Шервуд Смит - Феникс в полете

«Этот гребаный сопляк, поди, снова запрограммировал компьютер на постоянный проигрыш – его обыграет без труда даже малый ребенок».

Впрочем, Эрби не имел себе равных в умении нюхом чуять едва воспринимаемые приборами следы возмущенной энергии, оставляемые кораблями, на которых охотился «Цветок Лит». Кривозубый рифтер с вечно отсутствующим выражением на прыщавом лице сполна окупал все свои недостатки, не раз и не два спасая их от мощных, хищно-изящных судов панархистского флота в смертельной игре в кошки-мышки, которую они с ними вели.

При всем при этом он был не самым приятным напарником, которого Хрим выбрал бы для долгой вахты. Неожиданный отбой нападению на Малахронт и ничем не объясненное перенацеливание на Шарванн – планету, стратегическая ценность которой равнялась нулю, – выводили рифтерского капитана из себя. Неужели должарцы разгадали его замыслы?

Хрим покосился на висевший над рядом пультов обзорный экран. С экрана смотрели на него, словно издеваясь, звезды на подкладке из черного бархата. Пустота космоса нарушалась только бледными кругами, обозначавшими корабли, так же, как и они, зависшие в ожидании. Он терпеть не мог ждать вот так, сидя черт-те где, не имея даже возможности спрятаться за каменным или ледяным астероидом, передавая позывные, которые может услышать любой кому не лень. Даже при том, что он то и дело перебрасывал корабль из стороны в сторону на несколько световых минут, чтобы его труднее было запеленговать по сигналу, он все равно нервничал. И новые ароматы и воздушные потоки, которые запрограммировал в тианьги Норио, не помогали ему расслабиться.

Он снова представил себе почти законченный постройкой линкор на Малахронтских верфях и в который уже раз себя самого на его мостике. И ничего, что никому из рифтеров не удавалось еще захватить одно из этих практически неуязвимых судов. «Я буду первым, – злобно поклялся он, вспоминая мерзкую ухмылку Барродаха, когда тот отдавал новые распоряжения. – Буду, нравится это должарцам или нет». Он надеялся только, что на Малахронт не отправят кого-то другого.

Хрим снова поерзал в кресле:

– Эрби!

– Никого не видать, капитан, – откликнулся комтех без особого энтузиазма в голосе. Пальцы его ни на мгновение не прекращали порхать по клавишам.

«Мы здесь уже скоро шесть часов... Даже этот безмозглый Й'Мармор смог бы поймать позывные, находясь от нас в половине светового дня».

Он даст Й'Мармору еще два часа, решил Хрим, а потом пойдет на Шарванн один. Нельзя дать должарцам повод для подозрений.

«Мы будем послушненькими рифтерами, схватим этого ублюдка Омилова, позабавимся чуток, а потом двинем дальше».

Он с радостью вообще не ждал бы Таллиса Й'Мармора, когда бы не слухи о дежурившем в системе Шарванна крейсере. Даже обладая мощью Пожирателя Солнц, он не будет возражать против еще одного эсминца Альфа-класса – не помешает.

Хрим с опаской покосился на урианский гиперволновой приемник – уродливую, оплавленную на вид фиговину, закрепленную на переборке у пульта связи. Вроде бы металлическая, она тем не менее как бы светилась изнутри, практически мгновенно передавая и принимая сообщения с другого конца галактики. «Хорош, должно быть, был видок у этих урианцев, если у них даже машины были такие...» В памяти сразу же всплыла похожая фиговина, только побольше, покоившаяся в машинном отделении у заглушенных пока генераторов эсминца, – та принимала энергию черт знает откуда, зато в таком количестве, что по мощи удара с «Литом» не сравнится ни один корабль панархистского флота.

Он погрузился в приятные мечтания о том, каково будет навести шороху на боевой флот Панарха, когда негромкий сигнал с пульта вернул его к действительности. Он нажал на клавишу, и на мониторе возникло лицо. Дясил, техник-связист.

– Я получил тот отредактированный чип, о котором вы просили, – доложил он. – И еще, по гиперволновому идет клевая штука. Почище, чем в любом программированном сне!

Хрим мгновенно выпрямился, разом забыв о нетерпении. Неизвестно почему, урианская рация работала на единственной частоте; передачу, предназначенную кому-то одному, принимали все. Должарцы пытались справиться с этой проблемой, шифруя передачи для разных рифтерских флотов разными кодами, но теперь рифтеры транслировали напрямую видеосюжеты своих атак по всей Тысяче Солнц, наперебой похваляясь своими подвигами.

– Ну и что там у тебя?

Дясил расплылся в довольной ухмылке.

– Вы что, не знали, что у Эсабиана был шпион в самом Высшем Совете ихнего Панарха? Так он записал все ихнее последнее собрание, и это еще цветочки. Нам придется шибко постараться, чтоб их переплюнуть. Я тут записал кой-чего для вас. Смотрите и развлекайтесь!

Его лицо померкло, и на экране засветилась объемная надпись: «МЕСТЬ РИФТЕРОВ», – сопровождаемая громкой, бравурной музыкой. Хрим фыркнул: Дясилу стоило бы стать заштатным режиссером программированных снов, а не просиживать штаны за пультом связи рифтерского эсминца, за поимку или уничтожение которого панархистский флот обещал особую награду.

Он нажал клавишу на своем пульте, и надпись сменилась видом Артелиона из космоса; на синей глади океана явственно виднелся остров, на котором располагалась столица Панархии. Хрима пробрала невольная дрожь при виде Мандалы – самого сердца Тысячи Солнц, откуда Аркады почти тысячу лет правили своей империей.

«И больше не будут», – подумал он и тут же забыл эти свои мысли, ибо на экране возник следующий кадр – на этот раз Малый Дворец Артелиона, резиденция Панарха. Хрим ухмыльнулся и уселся поудобнее.

Помещение было длинным, лишенным окон, с высоким потолком и стенами в потемневших от времени деревянных панелях. По стенам висели выцветшие знамена и древние гербы. Снимавший эту сцену сидел в углу: Хрим видел длинный стол и на противоположном конце его пустое кресло с высокой спинкой. На столе перед креслом стоял серебряный поднос, на нем хрустальный графин и пустой стакан. По длинным сторонам стола сидели, переговариваясь вполголоса, около дюжины мужчин и женщин, среднего возраста и старше, в разных мундирах и платьях. Молчала только одна, сидевшая ближе других к пустому креслу. Высокая, худощавая, в невыразительном черном костюме, она сидела неподвижно, хмуро просматривая лежавшие перед ней на столе бумаги. Хрим передернул плечами. Наоми ил-Нгари, глава Ведомства Незримых Служб. Прозванная Паучихой, она создала такую мощную информационную сеть, с которой не могла сравниться даже флотская разведка.

На одежде остальных тоже было мало украшений; мундиры двоих мужчин помоложе, вероятно, ассистентов, казались почти щегольскими.

Так прошло около минуты, потом все одновременно посмотрели куда-то вне поля зрения камеры и встали. Седой мужчина, стройный, одетый еще скромнее остальных, но двигавшийся с исключительным достоинством, вошел в кадр и остановился у пустующего кресла. Он повернулся, и Хрим сразу же узнал его лицо – собственно, эти черты он видел на каждой захваченной ими кредитке, – отлитое в золоте, серебре и платине, отпечатанное на дайпластовых банкнотах.

Геласаар хай-Аркад, Панарх Тысячи Солнц, сорок седьмой по счету властелин Изумрудного Трона Джаспара I. Лицо его было жестким, властным, но собравшиеся вокруг глаз морщины говорили о частой улыбке. Впрочем, сейчас он не улыбался.

Долгое мгновение Панарх смотрел на собравшийся совет. В помещении воцарилась мертвая тишина. Потом он сел, и остальные последовали его примеру. Он заговорил, и голос его оказался неожиданно легким, почти певучим, хотя в нем сквозили нотки усталости.

– Вот уже несколько лет мы обсуждаем странные волнения, имеющие место в Тысяче Солнц: мессианские культы, слухи о находках древнего оружия, о грядущем возвращении Ура, о надвигающейся войне. Мне не надо напоминать вам о том, что системы, подобные нашей, объединяющие тысячи разных культур с многообразнейшими связями, не могут не служить благодатной питательной средой для слухов и их ложных интерпретаций, и мы давно уже обнаружили, что единственно верной политикой по отношению к ним является полное их игнорирование или изучение их как симптома реально существующей проблемы.

Он сделал паузу, налил в стакан воду из графина и отпил пару глотков. Единственным звуком, нарушившим мертвую тишину, было негромкое звяканье, когда он поставил стакан обратно на поднос.

– Однако на этот раз мы имеем дело с волнениями другого рода. Подозрительно похожие друг на друга секты возникают то в одном секторе, то в другом, равным образом среди нижнесторонних, высокожителей и даже рифтеров. Порой создается впечатление, что это поветрие распространяется безотносительно к законам пространства-времени, невзирая на межзвездные расстояния и связанные с этим сроки. Мы проконсультировались с коллегами из Академий Архетипа и Ритуала, Гипостатики, Синхронистики и других. Никто из них не может дать объяснения этому явлению. Даже гносторы Синтезиса – он кивнул старику с темным, изборожденным морщинами лицом – не находят гипотез, способных объяснить эту смуту. Связанные условиями Пакта Анархии, мы могли только наблюдать и ждать – вплоть до сегодняшнего утра, когда с Артелиона нам сюда было прислано неожиданное сообщение. Сообщение с Брангорнийского узла.