Гарет Робертс - Всего лишь человек

— Парочка романтиков, — одобрил Доктор. — Фантастика.

— Именно! — гаркнул Куилли. — И мы вместе пустились в наше романтическое путешествие. Прошло много месяцев, прежде чем мы осознали и привыкли к сверкающему великолепию неприятных чувств. Стыд, вожделение, жестокость, зависть! — Он сердито посмотрел на Розу. — Страсть…

— Эй, поумерьте-ка пыл, — окрикнул Доктор.

— Страх, злость, возмущение. У которого столько оттенков — гневное, неприкрытое, возмущение, когда знаешь, что виноват…

— Пожалуйста, успокойтесь, — вполголоса попросила девушка.

— Простите. Вы даже не представляете, что это значит для меня, — произнёс прерывавшимся от волнения голосом мужчина и театрально пустил слезу. — О, дорогая Роза. Иди сюда! — Куилли грубо схватил и обнял девушку. — И Вы, Доктор! — Он притянул удивлённого рассказчика вселенских тайн к себе, и крепко прижал головы обоих.

Встретившись взглядами, Доктор и Роза рассмеялись полнейшему безумию происходящего.

— Вы не знаете, на что были похожи все эти годы! — выкрикнул Куилли. — Хотя, конечно, знаете! Наконец-то у меня есть, кого чувствовать!

— Полагаю, он имел в виду «с кем чувствовать», — сказал Доктор.

— Надеюсь, он имел в виду «с кем чувствовать», — подняв брови, произнесла Роза.

Без интереса клевавшая ленч Шанталь услышала свист воздуха. Смахнув с руки крошки, она вскрыла канцелярским ножом выпавший из трубы конверт и прочитала написанное идеально чётким, каллиграфическим почерком послание: «ШАНТАЛЬ — Я сейчас вернусь. По-прежнему голодный. Можешь что-нибудь сообразить? Твой Икс-01.»

Женщина убрала письмо в нагрудный карман и направилась к столам своих прекрасных подопечных с кукольными лицами. Загадочно сверкнув глазами, Шанталь приняла решение:

— Тина.

— Да, Шанталь? — подняла голову бойкая молодая девушка.

Женщина подманила к себе кивком работницу.

— Тина, не могла бы ты быть столь любезна и пройтись до Серой Двери? Постучишь, а когда дверь откроется, зайдёшь внутрь. Всё просто.

— Конечно, Шанталь, — улыбнулась девушка и вышла.

Женщина вернулась на рабочее место и взяла со стола оставшуюся половинку хлеба. Почти надкусив корочку, она увидела, как девушка в нерешительности стоит у выхода и смотрит на неё с недоумением.

— Да, Тина?

— Шанталь, — девушка подошла к ней, — последние три человека, которые заглядывали для тебя за Серую Дверь…

— Сьюзи, Мария и Педро, да? — оживлённо спросила женщина. — Что с ними?

— Я не видела их уже несколько дней, — неуверенно произнесла Тина. — Их не было вчера на вечеринке, например.

— Уверена, что были, — настаивала Шанталь. — Разве не помнишь? Сьюзи напилась в стельку, а Педро с Марией танцевали как парочка идиотов. Мы хорошо провели время.

Тина попыталась вспомнить. Она была уверена, что Педро, Марии и Сьюзи там не было, но Шанталь ведь очень умная, с её-то увеличенными до 810 умственными способностями. Должно быть, ей видней.

Поэтому девушка сказала: «Ладно» и направилась к Серой Двери.

Серая Дверь располагалась в одной из стен пещеры и, согласно названию, была большой серой металлической дверью. Близлежащие хижины и сараи Остерберга были отвернуты от неё, а подвесной свет светил в противоположную сторону. Вокруг не было ни души.

Быстро подойдя к двери, Тина постучала. Она не имела ни малейшего представления, что могло там находиться. Ей было всё равно. Единственное, что интересовало её в проекте — печать, интерес к которой вызывал установленный патч. Девушка на мгновение задумалась, почему же Шанталь попросила именно её, ведь она ничего об этом не знала. Но возникшая мысль ни к чему не привела, она просто растворилась в глубине сознания, словно быстрое летнее облачко в ясном небе.

На стук никто не ответил.

— Здравствуйте, — оживлённо позвала девушка. — Это Тина!

Механизм Серой Двери щёлкнул. Тина вспомнила, что дома всё опасное было заперто за металлическими дверями с электрошоком, чтобы люди не ходили туда. Но и эта мысль, не показавшаяся ей слишком важной, исчезла где-то в затуманенном ненастоящей удовлетворённостью разумемтуманенноё шком существеннойотолько печать, на которую была настроена.

Серая Дверь лишь слегка приоткрылась.

— Ау? — позвала Тина. — Вообще-то, мне не слишком понятно, зачем меня сюда прислали.

Из-за двери показалась слизистая семипалая рука серого цвета и поманила к себе.

У девушки возникло неприятное ощущение. Сердце забилось быстрее, а руки и ноги онемели. Зная, что это чувство неприятное, и она никогда его не испытывала, Тина ввела универсальный код на всеобщее расслабление и немедленно почувствовала облегчение.

Рука поманила вновь, и она подошла ближе к двери.

Что-то схватило её за плечо и затащило внутрь.

Девушка почувствовала неприятное ощущение чего-то очень плохого. За Серой Дверью было очень темно, поэтому она ничего не видела, но почувствовала неприятное чувство невероятной боли, когда хозяин руки вцепился ей в бок.

Имея в себе силы дотянуться до бейджа, Тина ввела код, пославший в голову облегчающий бальзам, и неприятное ощущение боли испарилось. Девушка предположила, что ей пришёл конец, и задалась вопросом, почему. Но, казалось, бессмысленно волноваться по этому поводу, поэтому она позволила вопросу остаться без ответа.

— Я в порядке, — сказала Тина. — Всё хорошо.

Последнее, что она увидела в отвратной тьме, было тремя скелетами, прислонёнными к стене, сидевшими «по-турецки», сложив руки на коленях. На их никуда не девшихся бейджах значилось: ПЕДРО, МАРИЯ и СЬЮЗИ. Это выглядело довольно комично.

Но затем хозяин руки сжал девушку ещё крепче, открыл огромный рот и откусил ей голову.

Неделя 2

Журнал Даса

На этой неделе я сделал открытие: мир не ограничивается Бромли. Я спросил Джека, могу ли я полетать на самолёте, и он с помощью Интернета и кредитки купил билеты. (Никогда не думал, что буду достаточно смел для полёта, но я видел, как по телевизору летали Уилл и Грейс, которых боги не лишили их жизней за их наглость. Это меня успокоило.)

Мы вызвали такси, чтобы добраться до аэропорта. Я думал, самолёты летают только возле Бромли, но поездка заняла много времени, и я понял, что Бромли — лишь малая часть мира. Есть множество других городов, таких, как: Нью-Йорк, Тонтон и Эр-Рияд. Я хотел слетать в мой любимый город, Баламори[18], который видел по телевизору, но Джек сказал, что это невозможно.

Во время поездки мы видели траву и деревья. Большую часть люди вырубили и разместили на них автодороги. По-видимому, многие считают, что это плохо, но я думаю, что это очень мудро и действительно очень поднимает настроение. Я сидел на заднем сидении и объедался чипсами. Джек оставил попытки помешать мне есть жирные штуковины. Я их ем не только ради удовольствия, но и потому, что знаю, что боги увидят изобилие этого времени и проклянут его, поэтому нужно кушать всё, пока есть возможность. Джек называет это суеверием. Он употребляет это слово каждый раз, когда не понимает чего-нибудь очевидного. Думает, что он намного умнее, чем есть на самом деле.

Аэропорт — многолюдное место. Мы долго ждали, а потом показали паспорта — другие удостоверяющие личность карточки, которыми здесь пользуются — женщине, и она впустила нас в самолёт. (Вместо паспорта Джек использовал волшебную пустую бумагу, которая сказала, что меня зовут Дас Димитру, и я из Румынии. Я сказал Джеку, что он ошибся: я просто Дас и пришёл из племени, но он не понял.)

В самолёте было удобно, я смотрел телевизор. Джек сказал, что фильм о Человеке-пауке — выдумка, но это слово трудно объяснить.

— Так, — говорит он, — сейчас мы летим на самолёте. Это правда?

— Разумеется, — отвечаю я.

— Что если бы я сказал, что мы бьёмся со слонами?

— Ты бы ошибся.

Он указал на телевизор и медленно произнёс:

— Выдумка — это придуманная правда. Человека-паука не существует, это актёр.

Ещё одно бессмысленное слово, «актёр».

— Не может быть придуманной правды, — говорю. — Вещи либо правдивы, либо придуманы. — Но не думаю, что я смог до него достучаться.

Через иллюминатор Джек показывал мне леса и заснеженные земли, спрашивал, скучаю ли я по своему дому, что очень раздражало, потому что я учился играть в компьютерную игру F-Zero, и мне даже понравилось.

Мы прилетели в Нью-Йорк и поехали на другом такси в отель, где жили несколько дней. Джек объяснил, что американцы пользуются другим видом денег, а потом мы пошли гулять и увидели гигантскую зелёную женщину из камня с мороженым в руке. Мы кушали в разных ресторанах, иногда приходилось использовать нож и вилку. Должен сказать, столовые приборы, наряду с носками — самые бессмысленные штуки, сотворённые людьми. Зачем тогда боги подарили нам руки?