У всех свои демоны - Анна Новикова

только упрямстве в неё въехал, уже не имела для него никакого значения. Он уже почти ничего не видел за пляшущими перед глазами цветными кругами. Мельхиорец остановил вездеход и с то ли стоном, то ли всхлипом уронил голову на руль. Голова болела так, что хотелось разбить её о ближайший камень. Желание по определению неисполнимое в скафандре.

Сколько часов, как рассказывала как-то Арина, здесь длятся магнитные бури? Не вспомнить. И дотянет ли он до её окончания?

Сквозь шум в ушах прорвался бодрый голос Мозели:

– Эй, парень, ты там живой?

От неожиданности Хидео едва не подпрыгнул, отчего круги перед глазами завертелись особенно быстро, а в голове словно взорвалась бомба.

– Немного, – подавив стон, ответил он.

– Ну раз немного, значит, должен справиться. Доставай аптечку, там в маленьком отделении лежит шприц.

– Я его на базе оставил, – пробормотал мельхиорец, но аптечку всё-таки нашарил.

– Ты оставил, а я положил. Нашёл?

В маленьком отделении действительно лежал знакомый синий цилиндр.

– Да.

– Возьми его покрепче, чтобы не выронить, и коли, куда я показал. Получилось?

Короткий укол был почти незаметным.

– Да…

Багровые круги под глазами постепенно бледнели, а боль из головы не спеша, словно сомневаясь, не вернуться ли, утекала, оставляя после себя прохладную пустоту.

– Но как вы…

Хидео не смог сразу подобрать нужное слово, но собеседник его понял и коротко засмеялся:

– Думаешь, я мало видел молодых идиотов? Достаточно, поверь. В том числе и в зеркале. Так, теперь посиди спокойно минут двадцать, и можешь ехать. Как вернёшься, сдай шприц на перезарядку. Всё, отбой.

У базы Хидео встретил Альфредо Лиамм.

– Хорошо, что успел доехать, – сказал он, подходя к вездеходу. – Погода портится, так что давай побыстрее разгружаться, и под крышу. До завтра посидишь у нас, сегодня ехать опасно.

– Я даже не буду протестовать, – ответил Хидео, глядя на стремительно темнеющее небо, и добавил про себя: «Хватит на сегодня приключений и глупостей».

Он подвёл платформу с цистерной к модулю жизнеобеспечения, затем отцепил, и они вместе с геологом закатили её в свободный слот. Погода портилась на глазах, в считанные минуты потемнело, и поднялся ветер, уже сейчас по силе близкий к урагану.

– Подключать будем завтра, загоняй машину в ангар, – пытаясь перекричать шум ветра, оглушающий даже через шлем, велел Лиамм.

На базе было тихо. Или это ему так показалось после разгулявшейся стихии снаружи?

Оставив скафандр в пришлюзовом помещении, Хидео вслед за Лиаммом прошёл в полукруглую комнату отдыха, приобретшую за три недели, которые тут провели геологи, неуловимо-обжитый вид. Парадокс: хоть эта база и считалась полевой, но обитателям главной базы о таком комфорте пока можно было только мечтать. Здесь стояли два дивана, даже на вид удобные, с потолка спускался большой экран, а в углах слегка шевелили листьями два живых деревца в кадках. Хидео не удержался, подошёл и потрогал листочек. Действительно, живые – почти невероятное зрелище. Ничего, ещё несколько недель, и на главной базе тоже появится и комната отдыха, и даже оранжерея. Зак говорил, что в проекте даже огуречные грядки есть…

– Ну что, господин мельхиорец, как насчёт почти семейного ужина? – спросил Лиамм, включая мини-версию пищевого автомата, стоящую у дальней от окна стены.

– А не рановато для ужина? – усомнился Хидео. Есть, правда, уже хотелось, ведь обеденное время он провёл в пути, и ему было не до взятых с собой припасов.

– В самый раз! – заверил геолог.

– Делать в такую погоду всё равно больше нечего, кроме как за столом сидеть, – добавил Мишка, техник партии, входя в комнату с пакетом в руках. – Привет. Вот, остатки вкусностей из цивилизованных мест, давно хотел пустить в дело, искал только повод.

– Привет, Мих. Надеюсь, это не зеваны? – подозрительно спросил Хидео.

Лиамм захохотал.

– Нет, всего лишь печенье, – ответил Мишка. – Но вообще, насколько удивительная нам досталась планета! Взять хотя бы эти зеваны – во всех других местах они могут храниться вечно, а здесь взяли и испортились!

– Главное, чтобы не испортились мы, – проворчал Хидео.

Лиамм захохотал снова и хлопнул мельхиорца по плечу.

– Не бойся, парень, и не такие места осваивали! Сейчас усядемся, и расскажу, в какой переплёт мы как-то раз попали на Тяжке!

– А где ваша начальница? – спросил Хидео, устраиваясь за столом, на котором Мишка уже расставлял тарелки с едой.

– Отчёт пишет, – фыркнул Лиамм.

– Она редко ужинает вместе с нами, – пояснил Мишка.

Да, это вам не хозяйка дома, выходящая встречать гостя с радушной улыбкой на губах, даже если в глубине души его на дух не переносит. Хотя на гостя и он сам не тянул, так, застигнутый непогодой и из милости пущенный за стол, естественно, не хозяйский, а прислуги разносчик. Развеселившись от этих мыслей, Хидео вполне благосклонно выслушал знакомые ещё по перелёту байки геолога, посмеялся над студенческими анекдотами Мишки и даже добавил от себя несколько мельхиорских жизненных мудростей. Неплохой, хоть и стандартный по меню ужин в неплохой компании.

Буря, между тем, не утихала. Шум ветра был уже слышен даже внутри базы. После еды, а может лекарства, Хидео стало сильно клонить ко сну, и, чтобы немного развеяться, он подошёл к занимавшему всю полукруглую стену окну. Снаружи было темно, как поздним вечером. За песчаными вихрями едва-едва можно было разглядеть покачивающийся под порывами ветра стройный силуэт ветряка. Парадоксально, но при современном уровне развития способов получения электроэнергии оптимальным вариантом для автономной базы с относительно небольшими потребностями оказался ветряной генератор. От него заряжались два аккумулятора – основной, расположенный в отдельно стоящем модуле жизнеобеспечения, и резервный, на самой базе. А ещё ветряк решал вопрос с размещением антенны, снимая необходимость сооружения для неё отдельной мачты.

– Да, эдак завтра придётся новую дорогу искать, – проговорил Хидео. – И откуда берётся столько песка?

– Переносится с места на место, – пожал плечами Мишка, встав рядом.

– Это ладно, как бы сначала не пришлось шлюзы откапывать, – хохотнув, сказал Лиамм. – Засыплет всё к бабушке по самую крышу.

Некоторое время все молча наблюдали за разгулом стихии.

– А не слишком ли сильно он качается? – пробормотал Хидео.

– Кто? – не понял Мишка.

Ответом стал слышный даже через стекло грохот, а затем сначала мигнул, а потом и погас свет. Долгую минуту спустя,