Источник для звёздного захватчика - Маша Малиновская

class="p1">Однако же у меня проблем со свёртываемостью пока никто не обнаружил, и ровно через год я стану кандидатом программы. Я об этом стараюсь не думать, но стала давно замечать, как тревожится и хмурится брат. Мы не говорим на эту тему, но иногда по вечерам, когда я, устроившись в кресле в гостиной, читаю книгу, чувствую, как Шейн буравит меня взглядом, отрываясь от починки деталей бытовой техники, которую берёт в качестве подработки.

Но сегодня мне только двадцать два. Впереди ещё целый год спокойной жизни, и я не собираюсь омрачать его страхом.

2. Чёрные плащи

День сегодня действительно был прекрасный. Солнце светило ярко, время от времени скрываясь за ватой облаков. По улице гоняли на велосипедах мальчишки лет девяти-десяти. После завтрака с Шейном я решила прогуляться в небольшой продуктовый магазин мистера Харьета, что располагался в самом конце нашей улицы.

— Лилиан! — улыбнулся толстяк Харьет. — Пришла за сыром?

Мистер Харьет потерял жену и старшего сына, которых забрали в программу лет десять назад. Говорили, он предлагал «чёрным плащам» и деньги, и себя вместо жены или сына, но это никогда не срабатывало, не сработало и в тот раз. Харьет остался с тремя дочерьми, чей возраст уже подходил к двадцати двум, и тревога за них сильно сказывалась на хозяине магазина, выливаясь в какие-то навязчивые оглядывания и частую икоту.

Дети, часто забегавшие в магазинчик за недорогими сладостями, потом посмеивались между собой и передразнивали продавца. Но они дети, им простительно пока. Подрастут — поймут.

— Да, мистер Харет, — улыбнулась я. — И два апельсина тоже положите.

— Как Шейн? — спросил лавочник, взвешивая апельсины на весах. — Племянник говорил, он сменил работу.

— Да, на мебельном заводе в центре платят больше, чем мистер Лури в своей кузне.

— А ты?

— А я хочу пойти учиться на медсестру. — Я взяла апельсины и завернула каждый в бумагу. — Планировала поработать немного в детском саду помощницей воспитателя, но Шейн говорит, что нам хватит его зарплаты на двоих, пока я освою профессию. Я много читала про сестринское дело, ходила на вечерние курсы.

— Тебе бы впору и доктором стать, Лили.

Я улыбнулась в ответ и сложила покупки в пакет. Попрощалась с мистером Харьетом и вышла из магазина.

Конечно, мне бы хотелось стать доктором, только это маловероятно. Врачей у нас очень мало, и каждый лично под контролем пришельцев. А вот освоить сестринское дело — вполне реально. Это очень полезная профессия, да и мне всегда хотелось помогать людям.

Когда я выходила из магазина, в дверях столкнулась с парой из тех мальчишек, что гоняли на велосипедах. Они были слегка побледневшие, втаскивали свои велосипеды внутрь магазина и перешёптывались. Пока я пропускала их, услышала обрывок фразы о том, что в нашем районе гетто они увидели машину «чёрных плащей».

Я даже как-то сникла, когда шла домой. Солнце уже не казалось таким ярким, а день таким прекрасным. Кто-то из моих знакомых сегодня лишится близкого человека или даже нескольких. От этого становилось не по себе.

«Чёрных плащей» в нашем районе давно не было видно, месяцев шесть-семь, и вот снова люди в солнечный день начнут захлопывать ставни, чтобы не слышать плач соседей. Включать громче телевизор в попытке заглушить свои собственные тяжёлые мысли, напитанные страхом и тревогой.

Ужасно, когда от тебя ничего не зависит, когда ты ничего не можешь сделать, чтобы исправить ситуацию, и когда не знаешь, в твой или в соседский дом в следующий раз постучат.

Я прошла через задний двор и подошла к крыльцу своего дома. Неприятное ощущение после услышанных от детей известий никак не отпускало. Открыв дверь, поставила пакет с покупками у порога.

Я не сразу заметила двоюродную тётю Эллу, которая время от времени присматривала за нами с Шейном. Ещё утром я позвонила ей и пригласила на обед по случаю моего дня рождения. Тётя обещала приехать, как только допекутся коричные булочки, которые она хотела взять с собой к нам на праздник.

Я заметила, что тётя Элла выглядела необычайно бледной и молча смотрела на меня тусклым взглядом. Её губы были сжаты в тонкую, почти полностью побелевшую полоску, плечи горестно опущены.

— Тётя Элла! — поприветствовала я её и подошла, чтобы обнять. — Как вы?

Иногда в день моего или Шейна рождения она грустила. Вспоминала мою маму, свою сестру, и сокрушалась, что та не видит, какими мы с братом растём. Наверное, и сегодня на неё нашла эта хандра.

Но вместо ответного приветствия или поздравлений, она просто молча продолжала смотреть на меня, а потом, словно встрепенувшись, глухо сказала:

— Лили, тут пришли господа из…

Договорить она не успела. Земля покачнулась у меня под ногами, когда за её спиной я наконец заметила троих мужчин, одетых в длинные чёрные пальто.

«Чёрные плащи»…

Это были «чёрные плащи». 3. Не ошибка

«Не может быть…» — пронеслось в голове. Потому что этого действительно не могло, не должно было быть.

— Добрый день, — онемевшими губами проговорила я. Горло пересохло и голос прозвучал сипло. — Думаю, тут вышла ошибка.

«Конечно же! — подумала я, и тело обрело лёгкость. Будто с меня сняли тяжеленный рюкзак, стягивающий плечи и грудь. — Самая настоящая ошибка!»

— У моего брата стоп-карта, год назад у него обнаружили проблемы со свёртываемостью крови, — сбивчиво пояснила я гостям. Всякое бывает, может, что в центре напутали.

Я смотрела на мужчин, на их бледные беспристрастные лица. Они не были землянами. Так близко я видела пришельцев лишь раз — когда они приехали за родителями, но с той ужасной ночи все подробности словно стёрлись из памяти.

Они выглядели почти так же, как и мы. В среднем их рост был немного выше — около двух метров, большинство были светловолосы, но не все. Ещё их отличала особая бледность кожи и длинные серебристые полосы на шее за ушами.

Кто-то судачил, что это жабры, кто-то утверждал, что это шрамы от внедрённой биотехники, но никто ничего толком не знал. Это они узнавали о людях всё, изучали их, нам же взаимность в этом плане была недоступна. Люди о захватчиках знали лишь то, что те знать о себе позволяли.

Из ступора меня вывел металлический приглушённый голос одного из них, резанувший слух.

— Мы знаем. Нам не нужен ваш брат. Мы приехали за вами, мисс Роуд, — отдалось набатом в голове.

Земля снова начала уходить из-под ног, когда мозг стал сигналить ещё об одной ошибке. Ноги будто вязнуть стали в ставшем мягким полу.

— Думаю, это тоже ошибка, — откашлявшись, снова