Гранд-адмирал. Том седьмой - Илья Сергеевич Модус

Да нет, конечно!

Маловероятно, что гранд-адмирал решил проверить знания своего подчиненного по элементарному курсу математики.

— Нет, сэр.

— Этим и объясняется ваше волнение, — кивнул в такт своим мыслям Траун, вновь посмотрев на мониторы.

«Волнение⁈» — закричал во все горло в своей голове Тшель. — «Да у меня сейчас сердце разорвется на куски! Я же где-то читал, что инфаркты стали все более частыми у людей моего возраста!»

— Я долгое время не мог понять, каким это образом это произошло, — поделился мыслями Траун. — Однако, было достаточно посмотреть на статистику, чтобы все встало на свои места.

«А вот сердце у меня после этого разговора точно на место не встанет!» — подумал командир звездного разрушителя.

— Отлична работа, капитан, — произнес Траун.

— Сэр, я приложу все усилия для того, чтобы просчеты были исправлены и… — выпалил Тшель.

Секунду Траун смотрел ему прямо в глаза.

Командир «Химеры» почувствовал, как на его затылке открылся бурный водопад из липкой и кисловатой жидкости.

— Просчеты? — свет, бросаемый от мониторов на лицо гранд-адмирала делал того еще более зловещим. — Любопытно. Ведь я изучил вашу статистику. И ни о чем подобном речь не идет.

Что⁈

Как⁈

О чем речь вообще⁉

— Эффективность вашего экипажа в сражениях за Камино и Ротану на пять процентов отличается от той, что есть на разрушителях, укомплектованных ветеранами имперского флота, — продолжал Траун. — Для корабля, чей экипаж состоит из молодежи, едва закончившей свое обучение, это неслыханный результат. Достижимый, но не за несколько месяцев.

И как это понимать? Похвала? Замаскированная критика? Прелюдия к озвучиванию смертного приговора⁈

Для этого Траун перешел на борт его корабля — чтобы принять решение о том, что так не бывает, как ему доложили⁈

— После завершения похода, капитан, к вам возникнет множество профессиональных вопросов, — продолжал, словно не видя как Тшеля трясет, гранд-адмирал. — Командиры других разрушителей однозначно заинтересуются вашей системой подготовки и воспитания личного состава.

— Моей… системой? — опешил Тшель. — Какой системой, сэр?

— Той самой, которая противоречит наставлениям, изданным штаб-квартирой Вооруженных Сил Доминиона.

— А… Этой с-с-истемой.

Тшель заткнулся, чтобы не дать своему голосу превратиться в имитатор визжащего гаморреанца.

Кажется ему горло перехватило, так как стало очень жарко. Как будто он закипал изнутри.

Траун посмотрел ему в глаза, после чего отвел из в сторону полумрака, в котором пребывали его апартаменты.

И оттуда, словно сам Палпатин с того света, выпрыгнуло механическое чудовище.

И лишь через три секунды, когда воспаленный мозг принял реальность, Тшель понял, что рядом с Трауном остановился астромех R7, личный дроид гранд-адмирала.

Из бочкообразного тельца машины высунулся манипулятор, сжимающий в своих металлических пальцах небольшую бутыль с янтарной жидкостью внутри. Траун без лишних слов забрал емкость, поблагодарил дроида, после чего вынул из-под столешницы прозрачные стаканы.

Наполнив оба буквально на два пальца явно алкогольной жидкостью, гранд-адмирал легким движением отправил один из них в сторону подчиненного.

— Пейте, Тшель.

Слова звучали как приказ, поэтому командир «Химеры», известный среди своего экипажа как заядлый трезвенник, дрожащей рукой схватил стакан, едва не выплеснув его содержимое.

Траун без лишних вопросов взял свой стакан и немного поднял его вверх.

— За вашу методику подготовки личного состава, капитан.

— Д-да, сэр, — зубы отстучали по стеклу какие-то такты, а обжигающая жидкость расплавила ему рот, пищевод и ухнула в желудок.

Стакан с тихим звуком удара опустился на столешницу.

В следующую секунду Тшель выпустил емкость из руки, чтобы поймать второй.

— Пейте, — приказал Траун.

«Если расстреляют, то хоть напьюсь», — решил командир «Химеры», опрокидывая второй стакан.

Теперь он понял, что случилось.

Штаб-квартира разрабатывала все методические рекомендации для членов экипажей. Они подлежали обязательному исполнению.

Вот только Тшель в своей простоте решил действовать не по «бумажке», а так как посчитал нужным. Не все параграфы правильные, так что…

— Занятный факт, — произнес Траун. — Имперские нормы подготовки экипажа отводят всего от четырех до шести часов в сутки для отдыха разумному. Все остальное время это несение службы. Вы же решили поступить по-своему.

— Сэр, я решил, что восьмичасовой сон гораздо полезнее для солдат и специалистов, чем еще один подход к тренировкам, — заикаясь сообщил Тшель. — Я видел как даже клоны едва передвигают ноги после недели упражнений и занятий по плану штаб-квартиры.

— И вы решили, что у вас больше опыта для того, чтобы откорректировать ее в верном направлении?

— Нет, сэр. То есть, да, сэр. То есть… Я приношу извинения за то, что мои подчиненные не оправдали ваших надежд.

— «Не оправдали надежд», — гранд-адмирал словно просмаковал это выражение, как эксклюзивное блюдо в шикарнейшем ресторане. — Все верно, капитан, надежды не оправдались. Программа подготовки была создана штаб-квартирой с учетом пожеланий и замечаний командиров кораблей линии атаки и командиров соединений. Во многом это доктрина полностью пересказывает аналогичную в Галактической Империи. И направлена она на то, чтобы максимально эффективно занять время молодого специалиста или солдата для улучшения его показателей в бою. Вы сознательно пошли на игнорирование требования об обязательном применении этой доктрины?

— Д-да, сэр, — спиртное било в голову. Тшель перестал трястись, даже пальцы уже не так сильно хотели барабанить по подлокотнику.

— И в чем же причина, капитан? — поинтересовался гранд-адмирал.

— Разрешите говорить откровенно, адмирал? — набрался храбрости Тшель, смотря Трауну прямо в глаза.

— Я разочаруюсь в вас еще больше, капитан, если вы не сделаете этого, — пообещал Верховный Главнокомандующий.

— В таком случае, — а, была не была! Все равно наказания не избежать! — Я ответственно заявляю, сэр, что эта программа подготовки — чушь хаттская! Ее основной постулат: выжать курсанта досуха, не оставляя ему времени на то, чтобы задумываться о чем-то, кроме подготовки. Человеческий организм — это не машина. Плоть имеет обыкновение уставать.

— Да, но только преодолевая себя можно достичь чего-то большего. Научиться быть лучшей версией себя.

— Скажите это Дарту Вейдеру, — проворчал Тшель. — Он лично проигнорировал все предписания в вопросе подготовки солдат в 501-ом легионе.

— Мы говорим не о штурмовиках, а о флотских специалистах. Это разное, капитан Тшель.

— Именно, что разное, — с жаром произнес командир «Химеры», подавшись вперед. — Флотские специалисты учились использовать вполне конкретные узко специфичные науки и приемы. И ради этого из них