит к ним своё внимание.

— На самом деле это неправда, Браук. — За то время, что они провели вместе, Марк научился фокусироваться на одном глазу туукали и игнорировать взгляд другого, когда те были так далеко друг от друга, как теперь. — Мы добились благосклонности наших хозяев и успешно упрочили своё положение в их обществе.

— Наша цель, должен тебе напомнить, — отбытие. Наше стремление — двигаться дальше, прочь от этого места, а не устраивать себе лужайки перед домом или сходить с ума от местной культуры.

Уокер посмотрел налево. Джордж приподнял голову со своей подушки:

— Увалень прав, Марк. Я думал о том же самом: нам становится здесь слишком уютно. Может, это как раз то, чего хочется нашим добрым нийюанским друзьям. — Глаза пса сузились. — Вероятно, тебе следует проводить немножко больше времени в поисках пути с этого комка грязи, вместо того чтобы пускать слюну, восхищённо глядя на инопланетную сильфиду, которую ты всё равно не можешь получить.

Уокер напрягся.

— Я не понимаю, о чём ты говоришь, Джордж.

Голова пса тяжело упала обратно на подушку.

— Угу. А некоторые из моих лучших друзей — кошки, которые брызгают мне в лицо.

Глазные стержни Браука неуверенно шевельнулись.

— О чём говорит Джордж?

— Ни о чём, — огрызнулся Уокер. — Он мнит себя экспертом в поведении каждого, но не себя самого.

— Говоря о толстых концах… — начал пёс.

Марк резко оборвал его:

— Я делаю всё, что могу, Браук. Каждый раз, когда встречаюсь с чиновником из правительства, я упоминаю в разговоре, что нам хотелось бы поговорить с каким-нибудь специалистом в астрономии. Встречи уже назначены, но пока ничего из этого не вышло. Ты же знаешь, ниййюю соблюдают свой протокол.

— Им нравится, как ты готовишь, — резко вставил Джордж. — И не хотят тебя потерять.

Уокер обернулся к другу:

— Ну же, Джордж. Ты же подразумеваешь под этим то, что правительство намеренно не даёт нам встретиться с астрономами?

Пёс встал на подушке. Его хвост не вилял.