Наживка для неуловимого Командора (СИ) - Анна Кривенко

— Правда? — я выгнул одну бровь. — Ты уверена?

— У меня есть глаза, — ответила она самоуверенно. — Ты на несколько лет младше меня. Студент…

— Но ты ведь тоже студентка, — подколол ее я и усмехнулся. Марина осеклась и поняла, что выдала себя. Ну да, она ж ведь представлялась именно студенткой, когда знакомилась со мной.

— Просто… я учусь на последнем курсе, — попыталась выкрутиться она.

— Давай не будем рассказывать сказки, — не выдержал я. — Очевидно же, что ты не студентка. Ты солгала…

Девушка надулась.

— Ну, допустим, — бросила она, поджимая губы. — Возможно, я просто хотела придать себе более юный вид. Ну, а ты? Выходит, ты тоже не студент?

— Возможно, — загадочно улыбнулся я. — Возможно, я намного старше, чем ты думаешь. Поэтому тебе стоит доверять мне чуточку больше…

Она обреченно выдохнула и ничего не ответила.

Наконец-то, у несносной девчонки закончились аргументы…

* * *

Мы снова ели. На сей раз в шатре, который принадлежал прототипу Эмиля. Его называли Арелем и кланялись с большим почтением.

Меня привечали, как его гостью или что-то наподобие того. Хотя, судя по всему, девушка, на которую я была похожа, тоже была здесь вполне знакома. К счастью, тот придурок, так называемый жених, уже свалил. Что ж, теперь полегче будет.

Даяна, так называемая сестренка, больше не забегала. Мы сидели в шатре на подушках с Эмилем вдвоем. Я жевала какой-то незнакомый с виду лист, он с удовольствием поглощал мясо.

— А ты, смотрю, отлично освоился, — заметила я, наблюдая за ним краем глаза. Парень ухмыльнулся с набитым ртом. И вдруг я осознала, что он… без очков!

Взгляд застыл, начиная словно заново исследовать черты молодого смазливого лица.

Ах, какой все-таки красавчик! «Вторые глаза» портили его неимоверно! Гладкая кожа, золотая копна густых волос, аристократичные аккуратные черты лица, большие синие глаза с длиннющими ресницами… Да он красивее меня! Хотя я в общем-то недурна собой… Аж зависть берет.

— Да, я очень гибкий, а еще общительный, — голос Эмиля вырвал меня из жадного созерцания его привлекательности. — Опыт жизни большой…

— Да откуда большому взяться? — протянула скептически, пряча за этим собственное смущение. Правда, тут же осеклась. Ну да, он же типа не студент, хотя с таким лицом вряд ли ему дашь больше двадцати пяти. Да даже двадцать пять с большой натяжкой. Впрочем, действительно, опыт у людей — серьезная вещь. Если жизнь заставила, то жизненного опыта можно набраться с самого детства и иметь даже в нежном возрасте определенные навыки.

Я быстро наелась, потому что не была голодна. Глаза начали закрываться, и я примостилась на подушках, желая только одного — провалиться в сладкий сон. Эмиль мне не препятствовал. Кажется, он вообще задумался о своем. Я действительно уснула, а проснулась через некоторое время от голосов над головой. Мужских голосов.

Один принадлежал Эмилю, другой незнакомому человеку.

— Коллен, — приглушенно говорил «студент». — Мне нужно знать обстановку. Что у нас на данный момент с Кернийским княжеством? В какой позиции южане? Что на севере?

— Да, господин, я обязательно разузнаю в ближайшее время, — отвечал незнакомец. — Наши гонцы доставляют письма от дозорных каждые семь дней. Как раз завтра должны прийти последние. Как только они придут, я обо всём вам доложу.

— Спасибо, Коллен. Можешь уйти…

Я удивилась, как легко и непринужденно Эмиль играет роль некоего Ареля. Раздает приказы, интересуется такими подробностями, знать которые просто не может. Неужели действительно настолько гибок психологически, что уже успел набраться знаний и апеллирует ими столь искусно?

Кажется, некий Коллен уже собрался уходить, сделал несколько шагов к выходу, но потом остановился, развернулся и снова проговорил:

— Простите, господин, я по поводу дочери Марианны…

Когда он произнёс это имя, я встрепенулась. Уж не о моем прототипе он говорит? Сердце отчего-то забилось сильнее.

— Да, Коллен, говори.

— Я слышал о том, что произошло несколько часов назад. Не знаю, почему Марианна… разорвала помолвку, но спасибо вам, что поддержали её. Это очень ценно для меня.

— Конечно, Коллен, я всегда буду поддерживать тебя и твоих родных, — ответил Эмиль. Но мне показалось, что сказал он это он с великой горечью. — Прости меня, друг, — вдруг произнёс парень, а я и незнакомец весьма удивились. Я отчаянно хотела открыть глаза и посмотреть в лицо этому мужчине, но боялась оказаться раскрытой.

— О чем вы, господин? — недоуменно переспросил мужчина. — За что я должен вас прощать?

— Да так, — выдохнул Эмиль весьма печально. — Возможно, однажды я не оправдаю твоих надежд и заранее прошу за это прощения…

Некий Коллен озадаченно промолчал, но, судя по шороху одежд, поклонился и покинул шатёр. Я отчаянно делала вид, что сплю, но Эмиль вдруг произнес:

— Я знаю, что ты не спишь. Хватит притворяться.

Я вздрогнула и с недоумением открыла веки. Взглянула в лицо парню и смущенно поджала губы.

— И давно ты знаешь?

— Заметил сразу, как проснулась.

— Да? И почему же ничего не сказал?

— Ну, скажем так, уважал твоё желание притвориться почти мёртвой…

Я присела, поправила волосы и не нашлась, что ответить. Честно говоря, это был редкий случай, когда у меня на что-то не находилось слов. Всё-таки Эмиль оказался тем ещё умельцем, способным привести меня как в смущение и недоумение, так и в растерянность.

…В этом шатре я провела весь оставшийся день. Выходить не хотелось. Эмиль отсутствовал несколько часов. Я же всё думала и думала о том, как мне воспринимать всю эту ситуацию.

Он так уверенно говорил о путешествии во времени, хотя… как же можно в это поверить? Впрочем, разве окружающее не говорит само за себя? Ладно, даже если каким-то чудом это произошло, то это же катастрофа! Если у нас есть шанс вернуться домой, то что для этого нужно сделать? Вообще, кто такой Эмиль, если настолько обо всём осведомлён?

У меня накопилась тысяча вопросов, пока я пребывала в одиночестве. Когда же, наконец ближе к вечеру ткань на входе открылась, чтобы впустить человека, я обрадовалась и поспешно встала на ноги.

Теперь уж Эмиль не уйдёт от ответов. Однако в шатёр вместо парня вошёл мужчина. Высокий, крепкий, широкоплечий, одетый в кожаные латы и меховые сапоги. Я ошарашенно замерла, смотря в невероятно, просто безумно знакомое лицо.

— Папа? — прошептала с безумной надеждой, пошатнулась и едва не грохнулась от неожиданности. Мужчина успел подскочить и аккуратно меня поддержал.

— Тебе плохо, дочка? — спросил он участливо и тревожно, заглядывая мне в глаза. Голова закружилась, а в уголках глаз стали собираться слёзы.

«Дочка!» — как давно я не слышала этого обращения.