Екатерина Белецкая - Огонь и ветер

Ознакомительный фрагмент

– А ты?

– И я, разумеется. Мелкие, на какое расстояние сможете просканировать?

– Полкилометра, – Брид задумался. – Хватит?

– Дом в трехстах метрах, поэтому хватит. Попробуйте вызвать Маден, у вас должно получиться.

– Ит, а если… ну, если её там не будет? – Тринадцатый с сомнением посмотрел на Ита.

– Скорее всего, она там будет. Но даже если нет, для нас это не принципиально. Нам главное – как-то начать переговоры.

– Парализовав всех, кого сумеем? – усмехнулся Ри. – Хорошее начало, ничего не скажешь. Шарахнут нас всех разом и…

– Нет, – отрицательно покачал головой Ит. – Нас не шарахнут.

– Почему?

– Потому что я так сказал.

– Опять твои загадки. Ладно, допустим, – Ри задумался. – И что мы требуем? Транспорт?

– Конечно, – кивнул Скрипач. – Нам нужно будет уйти с планеты. Сразу же.

– Не выпустят, – возразил Ри. – Ребята, давайте серьёзно. Вы работали с руководством гораздо меньше, чем я, и… Поставьте себя на секунду на место тех, с кем нам придётся иметь дело. Шестеро заложников одновременно покидают мир привязки. По закону, в этом случае их полагается уничтожить. Да, после разбирательства. Да, не сразу. Но в любом случае – это смертный приговор. Который мы сами себе подписали, хочу напомнить.

– Ри, всё так и есть, ты прав. Если бы речь шла о любом другом случае, ты был бы совершенно прав. Но у нас всё несколько иначе, – Ит задумался. – В первую очередь, это всё-таки… это наш дом. Дом дочери. И территория – принадлежит не официалам, а Сэфес. И Встречающим. Которые разрешают официалам на этой территории находиться, но не более того. Это даёт нам шанс.

– Какой?

– Что нас не убьют сразу.

– Может, ты и прав…

– В любом случае – вы, трое, садитесь, чтобы не маячить, мы держим оборону, а дальше уже по обстоятельствам, – подытожил Ит.

– Хорошо, – сдался Ри. – Собственно, ничего другого нам не остаётся.

Складской ангар, в котором сейчас стояли ящики, оказался сделан из дюраля и, конечно, не отапливался, поэтому к ночи все порядком подмёрзли. Дождь барабанил по металлу, пахло свежей землёй, соляркой, сыростью. Час тянулся за часом, а сигнала всё не было и не было. Скрипач начал нервничать, оба Мотылька тоже. Ри, Берта и Ит старательно изображали спокойствие, но на самом деле их терпению уже подходил конец – в общей сложности они просидели в ящиках уже почти восемнадцать часов.

– Ну когда же, а?.. – с тоской спросила Берта.

– Думаю, скоро, – Ит погладил её по голове. – Ты только держись хорошо, ладно? Смотри, не упади.

– Главное, не задушить Ри случайно, – тихо засмеялась она.

– Ничего, он крепкий, – Ит обнял Берту, прижал к себе. Она положила голову ему на плечо, вздохнула. – Совсем замёрзла?

– Не совсем, но замёрзла… только любовь и греет.

Конечно, целоваться, сидя в деревянном ящике – полный идиотизм, но сейчас они целовались… Ит мельком подумал, что, может быть, вообще в последний раз в жизни, и, наверное, правильно, что она сейчас плачет… беззвучно, просто слёзы из глаз, и губы солёные, и щека совсем мокрая… он изо всех сил гнал от себя сейчас это проклятое чувство вины и беспомощности, но оно возвращалось снова и снова…

– Я ни о чём не жалею, – прошептала она. – Разве о том, что Рыжий не здесь…

– Душою с вами, – шепнул тут же Скрипач. – Бертик, я тебя люблю. Ит, поцелуй её и за меня тоже, ладно?

– Хорошо. Ребята, вы заметили, что стало тихо?

– Правильно, ночь уже, – согласился Ри.

– Значит, скоро. Ри, как ноги?

– Порядок.

– Отлично.

Первого человека очень удачно снял Скрипач – тот, кажется, и сообразить ничего не успел. На выходе из ангара остановились, сначала вышел Ит, через несколько секунд позвал остальных. Площадь и дебаркадер оказались совершенно пустыми, но это пока что ничего не значило. Весь комплекс ИВК был отлично освещён, причём свет использовался не местный, а автономный – в воздухе парили флерлайты, длинные, прозрачные, и светло было почти как днем.

– Так, идём спокойно, – вполголоса приказал Ит. – Не бежать.

Они двинулись по краю площади к двухметровому бетонному забору, расположенному по периметру площадки.

Давно уже канули в Лету те времена, когда площадки прибытия никто не охранял, ох и давно. Больше сотни лет назад на эту самую площадку забирались местные, даже одежду у «гостей» воровали. Теперь вокруг домодедовской площадки размещался целый исследовательский комплекс и два представительства – Официальной службы и Антиконтроля. Народу тут было полно, комплекс считался военизированным объектом и охранялся так, что муха не смогла бы пролететь незамеченной. И площадка, конечно, охранялась тоже.

– Если бы мы знали, во что это выльется, мы бы… – Скрипач не договорил, резко остановился.

– Что… – начал Ри.

– Патруль, – коротко ответил Скрипач. – Ри, назад. Приготовься.

Схватка получилась короткой, всё-таки внезапность сыграла свою роль. И внезапность, и отчаяние, и, самое главное, то, что патруль нападения совершенно не ожидал – за всё время существования комплекса тут не случалось ничего подобного. Максимум, что до этого доставалось патрулям, – это мальчишки из местных, на спор пытающиеся перелезть внешнее ограждение. Такие вылазки для пацанов заканчивались всегда одинаково: первый забор им давали перелезть, потом брали за ухо, отводили на пост, а через полчаса приезжала милиция. Нападения, да ещё и вооружённого, никто не ждал.

– Стажёры, – констатировал Ит, укладывая последнего патрульного рядом с товарищами в тень, отбрасываемую стеной стоящего рядом здания. – Боевики, но стажёры. Повезло.

– Пробежимся? – предложил Скрипач.

– Надо бы. У нас максимум три минуты. Ри, Берта, вы как?

– Нормально, – ответил Ри. Берта согласно кивнула. – Давайте скорее.

– Тогда рванули.

Вход на площадку был, разумеется, перекрыт – железные ворота, добротные и крепкие. С воздуха площадку защищал тент. В своё время был большой спор о том, строить вокруг площадки ангар или не нужно. Где-то построили. Тут – не стали.

И на том спасибо.

– Ри, прикрывай, – попросил Скрипач. Ри в ответ снова кивнул.

Ворота. И двое караульных на входе. И уже вспыхивают ярче флаерлайты там, где они только что были, а это значит, что патруль уже нашли и через минуту тут будет человек пятьдесят. Или больше…

На часовых ушло секунд тридцать. Непозволительно много. Следующие полминуты Ит лихорадочно возился с запорами, а Ри и Скрипач с тревогой смотрели на пока ещё пустую дорогу.

– Не соврала эта Марина, – Ит потянул на себя створку, ворота начали открываться. – Что же они такое сделали, чем задержали?..

– Ты открыл? – спросил Скрипач.

– Да, заходим…

Ворота удалось захлопнуть до того, как по железу грохнула первая пуля. Ит очумело потряс головой: на такое везение он не рассчитывал. Никак не рассчитывал.

Остальные думали явно о том же самом.

– Быть не может, – пробормотал Ри. – Ребята, быстрее на нужную долю, пока они не перелезли через…

Ит взмахнул рукой – по ту сторону забора раздался чей-то вскрик. Скрипач, упав на одно колено, хлестнул невидимым щупом под ворота – судя по воплю, его удар тоже достиг цели.

– Ри, ответный блок и активатор! – крикнул Ит. – Скорее, ребята, скорее! Мы их долго не удержим!..

Над забором снова показалась чья-то голова, в это время с другой стороны, уже с площадки, раздался вскрик Берты, а затем – короткое «тсс-ша», Ри начал стрелять из импульсника. Ит оглянулся – Берта уже стояла у колонны активатора ответной точки, включавшего ливийскую противофазу; Ри, зажимая в одной руке коробку портативного активатора, палил из импульсника куда-то в темноту – от ворот было не разобрать, куда именно.

И затем – долгожданное. Низкий звук начавшей включаться площадки.

– Рыжий, бежим!

– Сам беги, твою мать, чего встал!

Нарастающий звук, а затем – белое сияние, в котором мгновенно утонуло всё и вся.

Ослепительное полуденное летнее солнце над головой, тонкий слой серого песка под ногами. Вместо осенней хмари и ночи – сухое жаркое лето и ясный день.

И тишина, от которой закладывает уши – вместо криков и выстрелов.

– Целы? – спросил Ри.

– Да. Берта?

– Тоже, – севшим голосом ответила она. – В меня чуть не попали…

– Мелкие?

– Тут, порядок, – отозвался Тринадцатый. – Берта, выпусти нас.

Конец ознакомительного фрагмента