Да здравствует генерал Гривус! Эпизод II - Ильдер

рядом с Гривусом, отчего они встретились с ним взглядами. Из её желтых глаз потекли слёзы, а сама она тяжело задышала, практически так же, как он, только начав давиться кровью.

Отчего-то ему в голову пришло воспоминание с планеты, где всё это началось, о девушке, которая ему ничего не сделала, но была измучена и потому он отрубил ей голову. Девушка же перед ним неожиданно слабо улыбнулась вместе с тем, как её жёлтые, в такой близи кажущиеся измученными, глаза перестали светиться жёлтым свечением.

— Я ничтожество… я знала… даже её не… спасибо, что… избавил сестру… от мучен… не смогла… х… холодно….

Вокруг разнеслась волна смерти, как будто погиб не один человек, а множество, нечто подобное он ощущал на Кали, стало ясно, что Катарина, лежащая перед ним, наконец мертва. Только теперь, когда её лицом замерло, отчего-то казалось, что она ухмыляется в последний раз. А после через неё переползла тогрута, стала пытаться перевернуть его на спину, потратив на это какое-то время и что-то крича при этом. Но он почему-то вообще перестал что-либо слышать. Зато видел, что щупальца из тёмной энергии стали усиленно тянуться во все стороны, при этом как будто насильно втягиваться обратно в «Собиратель Силы». По тому начали проходить красные, фиолетовые и синие молнии, время от времени распространяясь и на части «Тёмного Жнеца», которые от их воздействия как будто начали нагреваться, краснея. В какой-то момент вниз, с его корпуса, в нескольких местах начали стекать красные капли, загоравшиеся пламенем во время полёта.

Он не знал сколько прошло времени, но в какой-то момент вместе с возвращением всех звуков, от чего резко заболела голова, громче всего прозвучал электронный голос:

— Перезагрузка системы выполнена. Аварийная….

Тут же он услышал и слова Асоки, сразу начав вставать:

— Гривус! Вставай, ходячий кусок железа! Тут скоро всё…. Джедаи уже Винду с падаваном унесли… нам надо беж….

Её сбил в сторону выстрел из бластера, попавший в бок. Николай среагировал мгновенно, хотя тело действовало заторможено, схватил с земли рукоять светового меча и, не сумев включить его, бросил в стрелка. Меч включился на лету и отрубил часть ствола бластера, что держал молодой парень в кожаной безрукавке. Он выронил оружие, взамен его достав и активировав термальный детонатор, и направился в их сторону, правда, смотря куда-то вниз.

— Я не могу жить без тебя… моя… богиня… ты, глупая… я и так, без всякого внушения, любил тебя и… не могу жить… без тебя….

Николай хотел ударить, но его заставила отпрыгнуть и оттащить за собой Асоку крупная капля раскалённого железа, что упала между ним и человеком. Тот же, в свою очередь, упал на колени перед телом разрубленной девушки и, похоже, не собирался угрожать напрямую им, как, впрочем, и куда-то уходить. Схватив тогруту на руки, киборг как мог побежал подальше от вероятного взрыва, по пути запнулся об чьё-то тело и случайно обернулся назад. Парень согнулся над телом Катарины и поцеловал её, а после они исчезли в шаре взрыва термального детонатора. Случайно или нет, в этот момент древний артефакт, что всё ещё был над головой, начал особенно сильно плавиться, вокруг начали греметь взрывы, трещать и шипеть металл.

Гривус как мог бежал вперёд, используя все свои силы и не обращая внимания на вновь начавшее мутится зрение и боли по всему телу. Он уже не понимал, как далеко ушёл от установки, лишь знал, что Асока всё ещё у него в руках, как внезапно что-то сзади придало ему ускорение. А после по спине что-то застучало и как будто прошёлся жар, он прыгнул в ближайший окоп, что возвели защитники базы, после чего всё вокруг накрыло волной пыли и дыма. Наступила темнота.

* * *

……………………

* * *

— Г-гривус, над… кхе-кхе… ихти… брось меня, я… — услышал он в темноте через некоторое время, когда грохот и шум вокруг стихли. Это был голос Асоки, которую он, судя по всему, всё ещё держал в руках, во всяком случае, он ощущал её вес на своих руках.

— Кхе-кхе… у меня к тебе… два замечания. Во-первых, заткнись нахер. Во-вторых, я не вижу нихрена, — ответил он, даже сквозь действие препаратов отрубающих эмоции почувствовав свою злость на её предложение. Также он решил не упоминать, что почти не чувствует своего тела, что-то в нём явно сломалось и приходилось ориентироваться на подавленные ощущения живой части тела.

— Ха-ха-кхе-кхе…. У вас… точнее, у тебя, — ответила тогрута слабым голосом, и эти слова, как и предыдущие, давались ей с трудом, — у тебя вместо глаз в маске комья грязи… подожди….

Он ощутил в районе лица приглушённую боль и толчки, от которых голова подалась назад. Когда всё прекратилось, произнёс на фоне какого-то усиливающегося гула:

— Всё равно не вижу… Что такое?

— Республиканцы… канонерки. Подожди, кхе-кхе. — Он ощутил перемещение веса и, судя по усилившемуся давлению на шею, собеседница то ли упёрлась об его голову, то ли приподнялась. Он по-прежнему ничего не видел и почти ничего не ощущал, тактическая сеть не откликалась из-за обилия помех, хотя, возможно, были сломаны устройства связи в его теле, что начало злить. Давление ослабло, и он услышал: — Пять… клоны помогают джедаям, но остальные начали расходиться… наверное, нас ищут… Я не могу очистить до конца, руки дрожат и….

— Я держу тебя? — на всякий случай уточнил он, примерно представив ситуацию.

— Да. Я бы сказала, даже слишком, — прозвучал хрипловатый ответ.

— Надо уйти дальше, в лес…. Там посмотрим, что делать, может, найдём воду, — начал он, но тут вокруг что-то застучало. — Стреляют?

— Нет… дождь… крупный, — прозвучал ответ, и он почему-то решил, что она смотрит вверх.

— Веди к лесу, — добавил киборг, учитывая, что что-то было и со слухом, так и не смог определится, достаточно ли громко говорит, понимая, что вообще-то говорить следовало тише.

— Прямо, там левее борозда, по ней снова прямо, — произнесла Асока тише и более слабым голосом. — Увидят….

— Главное говори куда, — ответил он и, встав, побежал, чувствуя лишь усилившуюся боль в районе торса. По телу расходилась странная дрожь, доносился треск, но, похоже, несмотря на повреждения, бежать получалось довольно быстро.

Она говорила, куда идти. Даже когда рядом стали пролетать бластерные заряды, а где-то позади слышаться крики.