Главная проблема космического босса - Ксения Хоши

Я неожиданно дергаюсь. Пытаюсь рвануть вперед. Но мускулы Сана словно отлиты из усиленной стали. Вместо свободы я получаю болезненную хватку.

— Куда? — рычит в ухо Сан, а потом снова заливается истерическим смехом.

От его звуков волосы встают дыбом, а по коже продирает мороз. Приступ веселья заканчивается внезапно.

— Ты плохо себя вела, — шипит в ухо буранец. — И за это будешь наказана. Суни! Сейчас я сломаю эту куклу и возьмусь за тебя…

С этими словами Сан, все так же закрываясь мною, поворачивается к брату.

И в это мгновение я вижу Вэйда. Близко. На расстоянии вытянутой руки. И когда он успел подскочить?

Взгляд босса темный, густой. Ноздри раздуваются. Над головой у меня с нечеловеческой скоростью пролетает его кулак и с хрустом входит в лицо Сана. Слышу отвратительный звук ломающихся хрящей и костей.

Буранец начинает заваливаться назад, увлекая меня за собой. Я чувствую, как его безвольные руки расслабляются, плетьми скользят по моему телу. И не успеваю найти точку опоры и падаю вместе с Саном.

Но Вэйд молниеносным движением, как в страстном танце, выхватывает меня из безжизненных объятий и притягивает к себе. Держит крепко, не дает мне рухнуть следом.

Только прижимаясь к его твердой, непоколебимой, как скала, груди, понимаю, что меня трясет. Ноги словно тряпичные. Я не могу сделать ни шагу, дышу рвано. В груди жжет. Горечь быстро перекидывается на горло и нос, печет под веками. Кажется, всхлипываю.

Ощущаю, как Вэйд гладит меня по спине, по волосам. Мягко и нежно, словно утешает ребенка. Вокруг происходит какая-то суета. Слышу шорохи, тихие переговоры.

Вэйд не произносит ни слова, но мой страх постепенно растворяется. Сотрясающая меня дрожь слабеет и наконец покидает мое тело.

И к своему стыду я понимаю, что так и хочу стоять, прижимаясь к Вэйду. И совсем-совсем не желаю, чтобы тело становилось послушным. Потому что тогда мне придется отстраниться.

— Ксинт Арден, — раздается тихий голос одного из адвокатов Суна. — Мой клиент очень сожалеет, что вашей помощнице пришлось пережить это. Он интересуется, как может компенсировать это… недоразумение…

Руки Вэйда нежно обхватывают мои плечи. Босс мягко отстраняет меня и заглядывает мне в лицо. Что-то в его взгляде неуловимо изменилось. Эти глаза всё такие же черные, холодные и одновременно с этим горячие и манящие.

— Ты как? — бархатисто спрашивает босс.

Киваю и выдавливаю из себя улыбку. А затем осматриваюсь. Юрист, которого толкнул Сан, жив. Он едва стоит, с трудом держит голову, взгляд расфокусирован. Двое коллег поддерживают его под руки.

Сун сидит на корточках рядом со скрученным пиджаками Саном и закрывает лицо рукой. Вся поза выражает душераздирающую скорбь. Сан без сознания. Вместо лица кровавое месиво. Грудь тяжело вздымается.

Адвокат, который обращался к Вэйду, тактично покашливает. Арден наконец поворачивается к нему.

— Рекомендую это недоразумение, — кивает босс в сторону Сана, — забрать подальше с моей станции. Когда это недоразумение сможет по-человечески общаться, вы должны вытрясти из него всю информацию по сбытчикам титанекса. Этой дряни не место в космосе.

Адвокат безропотно кивает.

— Дальше, — холодно перечисляет Вэйд. — Ксинт Сун продолжает сотрудничать с моим банком и пользоваться его хранилищем. Но условия мы пересмотрим. С этого дня оплата производится не кредитами, а квантовыми алмазами. В эквиваленте.

Адвокат сереет.

Квантовые алмазы, как элитное вино, со временем становятся только лучше и дороже. Это тверже любой твердой валюты.

— Я не уверен, что… — мямлит адвокат, с беспокойством поглядывая на Суна.

— По рукам, — отвечает вдруг Сун и выпрямляется. Между бровей складка, но больше ничего не выдает, что он только что получил от судьбы тяжелый удар. — Ксинт Арден, я согласен на ваши условия, если ни единая душа за пределами этого зала не узнает, что тут произошло.

— На меня и мою помощницу можете полагаться, — Вэйд берет меня за руку теплой ладонью и ведет к столу, на котором стоит кейс.

Он мягко усаживает меня на свой стул и накидывает на плечи свой пиджак. Я сижу, словно сторонний наблюдатель. Лишь открываю Лерион, чтобы Вэйд и Сун перепроверили содержимое и переподписали договор. И так же безмолвно блокирую кейс с обновленной начинкой после переговоров.

Делегация буранцев покидает випку, адвокаты уволакивают Сана, и мы остаемся одни.

— Теперь в хранилище? — равнодушно спрашиваю я, у меня иссякли силы на чувства, я как замороженная рыба.

— Нет… — Вэйд опирается спиной на стол прямо передо мной и обжигает меня взглядом. — Ты пострадала на работе. Я, как порядочный работодатель, — он вдруг наклоняется, тянется рукой к моей щеке и заправляет за ухо свисающую на лицо прядь, и от этого интимного касания в животе собирается тепло, а воздух вдруг застревает в груди, — обязан компенсировать ущерб.

Во рту все пересыхает и я невольно облизываю губы. Вэйд не сводит с меня глаз, они уже похожи на горящие угли.

— И как… вы будете компенсировать ущерб? — спрашиваю задыхаясь и чувствую, как заливает жаром щеки, а сердце бьется, словно птичка в силках.

Вэйд не сводит потемневшего взгляда с моих губ. Воздух между нами вот-вот заискрит от напряжения. Вэйд наклоняется. Его лицо в нескольких сантиметрах от моего.

И в этот миг его наладонник взрывается трелью сигнала. Вэйд с досадой смотрит, кто звонит, хмурится и принимает вызов.

— Да? — сипло рычит в микрофон.

— Ксинт Арден! — льется из динамика мужской исполнительный голос. — У нас просит посадки шаттл крогаров. Вы приказывали докладывать об их судах. Что им ответить?

Я вжимаюсь в спинку стула и закрываю глаза. Груул никогда не оставит меня в покое!

9. Вэйд

Я с силой сжимаю в руке наладонник. С трудом удерживаюсь от того, чтобы не смять его. Плевать, что это будет второй уничтоженный коммуникатор за два дня… Ради Кейланы я готов пожертвовать половиной сокровищ из хранилища.

Сначала какая-то досадная случайность навязала мне эту ходячую проблему — подчинённую, которая не соблюдает протокол и субординацию.

Потом зацепило ее врожденное благородство. Она умеет держаться с таким достоинством, будто не землянка, а королева Вселенной.

Затем удивили ее гордость и независимость, переплетенные с искренностью и простотой. Для Вексов — диковинный коктейль.

А в основе этого экзотического напитка — поток эмоций, горячий, опаляющий, словно лава. Впервые эта особенность землянок меня