Гранд-адмирал 7: Вилка - Илья Сергеевич Модус

хочется, чтобы в один прекрасный момент кто-нибудь из подчиненных сказал мне, что ему отдали приказ считать меня врагом государства. Так что, парень, подбирай свое самомнение с пола, вспомни, что ты лучше большинства пилотов, которые летали с тобой, и иди делай свою работу.

— Потому что, если ее не буду делать я, ее сделают за меня, — кивнул лейтенант Ульта, поднимаясь из-за стола. — Спасибо, сэр, я понял вашу мысль. Благодарю, что были откровенны. Я вас не подведу.

— Вали уже, у меня обед остыл, — огрызнулся Менсх, исподлобья глядя на удаляющегося из кантины лейтенанта.

— Сурово, — послышался голос, и по бокам от диспетчера опустились еще две фигуры в пилотских комбинезонах. — Еще б немного, и я б поверила, что наш суровый, но справедливый диспетчер в самом деле заботится о том, чтобы клоны не отняли у нас работу.

— Знаешь, куда я тебя хочу послать? — поморщился Менсх, глядя на Дию Пассик.

— Ты самый грубый и невоспитанный из свидетелей на моей свадьбе, — призналась тви’лечка.

— На нашей свадьбе, — поправил майор Креб, зачерпнув ложку овощного пюре. — Ты ведь на ходу придумал историю про «клоны отнимают у нас наши рабочие места, пилот!»?

— А что мне ему надо было еще сказать? — пробурчал Менсх. — Что меня бесит тратить свое время на запоминание имен новых командиров звеньев и эскадрилий? Пусть уж лучше я буду иметь дело с Ультой, я хотя бы его знаю и понимаю что им движет, чем буду диктовать приказы клонам-командирам непосредственно. Бесит уже эта их тяга к самопожертвованию. Ты знал, что средняя продолжительность жизни клона-пилота на должности командира не более двадцати боевых вылетов подряд?

— Побольше, чем у пилотов TIЕ-истребителей в зените Империи, — прокомментировала Диа.

— А если б они не шли на самоубийственные миссии из серии «сам погибай, а товарища выручай», то прожили бы еще дольше! — рыкнул Менсх. — Клоны, конечно, хорошие ребята. Тут не поспоришь. Но проблема заключается в том, что несмотря на свой опыт и подготовку, они все равно так и норовят погибнуть друг за друга. А это влетает Доминиону в кредитки, потому что требуется подготовить новых парней им на смену.

— Сам же знаешь, что тебе никто не скажет отключен ли у клонов инстинкт самосохранения, или нет, — произнес Креб. — Да и мне обещали, что вроде бы этот недуг устранили.

— А на практике ничего не меняется, — помрачнел Менсх. — Ульта, конечно, еще зеленый юнец, но он хотя бы слушает приказов диспетчера. Если и дальше его уши будут открыты, то через пару лет он станет лучшим пилотом ударной канонерки, что я видел. И, поверьте, я повидал их немало на своем веку.

— Для прожившего сотню лет ты неплохо сохранился, — подметила Пассик, отрезая кусок отбивной из своей тарелки. — Будь у меня подруги, которых мне не жалко с тобой свести, я бы даже вас познакомила. Но, боюсь, их психика не выдержит гулять со стариком, выглядящим в три, а то и более раз моложе своего настоящего возраста…

— И как ты ее выносишь? — поморщился Менсх, посмотрев на Креба, невинно занятого обедом.

— Это не легко, — признался майор. — Но, если у нас возникает спор, то мы идем, берем пару истребителей и устраиваем учебный бой. Пять минут — и дело сделано.

— Так быстро? — удивился Менсх.

— Держу пари, что такие вопросы ты частенько слышишь от своих знакомых девушек, — усмехнулась Диа.

— А ведь я мог избавить свой мозг от насилия с твоей стороны и не подписывать те документы, — простонал Менсх. — И вместо дисциплинарного наказания, сидела бы ты в каталажке…

— О, не прибедняйся ты так, Густав, — засмеялась Диа Пассик, хлопнув диспетчера по спине. — Без меня твоя жизнь не заиграла бы такими красками! Я прям вижу, как ты рад нашей дружбе…

— Пристрели меня, — попросил Менсх у Креба. — Или отведи ее к дроиду для проверки зрения. Потому что оно ее подводит!

— Не уверен, — спокойно возразил майор. — Ты в самом деле перестал быть той еще кормой. Даже улыбаешься периодически. Перестал орать через слово… Решительно Диа положительно влияет на всех нас.

— Рассказать вас сколько раз я уже задумывался о суициде, после того как познакомился с ней? — поинтересовался диспетчер «Стража».

А через секунды вся троица уже негромко посмеивалась над этой шуткой.

И только один разумных из их числа знал, что это совсем не шутка.

Глава 25

Десять лет, седьмой месяц и семнадцатые сутки после Битвы при Явине…

Или сорок пятый год, седьмой месяц и семнадцатые сутки после Великой Ресинхронизации.

(Один год, третий месяц и тридцать вторые сутки с момента попадания).

— Я считаю это ошибкой, — заявил Старкиллер, когда они повернули в очередном коридоре. База Теневой Стражи располагалась в тайном, недоступном большинству разумных месте, из-за чего ее коридоры практически всегда были пусты и безжизненны.

Даже несмотря на то, что практически все Теневые Стражники сейчас находились в своем «доме».

Так уж совпало, или это был умысел главы их подразделения, но, за исключением Асоки Тано, все Стражники завершили свои прошлые задания и получили некоторое время на передышку.

Вот только она довольно скоро завершилась, стоило только Стражникам перевести дух и залечить свои раны. Физические, разумеется. Если у кого-то и были духовные раны, он с коллегами не делился переживаниями.

Дарт Мол как следует постарался, превратив Стражу в отряд индивидуалистов. И, в определенном моменте это хорошо — каждый из Стражников должен в первую очередь рассчитывать только на себя, свои умения и таланты. Потому что их слишком мало для того, чтобы отправляться на многочисленные задания хотя бы парами.

В индивидуализме нет ничего плохого, кроме того, что благодаря ситскому влиянию, Стражники отчасти стали опасаться друг друга. А недоверие — первый шаг к расколу.

Мейлис нужно было время для того, чтобы восстановить подразделение, преобразовав его так, каким она видела его для исполнения поставленных задач. Задач, которые на них возлагал Траун.

— Не вижу ничего ошибочного в том, что Траун взял с собой Асоку, — сказал Дарт Деймос. — Она сильна, сообразительна и может защитить его, если потребуют того обстоятельства.

— Да, но вдвоем или втроем было бы куда