Дмитрий Воронин - Скайгард

— «Маргаритка» на связи.

— Это Шеденберг. У нас чрезвычайная ситуация.

— Пираты? — Почему-то эта мысль первой пришла Кате в голову. Быть может, все это время, с момента встречи с полковником, она подсознательно ожидала встречи именно с пиратами… быть может, с тем же «Лебедем».

— Если бы! — буркнул полковник. — «Маргаритка», я прерываю ваш патруль. Срочно следуйте к точке «Эпсилон-16». Там будете ждать дальнейших распоряжений.

— Что-то с гонщиками? — В памяти Кати тут же всплыл недавний разговор с Джадом.

— Да… доигрались сопляки! — Полковник повернулся в сторону, видимо, бросив взгляд на другой дисплей, затем снова уставился на Катю: — Капитан Шелест, приказ вы получили. Постарайтесь не задерживаться в пути.

— Выполняю. Конец связи.

Катя запустила программу расчета курса. Минуты через три бортнавигатор «Маргаритки» выдал три маршрута, приближающиеся к оптимальному. Первый Катя отмела сразу — слишком близко от астероидного пояса. Дистанционно путь, пожалуй, самый короткий, практически прямой, но развить на нем предельную скорость будет невозможно. Опасно. Второй и третий маршруты были гораздо длиннее…

— Дурацкий ящик, — Катя испытывала бурное желание пнуть блок бортнавигатора.

Даже при самом лучшем раскладе (то есть на полной нагрузке маршевого двигателя, что заведомо исключало сколько-нибудь значительное маневрирование, а потому и требовало абсолютно чистого пространства) путь до «Эпсилона-16» займет не меньше четырех часов. Это вряд ли можно назвать словом «срочно следовать». Вне всякого сомнения, полковник знал маршруты всех патрулей и раз направил туда «Маргаритку», значит, ближе никого нет.

— Проблемы? — зевнула Леночка. С навигацией у нее были сложности… несмотря на то что Катя в этом отношении занимала достаточно принципиальную позицию. Любой из членов экипажа обязан был уметь проложить хотя бы простейший курс. На худой конец, справиться с введением координат в автопилот.

— Нам приказали изменить курс…

— Это мы все слышали, — заметила Снежка.

— По самой выгодной траектории — четыре часа десять минут. На форсаже.

— А в режиме пульсации?

— Стопроцентно проскочим мимо, — пояснила Снежка, но Катя качнула головой:

— Нет… необязательно. Так, не отвлекайте меня… попробую рассчитать курс треугольником.

Она склонилась над клавиатурой, лихорадочно вводя в компьютер параметры расчета. Леночка вопросительно посмотрела на Снежану.

— Это такой способ двигаться в пульсационном режиме на малое расстояние, пояснила та. — Считается довольно ненадежным, поскольку требует очень точного расчета. Путь из точки А в точку Б рассчитывается через промежуточную точку С, равноудаленную от двух других. Прыжок, ориентация, второй прыжок, и мы на месте. Если повезет.

— Надеюсь, что повезет, пробормотала Катя. — Так, расчет готов, приготовиться к пульсации. ГР-привод?

— Активирован, идет набор энергии, — немедленно доложила Снежка, уже согнавшая Леночку с кресла второго пилота. Пальцы девушки торопливо порхали по кнопкам панели управления.

Считалось, что для управления кораблем подобного класса требуется один человек. На самом деле это было возможно, но лишь в отсутствии альтернативы. Человек, сидящий во втором кресле, выполнял чрезвычайно важную работу — контролировал правильность действий первого пилота.

— Подтверждаю. Приготовиться к смене курса, цель — промежуточная точка маршрута. Вероятное отклонение две десятитысячных сс.

— Смену курса подтверждаю, — отозвалась Снежана, стараясь перекричать возмущенный визг гравикомпенсатора.

— Маршевый двигатель — десять процентов мощности.

— Десять процентов, выполнено.

Катя не отрываясь следила за приборами. Штурмовик лег на новый курс, и теперь набирал необходимую скорость. Одновременно корабль начал окутываться бледно-зеленым сиянием — привод Геллера — Радова выходил на рабочий режим.

— Минута до преодоления порога, — отчиталась Снежана. — Колебание энергополя ГР-привода в пределах погрешности.

— Подтверждаю. Сорок секунд до набора расчетной скорости. Приготовиться к автоматическому отключению маршевого двигателя.

— Готовность подтверждаю.

«Маргаритка» мчалась вперед, непрерывно наращивая скорость. Штурмовики подобного класса могли при острой необходимости совершать и межзвездные перелеты, но обычно предпочитали проделывать этот путь в комфортабельных трюмах транспортных судов. Обладая довольно маломощными приводами Геллера — Радова, а также не имея возможности развить по-настоящему значительную скорость, необходимую для дальней пульсации, штурмовики достаточно оперативно действовали только на внутрисистемных маршрутах. Зато относительно низкая скорость компенсировалась высокой точностью ориентации.

Сейчас боргнавигатор отслеживал скорость штурмовика, чтобы в нужный момент выключить двигатели.

— Стоп маршевому через пять секунд… три… две… одна… — Сейчас Катя не прикасалась к пульту, реакция компьютера многократно превосходила человеческую. В обстановке непрерывно меняющихся угроз, вроде полетов в астероидном поле, присутствие человека за штурвалом было абсолютно необходимо, но сейчас следовало довериться технике.

— Маршевый остановлен. Набор пороговой мощности ГР-привода — через десять секунд.

— Приготовиться к пульсации! Пять секунд… три… две… одна…

Штурмовик окутался облаком зеленого сияния — и исчез. Чтобы появиться в четверти миллиона километров от точки, где он пребывал еще мгновение назад.

— Начинаем ориентацию…

Повторный прыжок вывел «Маргаритку» всего в полусотне километров от навигационной точки «Эпсилон-16». Вполне пристойная точность — особенно если учесть, что расчет маршрута выполнялся не слишком мощным бортнавигатором штурмовика.

Маяк был довольно старого образца, ориентировочно полувековой давности. Шар трехметрового диаметра, содержащий энергоустановку, генераторы щита, коррекционные импеллеры и кучу приемо-передающей аппаратуры, медленно вращался вокруг своей оси, прощупывая сенсорами окружающее пространство. Его задачей было принять навигационный сигнал — и тут же ответить, передавая отправителю пеленг. По трем успешным пеленгам корабль мог определить свои текущие координаты и подготовиться к следующей серии пульсаций.

Для тех, кто передвигался по внутрисистемным маршрутам, маяк передавал массу полезной информации о состоянии пространства, метеорных потоках, радиационной обстановке. Всего в непосредственной близости от Талеры располагалось около девяти десятков таких устройств, и все они требовали регулярного ухода. В обычное время за исправность маяков отвечала планетарная администрация, но раз уж на орбите присутствуют военные или, как в данном случае, «Скайгард-7»…

В сотне метров от шара маяка неподвижно висел небольшой истребитель класса «Вайпер». Как и многая другая военная техника, не прошедшая суровый отбор конфликта с Амстад, «Вайперы» были списаны из вооруженных сил Федерации вскоре после завершения военных действий. Несмотря на это, орбитальные истребители этого класса сохраняли свою популярность — не слишком мощные, не обладающие особо выдающейся защитой, они славились очень высокой надежностью. Частные компании с удовольствием покупали «Вайперы» для эскорта своих судов, да и среди новоявленных графов, герцогов, князей и прочих дворян стало модным иметь в личном гараже изящный истребитель. Правда, с деактивированными излучателями — Федерация не приветствовала наличие в частных руках среднего и тяжелого вооружения.

Сейчас этот истребитель вряд ли заинтересовал бы даже самого невзыскательного покупателя. От левого крыла остался жалкий обрубок площадью в пару квадратных метров, броня была искорежена и в нескольких местах пробита насквозь. Из четырех мощных импеллеров (эти истребители не предназначались для межзвездных перелетов, а потому не оборудовались ГР-приводами) уцелели всего два.

— «Нокс», вызывает «Маргаритка»! Что случилось?

— Мы в полном дерьме, Шелест! — Голос Карела был едва различим на фоне треска помех. — Связь почти накрылась, движки не тянут и треть мощности.

— Вы-то как?

— Нормально… рубка сохранила герметичность, и воздуха хватает. До станции как-нибудь доковыляю.

На пульте снова замигал сигнал вызова.

— «Маргаритка» на связи.

— Маяк докладывает, что вы уже на месте… Шеденберг мгновение помолчал, затем неохотно выдавил: — Блестящая работа, капитан Шелест! Я не рассчитывал, что вы прибудете так скоро. Еще два корабля подойдут в течение часа. Капитан Бэйн ввел вас в курс дела?

Кате понадобилось секунд пятнадцать, чтобы вспомнить фамилию Карела.