Александр Зорич - Пилот-девица

– В общем, ты постарайся, будь добра, как-нибудь заснуть. А я на вахте, так уж и быть, постою.

Стыковку со звездолетом "Алых Тигров", носящим фэнтезийное, будоражащее нервы название "Сумеречный Призрак", Василиса проспала глубоким детским сном.

Проснулась только когда на борту "Кассиопеи" вновь объявилась сила тяжести – ее генерировала дейнекс-камера "Сумеречного Призрака".

Кровь отлила от головы. Руки стали свинцовыми. Ноги – ватными и одновременно свинцовыми. Легкие едва-едва впускали в себя воздух. И столь же неохотно его выпускали.

– Вставай, краса-девица, – дядя Толя потрепал Василису за плечо. – Сейчас нас представят не кому-нибудь, а самому главе клана. Зовут его Гай Титанировая Шкура. Только ты, пожалуйста, не пугайся.

– А пошто я должна пугаться, дядя Толя?

– Ну, видишь ли... Гай Титанировая Шкура – он не человек, а...

– Робот?

– Нет.

– Клон? – Василиса щегольнула словцом, услышанным во время последней вылазки в Усольск.

– Да нет же! Он тигр. В смысле зверь. Акселерированный!

– Аксе... что?

– Акселерированный! Ну, его интеллектуальное и эмоциональное развитие ускорено специальными приборами. И таблетками. В общем, ускорено. А потом поднято на несколько ступенек. И в итоге он такой же умный, как глупый человек.

– И говорить умеет?!

– Умеет. Для этого у него специальный синтезатор на шее имеется. Но я тебя убедительно прошу: ты молчи. В крайнем случае – соглашайся со всем. Говорить за нас двоих буду я. И помни, если мы Гаю не понравимся, если мы покажемся подозрительными, какими-нибудь там агентами вашей этой муромской безопасности... Или другой какой безопасности... трапперы вышвырнут нас в открытый космос.

– В космо-ос?

– Прямо. В открытый. Космос.

Василиса хлопала ресницами. Только там, на "Сумеречном Призраке", до нее начала доходить беспрецедентная дерзость ею же самою содеянного.

Акселерированный тигр Гай Титанировая Шкура был настроен довольно-таки по-тигриному, то есть кровожадно.

Вообще-то, его настроение было вызвано тем, что из пяти групп, отправленных охотиться в коренные таргитайские леса на "автохтонную биоту", одна растратила впустую кучу топлива и не поймала вообще ничего, а две другие как-то подозрительно отмалчивались, и у Гая шевелились подозрения, что негодяи обстряпывают за его спиной какие-то нелегальные сделки.

Но дядя Толя с Василисой этого не знали. Поэтому перетрухнули не на шутку.

– Так ты, значит, с бор-рта "Бульдога"?!! – рыкнул Гай. Его речевой синтезатор проговаривал все звуки чисто, но тигр дополнительно порыкивал собственной глоткой, аккомпанируя некоторым словам, так что выходило "знар-рчит", "Бур-рдог-ра". – Ну и кто у вас там астр-р-рогатор-р?!!

– Астрогатор? Штурман в смысле? – дядя Толя взялся лихорадочно припоминать. – Якоб по кличке Двойной Дайкири... Нет, не Якоб?.. Да не-е, точно он!

– Тебе лучше знать, – уклончиво сказал Гай. – А инженер-двигателист кто?

– Не знаю даже... Может Драган, как там его, забыл прозвище... Или Хулио Ящерица? Или теперь уже Стормо Пинчетти?

Гай бесстрастно молчал, сохраняя, так сказать, "лицо игрока в покер" – как выражались у трапперов.

– Я вообще не помню! – сдался дядя Толя. – Я же пилот флуггера, не звездолетчик.

– Пилот? Из какой бригады?

– Свена Халле.

– Из той, которая погибла в полном составе? – Гай выказал завидную осведомленность. Впрочем, все трапперы знали, что клан "Алые Тигры" ведет свои дела очень серьезно и агентурные сведения собирает что твое ГАБ – Глобальное Агентство Безопасности.

– Из той самой.

– Расскажи, как все было! – потребовал Гай.

Дядя Толя выдал на удивление толковый и сжатый рассказ.

– Значит, эта девчонка тебя и выходила раненого. Так?

– Ага! – кивнула Василиса. Она была настолько зачарована говорящим тигром, что вообще не поняла вопроса и ответила бы "ага!" на любой.

– И вы вместе сбежали? А теперь хотите, чтобы я взял вас на работу?

– Ага-ага, – хором повторили Василиса с дядей Толей.

– А что вы умеете делать?

– Я – пилот. Водил "Кассиопею", "Андромеду", "Малагу". Могу, если надо, всякие орбитально-каботажные корабли пилотировать. Мусорщик, контейнеровоз, буксир...

– Сразу видно, не самоучка, – в голосе Гая дяде Толе послышалась ирония.

– Конечно, не самоучка. Пять лет Подольской летной школы! Потом пятнадцать – по специальности работал, на всех основных маршрутах Солнечной и Барнарда.

– А потом что? Почему к пиратам прибился?

Дядя Толя надолго замолчал. Василисе стало понятно, что затронутая тема для ее товарища крайне болезненна. Однако молчать дяде Толе не велел инстинкт самосохранения.

– Да случай один... Допустил преступную халатность во время рейса, – не поднимая глаз от пола, сдавленным голосом сказал дядя Толя. – Под суд надо было идти. А неудобно перед женой – страх! Перед дочкой неудобно тоже... Такой позор! В общем, испугался. К счастью, я под подпиской был, то есть не в тюрьме еще. Так я инсценировал, будто я утонул и что рыбы меня сожрали... Гидроцикл после себя на волнах болтаться оставил, плавки окровавленные в кораллы засунул...

Тигр смотрел на дядю Толю, не мигая. Василисе почудилось, что он сейчас прыгнет и откусит горемычному пилоту голову.

– Где инсценировал? – спросил Гай.

– На Сокотре. Курорт такой на Земле есть.

– Сокотра... – повторил Гай и, отведя наконец от дяди Толи свой светло-горящий взор, задумался.

Поскольку Гай Титанировая Шкура был не человеком, а акселерированным зверем, в те секунды он ожидал, пока парсер, сопряженный с речевым синтезатором, осуществит поиск по огромной базе данных и затем вернет результаты в его мозг через имплантированный нейроинтерфейс. То есть его "задумчивость" была не вполне тем, что под этим словом привыкли понимать люди.

Но вот поиск по слову "Сокотра" завершился. Данные поступили в тигриный мозг и Гай, вновь вперившись в дядю Толю тяжелым плотоядным взглядом, проговорил:

– Сокотра – остров в Индийском океане, на юге. А Российская Директория, насколько я помню, это северная часть континента Евразия. Если ты действительно был под подпиской о невыезде, как смог пересечь границу и попасть на Сокотру?

Но поймать дядю Толю на слове было ох нелегко!

– Сокотра – заморское владение России. Так что когда летишь из Москвы на Сокотру, границу не пересекаешь.

Тигр еще раз "задумался", проверяя эту информацию. Затем он милостиво повелел:

– Продолжай. Ты инсценировал, что тебя сожрали рыбы. Что было дальше?

– Дальше все поверили, что я погиб. Или сделали вид, что поверили. Ну а сам я тем временем к трапперам нанялся. Контакты у меня имелись после одного случая, когда мы с этими ребятами друг другу крепко подмогли... Но это длинная история.

– Не жалеешь? – спросил Гай со своей фирменной тигриной усмешкой.

– Жалею, – честно признался дядя Толя. – За дочкой страшно скучаю. Ну и за Наташкой, то есть за женой. Но за ней скорее как за человеком, чем как за женщиной. Часто просыпаюсь среди ночи, и думаю: а вот если бы я тогда под суд пошел, не сдрейфил, так уже, наверное, и вышел бы... А может и раньше даже вышел – адвокаты, амнистия, деятельное раскаяние осужденного... А так – ни документов, ни доброго имени.

– Да знаю я, мне можно не объяснять. Тут каждый второй такой.

– А так, выходит, я сам себя наказал даже больше, чем меня Родина бы наказала.

Гай Титанировая Шкура понимающе кивнул, чем еще больше удивил Василису. Она, конечно, и раньше подозревала, что животные – они очень умные. Но теперь ее подозрения были подтверждены даже не на сто, а на все триста процентов. А история дяди Толи ее очень тронула, хотя слово "халатность" ассоциировалось у нее исключительно с банно-купальным предметом одежды, халатом.

Меж тем, речь вновь зашла о ней.

– А девчонка что умеет?

– Я умею ухаживать за зверями. И вкусно готовить умею, – отвечала Василиса. – Ну а еще прясть, вышивать, бисером и гладью, кружево плести, – быстрой скороговоркой закончила она.

– Ухаживать? А что, это нам нужно. А насчет готовки... Пожалуй, тоже бывает нужно. На "Призраке"-то коков полно. А вот в высадочных партиях, на планетах, бывает и впрямь готовить некому... Так что берем тебя, пожалуй. Точнее так: вас обоих берем. И запомните: начнете тут заниматься подозрительными делишками, вынюхивать, выспрашивать, контачить с кем не просят – откушу вам головы.

После этих слов Гай Титанировая Шкура широко раскрыл пасть и грозно, громко зарычал.

В этом рыке было столько непокоренной мощи дикой природы, что она вмиг развеяла старательно сотканную иллюзию "антропоморфности" Гая. А ведь еще минуту назад Гай и впрямь казался им мудрым, хотя и мрачноватым человеком, лишь по недоразумению очутившимся в тигриной шкуре!