Детка в клетке - Елена Артемова

Узкая кровать, окна плотно зашторены темно- коричневой портьерой. Тумба, ковровая дорожка, платяной шкаф и дверь в санузел. С наслаждением потянулась и направилась умываться.

Стоило только зайти в ванную, как свет загорелся сам. Надо же, что-то вчера я такой опции не заметила. Удобно, с удовольствием залезла под теплый душ, попыталась вспомнить, как я добралась до номера и не смогла. Так, Лилька, рано амнезией страдать. На память я не жаловалась никогда. Что я помню? Банкет, шампанское. Да выпила-то я совсем немного, уходила трезвая. Помню Женю, как гуляли. Лес, дорожки. А дальше провал. Или мы потом еще выпили?

Я раз за разом прокручивала в голове события прошлого дня, но новых подробностей не прибавлялась. Наконец просто махнула рукой, если будет за что краснеть, коллеги сообщат за завтраком. Я обернула вокруг себя полотенце, закрепив его на груди, и поплелась к шкафу, сейчас одежду достану, волосы высушу и спущусь вниз.

Распахнула створки, потянулась рукой и замерла. Внутри было пусто. А где вещи мои? Я закрыла дверцы и опять открыла. Ничего не изменилось. А где мой чемодан? Мой любимый, между прочим, купленный в прошлом году в Турции… Продавец торговался со мной так азартно, что даже вокруг собралась толпа нас послушать. Мне тогда удалось сбить цену в три раза.

Первая мысль была, что я перепутала номера и ввалилась в пустой. И сейчас где- то в соседнем грустит без меня мой любимый чумадан. И как мне туда идти? Прямо так в полотенце? Я покрутила по сторонам головой, но своего вчерашнего платья не нашла. Вместо него на стуле лежал набор белья, домашние брюки и футболка. Все новое с бирками. Размер мой. Покрутила в руках задумчиво и натянула на себя. Потом верну или куплю новое владелице. Уверена, что как женщина женщину она меня поймет. То, что размер подошел, меня, конечно, несколько удивило, но я списала это на счастливый случай, просто повезло.

Выдохнула и направилась в коридор. Распахнула двери, уже занесла ногу над порогом и офигела. Коридора не было, вместо этого была поляна. Натуральная. С зеленой травкой под ногами, небольшим ручьем, пара невысоких деревьев и яркая лампа над головой. Я подняла глаза и уставилась в потолок, прозрачный по которому топтались чьи- то ботинки. Повернулась назад- гостиница… Сделала шаг вперед на лужайку, прошлась по ней и обнаружила такую же прозрачную как потолок стену, за которой стояли человекоподобные существа и рассматривали меня. Раскрыв от удивления рот я уставилась на них.

Рослые, широкоплечие гуманоиды, одетые во вполне похожую на нашу одежду. Женщины в платья, юбки, блузы, мужчины в брюки, футболки, рубашки. Только вот цвет кожи у кого-то был бледно- зеленый, у кого- то лиловый, у некоторых мужчин на голове за ушами выделялись небольшие наросты, как- будто жена рога наставила, нервно хихикнула я…

Они тыкали пальцем в клетку со мной, читали табличку на стекле и обсуждали на своем странном рычащем языке. В его основе лежали звуки Х, Ш и Р, какой- то грубый и незнакомый говор. Сквозь толпу пробирался такой же гуманоид, только поверх одежды на нем накинут белоснежный халат, а на носу сидели очки, только вот дужек у них не было, они словно приклеенные висели на переносице. Увидев меня, он как- то сразу обрадовался, и, открыв неприметную дверцу сбоку, оказался рядом.

Я попятилась назад, испугавшись визитера, который принялся что-то мне говорить, но понять его мне не удалось. Нащупав за спиной дверь, поспешила укрыться. Хотела было запереться, но, к моему огромному сожалению, ничего похожего на замок не обнаружила. Рванула к окну, отдернула шторы… Стена… Откуда тогда свет? Подняла глаза к потолку, слава богу, не прозрачному, так и есть светильник. Ладно, пошарила взглядом в поисках того, что могло бы сойти за оружие. Но ничего кроме стула не нашла. Перехватила его за ножки и замерла перед дверью в ожидании гостя.

Он не заставил себя долго ждать, вошел почти следом, и стул опустился прямиком на его макушку… разломался на мелкие щепки, на что тот лишь укоризненно покачал головой и, не меняя траектории, двинулся ко мне. Параллельно он говорил что- то ласковым тоном, но я не обманывалась, посадившие меня в клетку, не могут желать добра.

Только сейчас я заметила у него в руках поднос с тарелками, на которых лежала странная субстанция похожая на кисель серого и салатового цветов. И ложка.

Увидев мой взгляд, незнакомец заулыбался еще шире, поставил свою ношу на стол и жестом показал, что это можно есть, а затем вышел, оставив меня одну.

Что скрывать, есть хотелось. Но не настолько, чтобы пробовать это. Запаха от еды, к слову, не было никакого. Нет, не буду, решила для себя я, пойду хоть воды глотну что ли, там ручей на поляне был. Напившись, я вернулась в номер, улеглась на кровать лицом к стене.

Докатилась ты Лилька, раньше ходила в Зоопарк на животных смотреть, а теперь сама как зверь в клетке сидишь. А на тебя зеленые человечки ходят любоваться, невесело усмехнулась я.

Стоп, а где Женек тогда? Мы же с ним вместе были. Эта мысль заставила меня подскочить на кровати и рвануть на поляну. Я прижалась вплотную к стене и стала рассматривать клетки в округе, которые смогла увидеть. Но Жени в них не было. Это же хорошо? Значит, он успел убежать? Или не успел, а оказал сопротивление и его… Нет, Лилька, не паникуй раньше времени. Он убежал- приказала себе думать так. И не обращая внимания на толпу перед стеклом, скрылась за дверью.

Глава 3

Следующие сутки я провела лежа лицом к стене. Растерянность сменилась апатией. Несколько раз приходил тот самый смотритель зоопарка, как я назвала его про себя. Попыток приблизится он больше не делал, просто менял подносы с едой на новую. По его тону было понятно, что он уговаривал поесть, ну или я себе так напридумывала? Не знаю, но я перестала на него даже поворачиваться, просто тупо пялилась в стену.

Живот скручивало от голода, обманывать его водой больше не получалось, желудок требовал пищи.

На вторые сутки я сдалась и, подойдя к столу, уставилась на еду все того же странного цвета. Ткнула пальцем в желе и, поднеся его к губам, лизнула. Никакого вкуса, престное, вязкое как клейстер. За этим занятием меня и застал мой тюремщик, он страшно обрадовался, стал шипеть на своем тарабарском, поощряя меня. В руках