Илья Стальнов - ГИЛЬОТИНА ДЛЯ ГОСПИТАЛЬЕРА

– Вот оно. Двадцать восьмой всплеск, – госпитальер хлопнул в ладоши.

– А где «распадники»? – спросил разведчик.

– Их может и не быть. Полтергейст бывает и без участия человека.

Затренькал дверной звонок. Филатов напрягся.

– Кого там черт принес? – прошептал он.

Естественно, обзорных камер в коридоре не было, так что кто стоит в коридоре, было неизвестно. Филатов взял пластинку и направил ее на дверь. На небольшом экранчике обрисовался силуэт. Эфирный сканер без труда пробил бетон стены и дерево двери и отразил, что происходит снаружи.

Там стоял один человек. И, судя по показаниям прибора, он был не вооружен, если не считать пистолета из плохой оружейной стали в кобуре под мышкой. В любом случае опасности он не представлял, и разведчик распахнул дверь.

В комнату вкатился напористый невысокий лысый человечишка с тоненькими рыжими усиками. Он улыбался так, что казалось, щеки его вот-вот лопнут.

– Дон Родригес, – он хлопнул себя ладонью в грудь, огляделся и плюхнулся в кресло.

– Вам что надо? – осведомился Филатов.

– Сеньор Горт, фирма «Сафари» приветствует вас и желает вам приятного отдыха на нашей планете. Такого отдыха, как у нас, вы не найдете нигде.

Филатов присел в кресло напротив.

– Вы третий человек, который говорит об изумительном отдыхе, – заинтересовавшись словами посетителя, сказал он. – Не понимаю, что интересного может быть в такой дыре.

– Именно в таких, как вы изволили выразиться, дырах и таится настоящий интерес, – он заговорщически подмигнул друзьям. – Для этого и существует наша фирма.

– И что она предлагает?

– Охоту.

– И всего-то, – фыркнул госпитальер.

– Охоту. Но какую. На самое опасное, самое беспощадное, самое гнусное существо в Галактике!

– На эльфийского рыбоеда? – спросил Сомов.

– На человека!

Молчание. Дон Родригес торжествующе обвел взглядом присутствующих.

– Боюсь, я не понял, – сказал госпитальер.

– А что тут не понять? Мы бедная планета. Единственно, чего у нас избыток, – людей. Они плодятся, как кролики, усугубляя и без того тяжелую экономическую ситуацию. Они не приносят никакой пользы, поскольку в основной массе являются обычными тунеядцами и мелкими бандитами. Экспорт наш жалок. Мы полностью зависим от импорта. Вывод – нужно использовать людей. Естественно, бизнес этот незаконен, но на него все смотрят сквозь пальцы.

– И что вы предлагаете? – спросил Филатов.

– О, у нас богатый набор. У нас есть все, чтобы удовлетворить самые изысканные вкусы. Групповые программы массовых загонов. Индивидуальные туры для садистов и гомосексуалистов. А также для педофилов и вообще всех людей нетрадиционных (или у вас в первой линии уже традиционных) увлечений. Охота на лоне природы. Охота в городе. Охота в пустыне. Охота с аквалангом.

– И жертвы – добровольцы?

– Очень мало добровольцев. Люди предпочитают дохнуть с голоду. К сожалению, их приходится рекрутировать другими способами. Добровольцы встречаются только в рамках индивидуальной программы «Равный шанс». Это для особо изысканных ценителей, когда и охотник и жертва имеют одинаковое вооружение.

– Любопытно, – кивнул Филатов.

– А еще, – воодушевился Дон Родригес, – у нас имеются интересные туры, сочетающие азарт охоты с познавательностью. Например, охота на бандитов – участие в полицейской акции по ликвидации какой-нибудь банды. По желанию клиента ему предоставляется возможность контрольных выстрелов. За дополнительную плату.

– Прекрасно.

– Наиболее опасное – охота на партизана. К сожалению, там значителен объем потерь среди заказчиков. Но вы испытаете изумительные ощущения. Военные – прекрасные смежники. Они знают, что такое доставить клиенту удовольствие. Там есть особый номер – сжигание деревни повстанцев.

– Специально ищут деревню?

– А что ее искать? Их жгут постоянно…

– Понятно, – кивнул госпитальер.

– На этом рынке большая конкуренция, но реальные качественные услуги вам окажет только наша фирма. Мы работаем в этом бизнесе давно, и от клиентов слышали только хорошие отзывы. Кроме того, сам Президент Республики является нашим пайщиком.

– Да что вы говорите, – цокнул языком разведчик.

– Именно так, – просиял Родригес.

– Мы обязательно подумаем над вашим предложением, – кивнул Филатов. – А сейчас нам хотелось бы отдохнуть после дороги.

– О, конечно, – Дон Родригес вскочил, бросил на стол рекламный буклет и раскланялся. – Звоните. Мы доставим вам удовольствие.

Госпитальер ошарашенно глядел вслед гостю.

– Ничего себе, – выдавил он.

Он пролистнул журнал. Там были двухмерные цветные снимки. С фотографий взирали счастливые туристы, облаченные в тяжелые армейские бронежилеты, с автоматами в руках. Вертолеты били ракетами по целям. Пылали деревни. Люди брали на мушку людей. В общем – развлечение шло полным ходом.

– Ничего не выбрал? – хмыкнул Филатов.

Госпитальер отбросил проспект как вредное насекомое.

– Ничего более мерзкого не слышал!

– Еще услышишь, – кивнул Филатов. – Хватит лясы точить. Давай работать.

Сомов вытащил из чемодана драгоценную приорскую «раковину». Ему с самого начала не нравилась идея брать такую вещь с собой. Но выхода не было. Если и уловишь аномалию, то только с ее помощью.

Сомов взял в руки «раковину». Прикрыл глаза. Он попробовал войти с ней в контакт – без какого либо эффекта. «Раковина» была холодна. От нее веяло холодом, как от холодильной камеры.

Это была уже третья попытка Сомова овладеть ею.

Он покачал головой.

– Не могу. Мне надо настроиться на город. Почувствовать биение его пульса. Мне кажется, НЕЧТО притаилась именно здесь.

– Почему кажется?

– Интуитивная загадка.

– Почему бы и не побродить по городу. Ты предлагаешь это сделать сейчас, вечером?

– Да. Мне нужно это сделать сейчас.

– Не думаю, что этот город создан для приятных прогулок, – сказал Филатов. – Но почему бы не прогуляться и не попробовать силы в паре-тройке уличных потасовок.

При упоминании о потасовках госпитальер передернул плечами. Драться он не только не любил, но и не умел, и не имел тут никакой практики.

Филатов поднялся, защелкнул на руке массивный браслет с индикатором слежки и еще несколькими техническими штучками, которые могут очень пригодиться в самых разных ситуациях. Они облачились в просторную одежду, простую с виду, но становящуюся жесткой при ударах ножей и пуль стрелкового оружия, в том числе и ЭМ-пистолетов.

На часах было семь вечера, когда они вышли из отеля. Отказались от такси. И пошли по улице, провожаемые удивленным взором швейцара.

– Они, видимо, обожают неприятности, – пожал плечами швейцар.

Работа в Ла-Пасе была для Филатова достаточно необычной. Здесь не было глобальных вездесущих компсетей и систем наблюдения, идентификации, так что технологическое противостояние было сведено к минимуму. Обладание некоторыми техническими новинками могло решить исход дела. Но вместе с тем невозможно было морочить технику противника, заставлять работать ее в свою пользу. Большая часть оперативной техники здесь просто не работала. Например, польза от индикатора слежки, который неоднократно спасал разведчика в Нью-Тауне – он фиксировал активность контрольаппаратуры и техсредств на улицах города и делал вывод о наличии технического наблюдения. Здесь он был бесполезен – таких средств наблюдения здесь просто не было.

Был простор для дедовских методов контрнаблюдения. А также простор для чувств, которые всегда помогали Филатову ощутить близость врага, даже когда техника предательски молчала.

И сразу по выходу из отеля Филатов почувствовал – за ними следят…

– Огонь! – приказал Динозавр пилоту…

Молнии бортовых орудий коснулись глайдера охотников. Тот закрутился на месте, приподнялся над площадью и сумел ударить в ответ.

Светофильтр колпака погасил яркость разряда. Удар пришелся в нос фэбээровского глайдера, тот ухнул вниз. Пилот заложил невероятный вираж и сумел выправить машину. Она проскрежетала брюхом по пластобетону и замерла. Тут же по кабине был нанесен второй удар, отбросивший пилота от пульта.

Пилот скорчился и застонал.

– Быстрее! – заорал Динозавр.

На нем был бронезащитный костюм.

Майор Форст вылетел из люка глайдера. За ним скользнули трое бойцов тактической группы и Пенелопа. В такой сваре Пенелопе делать было нечего – это дело для настоящих мужчин. Она и не рвалась в бой, прижавшись к корпусу глайдера и сжав разрядник. Она готова была защищать свою жизнь, но не собиралась кидаться за кем-то в погоню, вязать вооруженных головорезов. Она предоставила эту честь майору Форсту.

Появился полицейский «пузырь». Но пилот глайдера охотников без труда обошел его, заложив крутой вираж, и открыл огонь. «Пузырь» зарылся в пластобетон.