Гранд-адмирал. Том 6. Эндшпиль - Илья Сергеевич Модус

продемонстрировал мне его тело еще до сражения с одиннадцать тридцать восемь, рассказав кем Марек был, в чем его слабости и почему я лучше него. И почему я лучше одиннадцать тридцать восемь.

И ведь не врет.

В известных мне событиях я натыкался на подобную информацию при прохождении второй части игры «Сила необузданная».

«Уот так вот» это было в дополнениях к игре.

— И почему же? — заинтересовался я.

— «Сомнений нет. Это тот самый. Стабилен там, где другие терпят неудачу, прекрасно контролирует ситуацию. Я едва могу сдерживаться. Кажется, мне, в конце концов, может быть позволено вернуться к моей семье. Я смотрю на него как на своего рода спасение. Я не единственный. Он привлек значительное внимание…», — продекламировал мне клон. — Знаете что это за слова?

— Похоже на личные заметки. Но Дарт Вейдер не обладал сентиментальностью к своим ученикам.

— Это запись за номером пятьдесят один 51 в журнале ведущего специалиста по клонированию о моем прогрессе, — пояснил Темный Ученик. — Меня создали, как и других до меня, в качестве исключительно совершенной и послушной замены, которая заняла бы место Марека. До меня было несколько сотен клонов, каждый из которых был создан по экспериментальной технологии ускоренного роста. Мы все были обучены с использованием вспышек памяти из жизни оригинального Марека. Эти предшественники так или иначе не оправдали ожиданий, либо из-за генетических дефектов, либо поддавшись эмоциям своего шаблона, впоследствии чего были отброшены и уничтожены.

Фактически он повторяет все тоже самое, что он уже говорил.

И нет, маловероятно, что клон страдает провалами в памяти или наслаждается болезнью Альцгеймера, каждый день узнавая этот прекрасный новый мир с самого начала.

Он подчеркивает это.

Как латентный мазохист, который срывает раз за разом корку на ранке, просто потому, что делал так раньше, так и клон повторяет слова о том, кто он есть и для чего создан.

Эта та боль, которая дает ему силы.

Злость, которая ведет по пути Темной Стороны.

— После своего пробуждения я столкнулся с воспоминаниями Марека, в частности с чувствами к своему бывшему пилоту, имперскому, ставшему мятежником, капитану Джуно Эклипс, — продолжал Темный Ученик. — Я сразу же поинтересовался о ее местонахождении, но Вейдер объявил, что она не имеет значения — все, что имело значение, это то, что нужно было сделать. Он пояснил, что я, как и любой другой клон унаследовал воспоминания, мысли и мечты сломленного человека, гораздо менее могущественного, чем тот, кем мне надлежит стать. В качестве побочного эффекта процесса клонирования, как мне сказал Вейдер, я обладал не только навыками, но и слабостями своего генетического шаблона.

Хм…

Зафиксируем эту мысль.

Психотравмирующая ситуация для клона не только тот факт, что его создали в качестве инструмента чужой воли, но и сам факт его несовершенства как копии, а не оригинала.

— Меня готовили сражаться с помощью световых мечей, — продолжал клон, а я не перебивал. Он не тянул время. Он рассказывал свою историю, считая, что лишь она целиком может стать ответом на мой вопрос о причинах, которые побудили его выйти из тени. — Когда Вейдер оказался доволен мои прогрессом, то показал мне платформы клонирования в шпиле клонов Тимира-Сити, на которых были заморожены в стазисе все неудавшиеся клоны.

— Для чего это было сделано?

— Вейдеру удалось затронуть мое желание быть идеальным, — пояснил Темный Ученик. — Стать тем, кто превзойдет и одиннадцать тридцать восемь, и оригинал. Когда я спросил у него, сколько неудачных клонов, не подвергшихся физическим уродствам, были уничтожены до меня, Вейдер сказал, что единственное число, которое имело значение, — это количество клонов, которые понадобятся для замены, если я потерплю неудачу, как остальные. В конце концов я смог хранить воспоминания Марека независимо от своих собственных, освободившись от эмоций своего шаблона.

— Двойная память? — заинтересовался я.

Айсард исповедует тот же принцип.

Память настоящей Снежной Королевы для нее не более чем воспоминания, аналогичные прочитанной много лет назад книге.

Поэтому она не испытывает безумия — она задушила порывы и эмоции своего донора, став кузнецом своей судьбы.

Из пояснений клона на мой вопрос я понял, что тот сделал точно так же.

— После того, как Вейдер понял, что я сумел преодолеть пороки одиннадцать тридцать восемь, он показал мне труп Галена Марека, — продолжил Темный Ученик. — Продемонстрировал, что якобы верит в то, что я, в отличие от всех остальных до меня, добьюсь успеха. Я продемонстрировал ему это, в качестве финального тренировочного испытания, уничтожив дроида со внешностью капитана Эклипс. Я показал свое отвращение и ненависть к слабостям своего шаблона и свою гордость за то, что смог преодолеть их, когда те, кто был до меня, потерпели неудачу. Это полностью удовлетворило Вейдера. Мне оставалось только выполнить свой последний приказ.

— Я уже слышал к чему это привело, — клон подтверждающе кивнул. — Несовершенство одиннадцать тридцать восемь давало вам мотивацию для самосовершенствования. С помощью найденных в крепости Вейдера голокронов и датакронов вы смогли стать лучше себя прежнего, готовясь к противостоянию своей жизни, но уже без присмотра Вейдера.

— Вы разбираетесь в людях, — кивнул согласно Темный Ученик. — Даже не жалею, что не прикончил того клона, вашего агента, Объект-Один, с которым столкнулся в Пепельных Мирах.

А вот это уже интересно.

Мне о подобной встрече ничего не известно.

Более того, ни один из клонов проекта Объект, не пропадал.

Перспективы понимания причин этого мне не нравятся.

Особенно, если Объект-Один скомпрометирован уже сейчас.

Слишком рано.

Пепельные Миры — это сектор, граничащий с сектором Каламари.

Примечателен он тем, что значительная его часть союзна Галактическому Альянсу, но имеются и те, кто этому противятся, предпочитая нейтралитет.

На планетах этого сектора есть немало сторонников Доминиона, а так же активно действует наша разведка.

— Вы влезли в его голову, — предположил я.

— Да, — ответил тот. — Джедаи бы сказали, что это веление Силы свело нас на планете, известной как Сюакваррес. Но я прагматичен. Я понял, что Объект-Один под своей личиной торговца путешествует по мирам в поисках других сокровищниц Палпатина.

— Надо понимать, что вы нашли ее первым, — сказал я.

В файлах горы Тантисс имелись лишь отрывочные упоминания о том, что некоторые из предметов были перемещены туда из других сокровищниц.

Причин этого не указывалось, возможно, что они в прошлом были скомпрометированы, но это требовалось уточнить.

Пепельные миры слишком близки к Тионскому Кластеру, в котором ныне командует ставленник Палпатина.

Пока что нам не удалось внедрить агентов в его ближайшее окружение, так что планы адмирала Вудстока мне доподлинно неизвестны.

Пепельные миры.

Вдвойне опасно такое соседство еще и по той причине, что рано или поздно станет известно местонахождение Лейи Органы-Соло на Иего.

И Вудсток — один из лучших кандидатов на то, чтобы быстрым ударом проломить оборону Альянса в Пепельных мирах и добраться до близнецов и беременной Лейи.

Которой, между прочим, не за горами роды предстоят.

— Кладбище Драконов, которое там имеется, было прекрасным убежищем для меня, где я постигал искусство Темной Стороны Силы и разбирался в учениях джедаев, — пояснил клон.

— Как вы поняли, что Объект-Один — это копия, а не настоящий разумный? — спросил я.

Если существует опасность разоблачения моих агентов влияния, то я должен знать об этом.

— В Силе свежие клоны ощущаются не более чем детьми, — пояснил Темный Ученик. — Почувствовать на Сюакварресе ребенка — уже повод для беспокойства. Это мертвый мир и в последние годы из числа живых там был лишь я.

— Из памяти Объекта-Один вы узнали, что он, помимо поисков сокровищницы, еще и ищет информацию об одиннадцать тридцать восемь, — продолжал я. — И сообщает об этом мне.

— Персональный агент влияния, который ищет для гранд-адмирала, считающегося мертвым, следы одиннадцать тридцать восемь — это повод для того, чтобы выбраться из своей пещеры и приступить к охоте, — пояснил Темный Ученик. — Тем более, что мои поиски оборвались тогда, когда он и его союзники исчезли в Глубоком Ядре. Подозреваю, что они отсиживались на Тайтоне…

Название планеты, родины джедаев, резануло ухо.

— И на чем же основано ваше