Мой любимый Метаморф (СИ) - Кривенко Анна

Меня интересовало, действительно ли ракхарец так разумен, как это принято считать. Захотелось вломиться ему в разум и что-то подсмотреть о его мире, но… кое-кто из мальчишек сделал это до меня!

Я заметила это по тому, как ребенок замер и почти перестал дышать. Жаль, что тогда учитель отвлекся на каких-то других ребят и ничего не заметил, ведь тогда трагедии можно было бы избежать…

Мальчишка — его звали Раулин, по-моему — не двигался больше минуты и даже не моргал. Мне быль страсть как интересно узнать, что же он там видит в голове у этого монстра, но он вдруг странно дернулся и начал пятиться, а потом и вовсе рванул к соседствующему с клеткой пульту управления.

Пульт — прямоугольный высокий короб с сияющим циферблатом кнопок и экранов — был защищен силовым полем, но Раулин несся на него безо всякого страха, а, точнее, безо всякого осознания. Только когда он напоролся на это поле и завопил от боли, я поняла, что он собой не владеет.

Изумленные и испуганные взгляды остальных детей тут же устремились на него, охранники рванули ему наперерез, но он, словно безумный зомби, игнорируя боль, потянулся к пульту управления и все-таки успел нажать несколько кнопок…

Свет погас, Раулин упал и затрясся в конвульсиях, охранники попытались заблокировать все недавние команды на пульте, но черная смертоносная тень с невиданной скоростью уже промчалась мимо них, заставив их неестественно вздрогнуть, замереть на пару мгновений, а потом мешками завалиться на пол…

Послышались крики, ужас объял моих одногруппников, и они стремглав рванули к выходу, а я, как зачарованная, смотрела на все это и не могла даже вдохнуть…

Мы не были друзьями с Раулином, но… он все-таки был моей семьей. А теперь он мертв. Я чувствовала, что он мертв…

Черная тень бросилась на детишек, и некоторые из них безвольно сползли на пол, но большинству удалось сбежать, и только я стояла посреди музейного зала и смотрела в никуда.

И тогда ракхарец пришел ко мне. Именно пришел, а не принесся на своей невероятной скорости. Видимо, быстро убивать меня он не собирался.

Я чем-то привлекла его, и он сжал меня, как в тисках, высунул свой язык, который у его расы считался очень чувствительным органом и использовался ими для получения глубокого наслаждения, и начал облизывать мою кожу….

Я дрожала и сперва не двигалась, а когда он потребовал раскрыть крылья, то и вовсе перестала дышать…

А потом я начала плакать. Ему понравился вкус моих слез, поэтому я была до сих пор жива. Но крыльев так и не раскрыла, поэтому он начал постепенно терять терпение…

Тогда меня спасло чудо: один из охранников оказался живым, хоть и смертельно раненым, и он выстрелил в ракхарца из парализатора, после чего чудовище начало сползать на пол.

Но перед тем, как отключиться, оно прошептало мне:

— Я запомнил тебя, зверушка! Я найду тебя!!!

И его черные омуты глаз закрылись, оставив мне только возможность впасть в истерику и нареветься в полном одиночестве, пока я смогла, наконец, разблокировать дверь и выйти к своим…

И вот теперь такие же точно жуткие объятия и такой же мерзкий язык скользит по моей шее, а довольное утробное рычание сообщает, что ракхарец очень доволен своей сегодняшней жертвой.

Думала, что буду охотиться сегодня, а, оказалось, сама стала настоящей жертвой маньяка…

Коммуникатор в ухе был абсолютно бесполезен, также как и другие датчики на одежде: метальные способности ракхарца заблокировали всякий сигнал отсюда, поэтому я точно исчезла с полицейских радаров. Но если иширцы придут за мной сюда, они, скорее всего, просто умрут. Они слишком слабы против такого монстра, как этот рептилоид…

Ракхарец отодвинул меня от себя и посмотрел мне в глаза. Я содрогнулась от вида его жуткой морды, но поняла, что это все-таки иной представитель его расы, чем в прошлый раз. Видя мое паническое состояние, ящер ухмыльнулся.

— Какая удача! — с шипением выдал он на ломанном цвиннскм языке. — Мне попалась милейшая зверушка, а не обычный подножный корм…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Это он так бедных иширок обозвал!

Но их он убил быстро, а вот меня… возможно, убивать он меня будет долго…

Я содрогнулась и опустила глаза.

Маруффа! Тебе уже не одиннадцать. Ты сильнее! Ты воин! Ты можешь противостоять ему!

Я пыталась поднять свой боевой дух, но он был сломлен. И все-таки я плохой шпион! Одни сплошные сбои! Правда, возможно, это уже и не важно. Вряд ли я выживу…

Вспомнила о Максе. Как жаль, что я так и не смогла с ним… хотя бы раз попробовать, что такое любовь и близость. Немного жалею…

Стоп! А если он придет сюда за мной???

Мысль о его неминуемый смерти неожиданным образом помогла взять себя в руки. Не хочу! Не хочу, чтобы он умер! Он… хороший человек. Он должен жить!!!

Что я могу сделать? Попробовать ментально подчинить рептилоида?

Однако ракхарцы и сами очень сильны в этом — вспомнить хотя бы кончину Раулина. Моя попытка завладения разумом монстра может привести к тому, что он завладеет моим!

Может, обмануть его доверие? Притвориться послушной, выпустить крылья? Мысль о том, чтобы показать свое сокровище такому мерзкому существу, вызвала дрожь отвращения. Но если это позволит выиграть время и спасти Макса…

Я заставила себя улыбнуться. Это было трудно, но мои попытки монстр уловил, ухмыльнулся безгубым ртом, высунул раздвоенный на конце язык, намереваясь, наверное, снова лизнуть меня в лицо. Я сжала зубы покрепче, чтобы это стерпеть, как вдруг снизу на лестнице послышались торопливые шаги.

За мной пришли!

Ракхарец дернулся, а потом начал приходить в ярость.

У меня кровь застыла в жилах от представшей перед глазами картины истерзанных тел, истекающих кровью…

Мой кошмар детства мог повториться через несколько мгновений…

Первым в помещение заскочил… Энди Вильсон, чем меня весьма удивил. В полумраке он не мог рассмотреть, кто перед ним, а лишь видел сгорбленную фигуру мужчины в плаще, сжимающего меня в своих руках.

— Энди, уходи! — выкрикнула я на свой страх и риск, за что получила увесистый удар по лицу и отлетела в сторону, сильно ударившись головой и спиной об стену.

У меня потемнело в глазах, перехватило дыхание, но потом я через силу открыла веки и увидела, что старшекурсник… вступил в рукопашный бой с ракхарцем и весьма успешно отбивает его удары руками.

Нанороботы! Точно! Энди — не простой человек! Он — экспериментальная «модель» сильнейшего иширца!

Я затаила дыхание, смотря на то, как ловко парень отбивается от противника на голову выше себя, и вдруг почувствовала глубокий стыд. Как я могла так сильно поддаться детским страхам и даже не попытаться бороться с врагом??? Позорная шпионка!

Однако бой быстро закончился, когда в одно мгновение рептилоидная морда ракхарца осветилась светом выглянувшей из-за облаков луны, и Энди Вильсон наконец увидел, с кем имеет дело. У парня на лице отразился испуг, движения замедлились, и этого хватило, чтобы пришелец нанес свой сокрушительный удар, а Энди отлетел на камни. Послышался стон боли: похоже, его здорово приложило, а ракхарец резко обернулся ко мне. Видимо, он решил быстро смыться отсюда, прихватив меня с собою, но я стала в боевую стойку, решив обороняться до самого конца.

Он так быстро возник около меня, что я даже не заметила этого. Зато смрадное дыхание тут же опалило шею, а по телу вновь пробежали мурашки ужаса.

Нет! Я не могу пассивно отдаться ему! Нужно атаковать его ментально, хоть это и рискованно! Нужно попытаться выжить! Я сделала рваный вдох и стремительно нырнула в ментальное поле врага, пытаясь обрушить на него приказ полного безволия.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Ракхарец дернулся, удивленно захрипел, но его лапищи жёстче сжали мою талию, а я едва не закричала от боли, потому что он начал выпускать когти.

«Подчинись! — кричала я внутри его головы и не замолкала. — Починись мне! Ты раб! Ты безволен! На колени! Ты не можешь говорить, не можешь двигаться и не можешь сопротивляться без приказа!!!».