Мёртвое Эхо - Валентин Леженда

— Решил искупаться? — с насмешкой спросил ступивший следом на мост Килмистер. — Если что, то не советую этого делать. Прыжок туда билет в один конец. Смотреть долго тоже опасно. Затягивает.

— А много в этом лесу людей? — спросил Дит, на всякий случай отойдя подальше от выглядевших не очень надёжно древних перил.

— Людей здесь нет, — ответил Люгер. — Только тени. И все они ищут Мандир.

— Мандир? — заинтересовался Дит. — А что это?

— «Дом Бога», — важно объявил Килмистер. — То место где можно, наконец, обрести долгожданный покой.

— Значит ты сам там ни разу ещё не был?

— Конечно же не был, — рассмеялся Люгер. — Иначе что я, по-твоему, здесь делаю? Обретшие «Дом Бога» уже не возвращаются в это паршивое место…

За мостом простирался всё тот же осенний лес. Деревья здесь росли не так плотно, сквозь ветви можно было рассмотреть далёкое синее небо.

— Не удивляйся, но в округе всегда царит осень, — сообщил Килмистер, пряча оружие. — Даже не знаю почему так. Тот кто собрал нас здесь, по всей видимости любит это время года. Кажется поэты обожают осень за её ненавязчивую мрачность и ржавеющую ауру неизбежного увядания. Ведь что такое осень? Осень, это пролог скорой зимы. А с чем в природе ассоциируется зима?

— С жизненным финалом, — ответил Дит, осторожно ступая по мягким чуть влажноватым листьям, казавшимся ему одним большим опасным живым существом.

— Правильно, — подтвердил Люгер. — Ты ведь и сам всё прекрасно понимаешь, брат. Я с самой нашей первой встречи не ошибся в тебе.

Налетевший порыв прохладного ветра осыпал одиноких путников ворохом сухих листьев.

Килмистер заметно помрачнел.

— Пошли быстрее, — коротко бросил он. — Не нравится мне это затишье, совсем не нравится…

Вскоре среди деревьев показались древние руины. Полуразрушенные куски поросших мхом каменных стен, возможно, когда-то были высоким забором, огораживающим небольшой храм, состоящий из нескольких трёхэтажных строений с позолоченными куполами. Забитые досками накрест окна и двери выглядели довольно уныло.

— Сейчас поищем что-нибудь для нас полезное, — пообещал Люгер, слегка приободрившись. — Чует моё мёртвое сердце, не зря мы сюда вышли. В прошлый раз, когда я здесь проходил, никаких руин в этом месте не было. Это добрый знак.

Дит не понимал, чего здесь доброго. Но спутнику, конечно же, было виднее. Одноэтажные монашеские кельи рядом с возвышающимся над ними храмом также выглядели полностью заброшенными. Многие с обвалившимися крышами, внутри лежали нанесённые ветром осенние листья. Люгер заходил в каждую келью, внимательно глядя себе под ноги, будто что-то искал.

— Ага, ну наконец-то, — воскликнул он, заглянув в очередные развалины. — Давай-ка, брат, сюда.

В напрочь лишённой крыши пристройке лежал мумифицированный мёртвый человек в серой монашеской рясе. Человек лежал в такой позе, будто смерть застала его во время молитвы. В усохших руках блестели зажатые нефритовые чётки.

— Что с ним случилось? — спросил Дит, присев рядом с трупом.

— Да кто ж его знает, — Люгер принялся деловито обыскивать одежду мертвеца. — Может молился не тому богу…

— Так… и что тут у нас… — Килмистер выкладывал на пол нехитрый скарб покойника. — Молитвенник в кожаной обложке на арамейском языке. Нет, это нам сейчас точно не нужно. Компас… ну эта вещь в лесу абсолютно бесполезна, потому что работает всегда неправильно. Опа, а это что?

Развернув свёрнутый в трубочку лист жёлтой бумаги, Люгер с нескрываемым интересом уставился на замысловатую карту, исчерченную непонятными чёрными символами.

— Оказывается этот монах тоже искал «Дом Бога», — задумчиво проговорил он. — Вот даже пытался план составить тех мест, где бывал. Странный поступок, ведь лес раз в сутки полностью меняется, поэтому его точную карту составить невозможно. Я пару раз пытался и всё безуспешно. Хотя погоди… вот, кажется, та точка, где мы сейчас находимся. Даже название есть «Провал безвременья». Откуда у него эта информация? Кто же ты был на самом деле?

Килмистер повернулся к покойнику, будто и впрямь ожидая от него ответ.

— Оставлю-ка я эту карту себе. Вдруг всё-таки пригодится.

Перебравшись через полуразрушенный забор, путники вернулись в лес. Дит не удержался и обернулся. Загадочных развалин с храмом за спиной уже не было.

— Ну что я тебе говорил, — воскликнул Люгер. — Никакого постоянства. Всё течёт, всё меняется. Искривления пространства порождают парадоксы, а парадоксы порождают временную уникальность зыбкого бытия.

— А как же «Дом Бога»?

— А вот мандир всегда находится на одном месте, в отличие от путей к нему ведущих. Единственная область постоянства в потустороннем хаосе мёртвых миров.

Снова развернув трофейную карту, Килмистер громко присвистнул.

— А карта то и впрямь непростая. Место ведь, в котором мы только что были, на ней исчезло. Вместе с поясняющей надписью.

Люгер возбуждённо стучал указательным пальцем с чёрным ногтём по плотной бумаге.

— А «Дом Бога» на этой карте обозначен? — поинтересовался Дит, заглядывая спутнику через плечо.

— Разумеется, нет, — Люгер аккуратно свернул карту. — Как ты думаешь, лежал бы тот монах мёртвым, если бы точно знал к нему дорогу?

Снова налетел холодный ветер. Сорвавшиеся с ближайших деревьев листья стали закручиваться в небольшие воронки.

— Лучше обходи эти маленькие смерчи стороной, — предупредил Килмистер. — Иначе затянет под землю, где обитают проклятые. Раз к ним попадёшь, уже не выпустят.

— Я видел их, — вспомнил Дит. — Там у склепа с ангелом на крыше. Они окружили меня, но их пожрало пламя.

— Неопалимая купина, — кивнул Люгер. — Она росла рядом с тем склепом. Потому они и сгорели. Повезло тебе, что тут ещё сказать…

— А как ты вообще туда попал? — поинтересовался Дит. — Почему оказался заперт в саркофаге?

— А это был не саркофаг, — усмехнулся Килмистер, поправляя съехавшую на бок шляпу. — Это был портал. Склепы служат для быстрого перемещения по лесу. Но пользоваться ими могут далеко не все. Это право ещё нужно заслужить. Я вот наугад сунулся и оказался заперт. Больше такой ошибки не допущу. Эй, я же сказал тебе не наступать на маленькие смерчи…

Дит как зачарованный смотрел, как вокруг него закручивается жёлтая шелестящая спираль, чувствуя, что окружающий мир начинает истончаться медленно исчезая.

— Что опять? — хрипло проревел Люгер, но остальных его слов Дит уже не услышал.

* * *

— Человек очнись!

Дит открыл глаза, недоуменно разглядывая разноцветные пульсирующие радужные круги. Сквозь истончающуюся картинку жёлтого леса проступали гладкие, освещенные ровным искусственным светом стены подземного военного объекта.

— Возможно он находится под воздействие наркотиков, — проговорил второй механический голос. — Посмотри, на его зрачки.

— Зрачки расширены.

Две мутные дрожащие картинки совместились в одну, раздражая глазной нерв. Осенний лес постепенно нехотя отступал, вытесняемый серой, почти лишённой красок, опостылевшей реальностью.

— Человек пришёл в себя, — объявил андроид со