Олег Шелонин - Каботажный крейсер. Запретная любовь

Ознакомительный фрагмент

– Что?!! Да я подделки за парсеки чую! – возмутился Зека. – Я в этой области эксперт! И, между прочим, по данным радиоактивного анализа этой игрушке около ста тысяч лет!

– Ого! – невольно вырвалось у Блада.

– Но почему именно хомо сапиенс? – спросила Алиса.

– Потому что я уже побывал на раскопках города вроде того, что скрыт под сельвой здесь, и кстати, твой мыслефон, Алиса, тоже оттуда. Я снял его с останков хомо сапиенс, который, как и город, пролежал в земле тоже не менее ста тысяч лет, – сообщил Зека.

– Пусть будет так, – не сдавался Лепестков. – Но если сто тысяч лет назад мы строили такие города и создавали подобные артефакты, то почему не эволюционировали дальше?

– Потому что одичали, все забыли и в результате начали с нуля. – Шестирукого ученого не так-то просто было переубедить.

– А как ты по этой картинке определил координаты, корефан? – спросил Блад.

– По контурам созвездий вычислил, – гордо сказал академик. – Именно так они должны были выглядеть сто тысяч лет назад на небе Эдема.

– Где же тогда этот город, если вы за десять лет его не смогли найти? – хмыкнул Фиолетовый.

– Так я ж один копаю, без помощников! Но город точно здесь. Ландшафт за это время немножко изменился, но я сделал соответствующие поправки и уверен, что он здесь.

– А других данных, подтверждающих существование затерянного города, у вас нет? – продолжал гнуть свою линию профессор.

– Что значит «нет»? – возмутился академик. – А поле, закрывающее весь Эдем от посторонних взглядов, вам не доказательство? Мы лишь недавно научились закрывать чем-то подобным корабли. Когда они идут под «зеркалами», их только детекторами масс обнаружить можно. Но накрыть «зеркалом» целую планету пока не удавалось никому. Что это означает?

– Что кто-то очень не хотел, чтобы ваш Эдем нашли, – пробормотал Блад, не сводя глаз с артефакта. Что-то эта приземистая фигурка с тремя еле заметными выступами ему напоминала. – Кореш, дай позырить. В натуре фенька в тему. Хочу ее вкурить.

Блад уже понял, что блатная феня звучит как музыка для ностальгирующего по зоне Зеки (не шутка ведь – авторитетом стал среди братвы!), и пользовался этим на всю катушку.

– Какой базар!

«Фенька» перекочевала в руки Блада. Капитан повертел ее в руках. Присмотрелся к выступам…

– Блин! Да это же…

Внезапно артефакт нагрелся на ладони Блада так, что он невольно выронил его.

– Осторожно!!! – взревел Зека.

Серая корка треснула, разлетелась на три части еще в полете, и на стол выпало то, что под ней скрывалось. Изумрудная лягушка с тремя отростками в виде короны на зеленой голове уставилась бирюзовыми глазками на Блада. Все кроме Зеки дружно ахнули и в полном обалдении уставились на капитана. Происшествие на базаре Блуда, в результате которого он стал обладателем почти такой же, правда живой, лягушки было еще свежо. Капитан осторожно взял статуэтку в руку. Она была уже холодная. Тронул пальцами рубины, венчавшие корону, и вновь развернулась голограмма. Но на этот раз она была уже чистая, без всякой ряби, и объемная.

– Компьютер! Срочно мне компьютер! – завопил академик, грохнув по столу кулаком так, что закрепленная на его руке глущилка отключилась. – Пока не поздно, надо более точно привязаться к местности!

Да, это был город, располагавшийся в ста километрах от береговой линии величественного океана. Город среди моря джунглей – с башнями, кубическими и прямоугольными строениями, ажурными арками, эстакадами, а в самом центре – шестиугольными конструкциями, напоминающими соты…

Джим поспешил активировать свой коммуникатор, и рядом с голограммой артефакта появилась голограмма этого района джунглей, зафиксированного «Ара-Беллой» во время посадки.

И тут корабль тряхнуло.

– Что за черт!

Все схватились кто за что. Алиса, разумеется, за Блада.

– Господин Зека, – в кают-компании появилась Нола, – очень вас прошу больше эту вашу глушилку не включать. Вы лишаете меня оперативной связи с капитаном.

– Что случилось? – насторожился Блад.

– Не знаю, что тут у вас произошло, но из этой комнаты был мощный энергетический выброс, и дух Йорика взбесился. Требует вас всех немедленно к себе.

– Ничего себе, – фыркнул Блад, – он уже требует!

Корабль тряхнуло еще раз.

– Капитан! Твой Йорик рвется в бортовой компьютер. Если он захватит управление, я ничего сделать не смогу.

– Это уже серьезно. Где этот террорист в юбке?

– В рубке управления… был.

Действительно был. Голограмма всклокоченной и жутко сердитой девушки была уже в кают-компании. Она открыла свой нежный ротик и, как обычно, начала что-то орать на Блада, беззвучно шевеля губами.

– А она где чалится? – заинтересовался Зека, с любопытством глядя на тюремную робу взбешенной девицы.

– В алмазном черепе, – сообщил Блад.

– О такой зоне не слышал. Это где?

– Совсем рядом. Будет время, я устрою тебе туда экскурсию, а сейчас дай сообразить, что она хочет мне сказать?

Впрочем, это понять было не трудно. Дух Йорика, как всегда, с помощью гримас и мимики нелестно отзывался об умственном потенциале капитана, тыкая в него пальчиком одной руки, и вертя пальчиком другой около своего виска. Периодически она переключалась на артефакт и висящие в воздухе голограммы объемных карт местности. Ее указующий перст по очереди тыкал сначала в статуэтку рогатой лягушки, затем в высвеченный ею в воздухе старинный город, а потом в определенную точку голограммы Джима.

– Юнга, быстро разверни мне эту местность, – дошло до Блада.

– Да нет там ничего, – расстроенно махнул руками Зека. – Я эту местность обшарил первым делом после высадки.

– А что там есть? – спросил Лепестков.

– Выход скальных пород.

Джим увеличил изображение указанного Йориком участка. Действительно, кроме хаотичного нагромождения скал, этакого каменистого пятачка посреди зеленого моря джунглей, на голограмме больше ничего не было.

– Боюсь, на этот раз, мой Йорик, ты попал пальцем в небо, – сказал капитан.

Девица в полосатой робе демонстративно сплюнула, ткнула пальчиком в Блада, выразительно постучала себя кулачком по голове, затем обвела всех пассажиров и членов экипажа гневным взглядом, призывно махнула рукой, видимо предлагая проследовать за ней, и поплыла к выходу из кают-компании.

– Брателло, тебе повезло. Если я не ошибаюсь, появился гид, готовый привести тебя долгожданному открытию. Но есть одна проблема.

Голограмма в полосатой робе затормозила возле двери и зло уставилась на Питера, всем своим видом говоря: ну, что за подлянку ты на этот раз придумал, изверг?

– Какая проблема, капитан? – нетерпеливо спросил уже выскочивший из-за стола Лепестков. Намеки духа Йорика были так понятны, что любопытный ученый был уже готов бежать вслед за ней.

– Обрисую в двух словах: оно нам надо? – спросил Блад. – Наша задача выполнить контракт. Доставить груз для работяг на Лимбо, рассчитаться и свалить отсюда в темпе вальса, чтобы войти в график научной экспедиции.

– Так ведь научной! – завопила возмущенная Алиса. – А тут такое научное открытие под боком, что мы не имеем права его пропустить!

– Ты археолог? – кротко спросил Блад.

– Нет, я зоолог, но Зека Громов, как и я, ученый, да к тому же друг семьи. И ты же сам сказал, что с этими работягами здесь может быть не все так чисто. Ведь в космосе на нас напали!

– Совершенно верно, – согласился капитан, – и это возвращает нас к цели высадки на планете именно в этой точке. Если припомните, мы собирались здесь найти аборигена с вполне конкретной целью: выяснить, чем занимаются на этой планете люди Алонзо Бельдини и не они ли стоят за нападением на нас в подпространстве. На первый вопрос Нола уже дала ответ: тайно добывают здесь метрил, а вот на второй…

– Нет, я не понял! – внезапно возмутился Зека, – Вы им что-то везете?

– Совершенно верно, – кивнул Блад. – Трюм забит водкой, вином, коньяком, экзотическими специями…

– Да опустить их всех!!! – завопил Зека. – Они меня чуть не угробили, когда я хотел за пополнением припасов улететь! Долго тут потом шныряли. Хорошо глушилка помогла. Запустил ее на всю катушку, и они мой кораблик в джунглях не заметили. Второй год уже на одном чифире с валерьянкой живу. Консервы кончились, а местная фауна такая дрянь! Жрать невозможно! Хрен им, а не бухло со специями.

– Тогда, может, и сто миллионов хрен им? – оживился Гиви.

– Так вы еще и деньги везете? Опускайте козлов по полной программе! Лохов сам бог велел разводить, – начал гнуть пальцы академик. Рук было много, и пальцы складывались в такие замысловатые фигуры, что за ними было не уследить. – Да я их, оленей комнатных, быков педальных…

– Алиса, выйди, – заволновался Лепестков, – и не возвращайся, пока академик не успокоится.

– Прошу прощения, господа, – сразу сдулся Зека, перестав гнуть пальцы. – Дурное влияние среды, да и одичал я малость в этих джунглях.

Конец ознакомительного фрагмента