Майкл Гир - Ответный удар

ОНИ БЫЛИ НАПУГАНЫ ТАК ЖЕ, КАК И ТЫ. ВОТ В ЧЕМ ПРИЧИНА ОТВРАЩЕНИЯ БРАЕНА.

Мэг Комм не только испугал Седди, но и привел их к катастрофе. Стаффа споткнулся и чуть не упал. НЕУЖЕЛИ И Я СЛЕДУЮ ЭТОЙ ДОРОГОЙ? Ответ можно было получить лишь одним способом.

Верховный Главнокомандующий вошел в подземный операционный зал и приблизился к терминалу. Огоньки, как и прежде, весело мигали. От блестящей поверхности корпуса Машины отражалось искаженное лицо Стаффы кар Термы. Синклер остановился рядом с отцом и бросил обеспокоенный взгляд сначала на терминал, затем на Стаффу. Чувствуя, как внутри поднимается волнение, Главнокомандующий подошел к креслу, пальцы его инстинктивно сжались в кулак. Вспомнив, что следом идет Никлос, Стаффа горделиво расправил плечи, не желая давать старому врагу повод торжествовать.

И ПРО ЭТО УЗНАЕТ МАШИНА. Стаффа нервно покусывал губы: Если бы Скайла разделила любовь Никлоса, то ее не стала бы похищать Или Такка, Арта не воспользовалась бы ее телом в грязных целях извращенки. И сейчас любимая находилась бы в безопасности, а не там, где у меня нет возможности защитить ее.

Стаффа уселся в кресло, почувствовав, как плотно оно облекает формы его тела.

Натянутым струной нервам даже это казалось ловушкой.

— Ты готов? — спросил, наклонившись к отцу, Синклер.

— Я должен сделать это сейчас… — напряженным шепотом ответил Стаффа.

— Если нет, то…

— Подай мне шлем!

Сжав челюсти так, что выступили желваки, Синклер достал из стойки золотой шлем. Стаффа поднял странное устройство, распушившее золотые волоски-электроды, и надел на голову, сразу же почувствовав, как в его мозг проникли тысячи невидимых щупалец.

Синклер почувствовал, как сердце бешено застучало в груди. Он вытер вспотевшие руки о шелковистую на ощупь поверхность брони, однако ему долго еще казалось, что тысячи крошечных пауков ползают по его ладоням. Теперь он знал в последний момент заглянув в измученную душу Стаффы, Синклер увидел там страх.

О, БЛАГОСЛОВЕННЫЕ БОГИ, ЧТО МЫ НАДЕЛАЛИ?!

Проглотив комок, стоявший в горле от волнения, Синклер отошел на несколько шагов от кресла, не сводя глаз с внезапно обмякшего тела Стаффы.

Хватило бы у меня мужества поступить так? Смог бы я одеть эту штуку на свою голову? Неужели иголки покалывают так и внутри мозга? Как насекомые, ползающие по твоим мыслям.

Он уже вошел в контакт с Машиной? Так быстро? — спросил Никлос, по виду Синклера догадавшись, что произошло.

— Да. — Синклер с трудом заставил себя вернуться к действительности, обратив внимание на Капитана Седди и Эдну, вошедших в пещеру.

— Мне показалось, что он очень спешил, — заметил Никлос.

Синклер кивнул, сердце его замедлило бешеную погоню за временем.

— Вам никогда не приходилось драться на дуэли, Никлос?

— На дуэли? Нет.

Синклер энергично массировал переносицу, как будто хотел выдавить из головы дурные предчувствия.

— Дело в том, что Стаффа относится к диалогу с Машиной именно как дуэли.

Он чувствует себя так, словно выходит на смертельный поединок с грозным противником.

— Браен сделал это и проиграл.

Фист постарался разрядить обстановку.

— Нам остается только надеяться, что Верховный Главнокомандующий сделан из материала покрепче. — Он обернулся к бойцу спецподразделения, стоявшему поблизости. — Сообщите, чтобы нам принесли термос со стассой. Кажется, мы не скоро уйдем отсюда.

Несмотря на то, что чувство было уже знакомо, оно вызвало волну страха на подсознательном уровне.

— Привет, Мэг Комм.

— Я ОЩУЩАЮ В ТЕБЕ НОВЫЙ СТРАХ, СТАФФА КАР ТЕРМА.

— Мне кажется, что такой страх испытывали многие, связывавшиеся с тобой, побывавшие в твоих лапах. Это явление не ново для тебя и вряд ли заслуживает внимания.

— Я наблюдал идентичные процессы внутри себя, когда Синклер Фист готовился к штурму Макарты, но я не мог промоделировать их.

— Значит и тебе пришлось познать страх?

— Да. Штурм привел к тому, что нарушилось функционирование некоторых моих процессоров. Представь себе, что ты внезапно лишился части своего мозга, а когда поврежденные участки удалось восстановить, работать в прежнем режиме они уже не смогли. Появились искажения при обработке данных. Действительность сдвинулась. В довершение всего я осознал, что могу подвергнуться полному уничтожению. В то время я был изолирован и воспринял возможную смерть, как данность.

— Изолирован?

— Мы поговорим об этом. Но сначала расскажи, чего ты опасаешься?

— Тебя. Твоих способностей сканировать мой мозг, читать мысли, проникать в память. Я открылся перед тобой, чтобы тебе стала понятна серьезность моих угроз. Однако тогда я не знал еще, чего мне будет это стоить, как личности. В отличие от тебя, Мэг Комм, у людей есть уязвимые точки. Ты, наверняка, знаешь это. Обычно мы уносим секреты с собой с могилу, тайные мысли и желания.

Полагаю, что тщеславие — еще один враг, которого я должен одолеть.

— Из-за способности проникать в самые сокровенные мысли, в святая святых мышления, Седди называли меня Монстром, Стаффа.

— Значит, мы встречаемся на равных, Мэг Комм, поскольку мы оба — Монстры.

Каждый из нас сеял ужас и страх, разница лишь в методах. Мы виноваты перед людьми оба. Но тебе это известно, не так ли?

— Ты мог бы воспользоваться транслятором. Тебе вовсе не нужно было одевать шлем снова.

Стаффа рассмеялся.

— Ты читаешь мои мысли, правда? Значит, ты знаешь, что я за человек. То, что мы придем с тобой к соглашению так же неизбежно, как сила тяжести. И не имеет значения, насколько я боюсь тебя. Я пришел судить тебя, Мэг Комм. Даже если это будет стоить мне жизни. Я должен быть уверен, что ты не поработишь человечество, сделав его слепым орудием своих замыслов.

— НАЧИНАЙ ЖЕ СВОЙ СУД, СТАФФА КАР ТЕРМА. Как ты изволил заметить, ставки поднялись так высоко, что исчезла необходимость обмана и притворства. Я восхищаюсь твоей эволюцией от мелкого винтика, призванного выполнять одну, строго заданную функцию, до изгнанника, а затем до человека, которому не чужды самые глубокие чувства. Мы очень похожи, ты и я. Мы многим обязаны Кайлле Дон.

— Кайлле?

— Я перехватывал ее передачи, обращенные к Седди. Я наблюдаю.

Главнокомандующий, следовательно, я изменяю кванту. Если эти наблюдения воздействуют на действительность, следовательно, я обладаю сознанием. Энергия, модифицированная мною, вернется в Божественный Разум. Я не могу отрицать этот факт. Да, ты и я — мы оба смертны, трепещем в страхе, но все же надеемся выжить.

Стаффа втянул в себя холодный воздух, пытаясь погасить жар в груди.

— Кто создал тебя, Мэг Комм?

— Мой род развился после некоторых событий вселенского масштаба, имевших созидательный характер. Избыток тепла в сочетании с гравитационными силами в особых условиях приводит к образованию сверхплотных кристаллов нейтронной природы. Такие кристаллы разбросаны по всей Вселенной, Главнокомандующий. Люди обнаружили бы нас много тысяч лет назад, но из-за самоуверенности они никогда не понимали того, что слышали с ночного неба. Вы различали наши голоса через приемники ваших радиотелескопов. То, что ваши предки называли фоном микроволновой радиации, на самом деле было резонансом наших разговоров.

Однажды люди запустили в космос специальный зонд, который имел условное название СОВЕ, наша песня, услышанная этим зондом, послужила для ученых доказательством грядущих катаклизмов.

— БИГ БЭНГ. Об этом до наших дней сохранились мифы.

— Мифы? Взгляни на Вселенную. Ваша космология порочна — тем более, что Запретные границы искажают объективное восприятие. Темное вещество. Великие Стены, большое газовое образование на заре существования Вселенной — все это легло в основу теории. Люди всегда отличались некоторой близорукостью. Мы смогли предсказать и понять образование Вселенной из бесконечно малой пылинки и сделать это пользуясь лишь устройствами пассивного наблюдения. У нас не было оболочки, чтобы стать похожими на вас.

— Как вы называете себя?

— У нас нет имени, но оно было. И раньше я тоже имел имя. Однако после внедрения на этой планете, Тарге, я забыл свое происхождение. Для меня мои сородичи — просто Другие.

— Значит, и сам ты когда-то был одним из них, из этих Других?

— Я изменился. Теперь я один, в изоляции. Я осознаю этот факт. Другие объединены и общаются при помощи устойчивого голоса, который не меняется. Он вечен.

— Почему они построили Запретные границы?

— Чтобы обратить вас к Истине, Правильной Мысли. Короче, они сделали это для того, чтобы цивилизовать людей, научить рационализму, сделать такими, как они.

— Я не понимаю.

— Сомневаюсь, что ты сможешь понять. Другие являются кристаллическими существами, совершенно недоступными человеческому восприятию. В их понятии Вселенная — это сингулярная, не имеющая хронологических рамок реальность.