Дэвид Ллевеллин - Захват Челси 426

Старик и мальчик вместе катались по полу, обернутые дрожащим шаром блестящей энергии, пока Уоллес не вырвался и не встал на ноги. Майор лежал парализованным на земле, его дыхание было чуть громче хрипа.

— Уоллес? — в ужасе сказала Вена. — Что ты сделал?

— Утихни, — огрызнулся Уоллес. — Если повезет, мы его убили. А теперь — где Доктор?

Вена покачала головой, слезы текли по ее щекам.

Джейк взглянул туда, где лежал майор, все еще борющийся за жизнь, и бросился к Уоллесу с вытянутыми руками, как будто он мог задушить его. Уоллес взмахнул рукой в сторону Джейка с легчайшим телодвижением, и тонкая молния зигзагообразной энергии заставила более молодого мальчика покачнуться.

Уоллес обернулся к Вене.

— Теперь, — сказал он, холоднее, чем раньше. — Где. Доктор?

— Я здесь, — сказал голос из дверей.

Уоллес круто повернулся и увидел Доктора, стоящего в ТАРДИС. Он тихо закрыл за собой дверь и сейчас к ней прислонился.

— Итак, — сказал Доктор, — вот что стало с Рутанским войском после более пятидесяти тысяч лет бесконечной войны, верно? Атака стариков и использование мальчиков-подростков для выполнения их грязной работы для них?

— Да что ты знаешь о нашем виде? — сказал Уоллес, искоса смотря на Доктора.

— О, достаточно, — сказал Доктор. — Достаточно, чтобы знать, что вы разумнее, чем сонтаранцы, какими бы пафосными они ни были. Достаточно, чтобы знать, что, даже когда вы выигрываете эту войну, вы никогда по-настоящему ей не наслаждаетесь, как они, не правда ли? Я имею в виду… Сонтаранцы… Они любят ее. Они любят войну. Но рутанцы? Нет… вы другие. Так почему же вы ее ведете?

— Знаете, что я думаю? Я думаю, вы ведете ее из-за скуки и чтобы почувствовать себя лучшими. Есть миллиарды — и я имею в виду миллиарды разумных форм жизни для того, чтобы вступить в конфликт, а вы выбираете сонтаранцев. Это что-то игры в шахматы с омаром, на самом деле. Ладно… Не блестящая аналогия, но вы понимаете, о чем я. И все же вы продолжаете вести ее, потому что это заставляет вас чувствовать себя такими важными и умными.

— Очень проницательно, Доктор, — сказал Уоллес, поднимая руку с растопыренными пальцами. — И ты можешь быть и прав. Возможно, победа над сонтаранцами будет, в конце концов, слишком легкой. Представь, насколько большей будет наша победа, если мы убили последнего из Повелителей Времени…

Он выбросил вперед свою руку с внезапным рывком, но ничего не случилось, никаких электрических молний, никакой вспышки энергии. Уоллес взглянул на свою руку и нахмурился.

— О, и вот еще что, — сказал Доктор. — Я знаю также, что эта споровая версия вас, которую вы создали… Она должна была выживать в атмосфере Сатурна почти пять веков. Чтобы сделать это, она должна была дышать аммиаком.

— Но как…? — сказал Уоллес. Теперь он выглядел слабее, его тело сгорбилось, его дыхание становилось короче с каждой секундой.

— Запах, — сказал Доктор. — Заметил его, когда впервые ступил в Челси 426. Неприятный. Местные, возможно, не замечали его… Ты не замечаешь, когда ты весь день вблизи него. Как когда кто-нибудь курит. Они не чувствуют дыма, но все остальные чувствуют.

— Дело в том, что ТАРДИС — не часть колонии, не так ли? Дверь закрыта, а воздух, кондиционирующий в этой штуке, непревзойденный. Любое дуновение чего-нибудь хоть немного неприятного, и оно выходит прямо через вентиляционные отверстия. У тебя заканчивается воздух.

— Что? — сказал Уоллес, теперь изо всех сил пытаясь дышать. — Но ты не можешь… Ты не можешь это сделать…

— О, я могу, — сказал Доктор, стоя над Уоллесом, когда мальчик свернулся на полу, открывая и закрывая рот, как рыба, которой не хватает воды. — Я просил вас оставить этих людей в покое, когда разговаривал с миссис Карстейрс. Ты это помнишь, не так ли? Общие воспоминания и прочее. Я просил вас уйти, и вы не ушли.

Вена пробежала через консольную комнату и наклонилась рядом с Уоллесом. Она взглянула на Доктора, плача и краснея от гнева.

— Что ты с ним делаешь? — спросила она. — Ты убиваешь его…

— Нет, — сказал Доктор. — Это рутанские споры. Они умирают.

Уоллес посмотрел на Доктора, его глаза злобно сузились, и он засмеялся с тем немногим воздухом, который у него был.

— Ты пожалеешь об этом, Доктор, — сказал он. — Ты об этом пожалеешь.

Его глаза закрылись, и его голова упала на решетчатый металлический пол ТАРДИС с глухим лязгом.

— Что ты сделал? — крикнула Вена. — Что ты с ним сделал?

Доктор оставался невыразительным, обойдя вокруг консоли к месту, где лежал майор, схватившись за грудь.

— Мне жаль, — сказал Доктор. — Мне так жаль.

— А, — прохрипел майор. — Ничего. Я был поражен хуже в воздушном бою над Коринфским Архипелагом. Хотя не могу сказать, что выживу на этот раз. Как насчет близнецов?… Они в порядке?

— Да, — сказал Доктор, слабо улыбнувшись. — Они в порядке. Благодаря тебе.

Майор улыбнулся.

— Это хорошо, — сказал он.

Он закрыл глаза и поморщился от боли.

— Ну, Доктор, по крайней мере, меня не один из этих сонтаранцев убил. Маленькие тираны со смешными маленькими головами и смешными маленькими ушами.

Доктор тихо посмеялся.

— Вот в чем дело с маленькими ушами, — сказал майор. — Достаточно только немного звука, чтобы их оглушить.

Майор взял руку Доктора, слегка ее сжав, и затем моргнул.

— Что это значит? — спросил Доктор. — Майор?

— Ты это поймешь, — сказал майор. — Такой умный парень, как ты. Теперь представь, что я немного вздремну. Чувствую себя истощенным, по правде говоря. Доброй ночи, доброй ночи, Доктор.

Майор засмеялся и кашлянул в последний раз, его глаза закрылись, и его рука безвольно упала рядом с ним.

Доктор запустил руку в свои волосы и испустил содрогающийся вздох. Если бы он только остался с ними или вернулся бы из кабинета мэра на несколько минут раньше…

— Я не верю в это!

Голос Вены прервал его мысли. Доктор стоял и, глядя на край консоли, видел сидящего вертикально Джейка, трясущего своей головой, как если бы он был внезапно разбужен от глубокого сна.

— Что случилось? — спросил он, кашляя и плюясь. — Где я? Где мистер Пембертон?

— Ты был прав, — сказала Вена, подняв глаза на Доктора.

Доктор кивнул.

— Видишь? — вкрадчиво сказал Джейк. — Я же говорил, что мы можем доверять ему.

Доктор улыбнулся Джейку, а затем взглянул туда, где лежал майор. Он глубоко вздохнул и опять обернулся лицом к детям.

— Хорошо, — сказал он. — Сейчас все, что нам нужно сделать, это разобраться с остальными рутанцами, спасти ваших родителей и отправить сонтаранцев обратно на Сонтар. Кто со мной?

Джейк поднял руку так высоко, как только он мог достать. Вена спустя несколько секунд последовала примеру, что оставило только Уоллеса.

— Простите, — спросил он, — но что такое «сонтаранец»?

Глава пятнадцатая

Впервые за два года мистер Карстейрс видел Западные Пристани. Это туда он и его семья прибыли в первый раз, путешествуя с Земли на лайнере, направляющемся к поясу Койпера. Их земное и, на самом деле, неземное имущество было собрано в упаковочную корзину глубиной не больше метра.

По прибытии все они, даже дети, были опрошены индивидуально сотрудниками регистрации и обязаны предоставить свои трансферные бумаги и законные документы, удостоверяющие их полномочие управлять Гранд Отелем. Первые несколько месяцев другие жители относились к ним как к приезжим, но довольно скоро их соседи и знакомые поняли, что они были людьми Челси 426 во всех отношениях.

Только детям, казалось, было сложно приспособиться. Их сверстники на Челси 426 были совсем другими по сравнению с детьми на Земле. Менее шумливые, менее озорные, менее громкие. Они одевались не как подростки, а больше как уменьшенные копии своих родителей, бабушек и дедушек, а не так, как когда-либо одевались Джейк или Вена.

В результате, ни у кого из них не было много друзей, но это мало беспокоило мистера и миссис Карстейрс. Иметь меньше знакомых здесь, в колонии, означало, что они реже попадали в неприятности, но не то что бы там было много неприятностей, в которые они могли попасть.

Мистер Карстейрс не мог не думать о тех первых днях в колонии, когда его и его жену сонтаранцы затолкали в трюм под дулом оружия. Огромный холл был переполнен и знакомыми лицами, и незнакомцами. Многие из них были молчаливы и сидели маленькими толпами, выглядящие потерянно и несчастно. Кто-то плакал, а их рыдания раздавались эхом по всему помещению.

— Вы будете ждать здесь до дальнейшего уведомления, — сказал один из сонтаранцев.

Когда мистер Карстейрс повернулся и вызывающе на него посмотрел, сонтаранец поднял свой жезл в качестве предупреждения.