Выпускной - Владимир Анин

по отношению к девушке, которая любила его и верила, что он тоже ее любит.

– Не надо так думать, – вдруг раздался шепот возле самого уха.

Галя вздрогнула и подняла голову. Сквозь слезы она видела только смазанные блики от уличных фонарей. Однако через мгновение смутный силуэт стал обретать очертания, и Галя узнала Егора. Он сидел рядом и смотрел на нее своими большими добрыми глазами.

"Какие у него интересные глаза, – подумала Галя. – Почему я раньше этого не замечала?"

– Потому что я всегда ходил в очках, – сказал Егор.

Галя опять вздрогнула.

– Я разве что-то сказала? – недоуменно спросила она.

– Да. Ты спросила про мои глаза.

– Странно, – пробормотала Галя, – мне показалось, что я только подумала об этом.

– Ты подумала, значит – сказала, – загадочно произнес Егор.

– А что ты тут делаешь? – встрепенулась Галя.

– То же, что и ты. Хотел уединиться. – Он поставил на парту бутылку коньяка.

Галя уже немного пришла в себя, то ли оттого что пришло время взять себя в руки, то ли из-за присутствия Егора, от которого веяло спокойствием и уверенностью.

– Ты точно за мной не следил? – на всякий случай спросила она.

– Следил, – вдруг признался Егор.

– Но зачем?!

– Потому что… Ты сама должна понять…

– Ты хочешь сказать?..

– Да.

– Постой, я что-то плохо соображаю… Я тебе…

– Небезразлична.

Галя так долго ждала подобного, пусть даже столь осторожного, признания от Андрея и вдруг услышала его от того, от кого никогда и не думала услышать – от неприметного Егора, теряющегося своей будничностью среди одноклассников и никогда не занимавшего ее внимание.

Она посмотрела ему в глаза.

"Они действительно какие-то удивительные, – подумалось ей. – Прямо светятся изнутри, даже как-то не по себе становится…"

– Не бойся, – сказал Егор, взяв ее руку. – Я тебя не обижу.

Его прикосновение было приятным – одновременно прохладным и теплым. Галя слегка сжала его пальцы, он ответил чуть заметным пожатием.

– А… где твои очки? – спросила Галя, чтобы прервать затянувшуюся паузу.

– Они мне больше не нужны.

– Как это?

– Просто не нужны, и все. Но это сейчас не главное. Мне необходимо тебе кое-что рассказать. Я давно ждал этой минуты. Не то чтобы не было подходящего момента, просто это должно было случиться именно сегодня.

– Ты меня интригуешь, – улыбнулась наконец Галя. – Что должно было случиться?

– Мое возвращение домой.

– Домой?!

– И перед тем, как уйти, я должен тебе открыться. Ты – самая замечательная девушка из всех, кого я встречал на Земле. И я хочу, чтобы ты знала об этом…

– Егор, – перебила Галя, – я не совсем понимаю. Ты признаешься мне в любви?

– Если хочешь, да. У вас это именно так и называется.

– У кого это, у нас?

– У землян.

– Ты что, меня разыгрываешь? – вспыхнула Галя, и в голосе ее послышались грозные нотки.

– Нет, – спокойно ответил Егор. – Я лишь прошу тебя выслушать меня и больше ничего.

– Знаешь, довольно с меня на сегодня! – воскликнула Галя, поднимаясь и вырывая руку, которую Егор по-прежнему сжимал своими длинными крепкими пальцами.

– Ну, куда же ты? Посмотри на меня!

– Что еще? – буркнула Галя, нехотя взглянув на него, и обомлела.

Глаза Егора внезапно вспыхнули ярким голубым светом, на мгновение озарив весь кабинет, и сразу же погасли.

– Как ты это делаешь? – спросила Галя, садясь на место и зачем-то вновь протягивая ему руку.

– Вот так-то лучше, – сказал Егор, подавая ей коньяк.

Галя сделала большой глоток. Дыхание перехватило, внутри немного обожгло, а на глазах проступили слезы. Егор взял у нее из рук бутылку и поставил обратно на парту.

– А ты разве не будешь? – удивилась Галя, почувствовав, как коньяк мгновенно ударил в голову.

– Мне этого не нужно. Алкоголь не оказывает абсолютно никакого действия на мой организм. Так же как и табак, и все то, чем вы, люди, привыкли тешить себя. Я не человек, Галя. И даже не землянин. Я с другой, очень-очень далекой планеты. Меня прислали сюда, чтобы получше узнать вас, понять, чем вы живете, для чего живете. Существует непреложное правило: прежде, чем вступать в контакт с другой расой, необходимо тщательно изучить ее и решить, нужен ли вообще такой контакт. История знает немало примеров, когда неосмотрительность приводила к гибели целых планет. Чтобы избежать этого и создаются специальные группы, в задачу которых входит исследование всех сторон жизни той или иной расы. А недавно было принято решение заняться изучением Земли. Я попал в состав группы и был послан сюда два года назад…

Егор действительно появился в их школе только в десятом классе.

– Кто ты? – недоверчиво спросила Галя.

– Честно говоря, я даже не знаю, как тебе это объяснить, ведь на вашем языке нет такого понятия.

– Тогда скажи, как это звучит на твоем языке.

– Мой язык не звучит. Мой язык – это язык образов. У нас нет слов, нет четко построенных фраз. Только образы.

– Я, скорее, готова поверить в оборотня, вампира или колдуна – ты тут неплохо продемонстрировал свои способности, – но инопланетянин… это уж слишком.

– И тем не менее это так. Я просто хочу, чтобы ты видела во мне человека, и ты видишь. Образ. Иллюзию. Не более того.

– Но я же могу тебя потрогать, – возразила Галя и дотронулась до его плеча.

– Иллюзия, – спокойно ответил Егор.

– А твои родители? Кто были эти люди, которые приходили сегодня на торжество?

– Иллюзия, – повторил Егор.

– Что ты заладил: "иллюзия, иллюзия"… Ну, допустим, ты не врешь. Тогда зачем ты мне все это рассказываешь?

– Потому что ты единственная, кто достоин знать это.

Егор коснулся ее щеки. Гале сделалось приятно, она схватила его руку и прижала к груди.

– Это… иллюзия?

– Это – да, – ответил Егор и поцеловал ее в губы.

Галя не сопротивлялась. Напротив, она обхватила его голову руками и долго не выпускала, стремясь продлить сладостное мгновение. Никого она еще так не целовала. Что-то теплое и спокойное потекло ей в душу с эти поцелуем, прогоняя все печали и обиды, неся мир и покой. Даже та недавняя сцена в коридоре, когда Галя застала Андрея с другой, показалась ей сущим пустяком. Она вдруг захотела испытать то же, что чувствовала Валентина, когда Андрей целовал ее грудь.

Галя незаметно скинула платье с левого плеча и, отстранившись немного, прошептала:

– Поцелуй.

Егор дотронулся кончиками пальцев до нежной девичьей груди, томившейся и жаждущей его губ, и легкая судорога пробежала по ее телу.

– Это все не то, – сказал Егор. – Это иллюзия. Позволь, я покажу тебе кое-что.

Он подхватил Галю и уложил на парту.

– Закрой глаза. Не бойся.