В космосе холодно - Евгения Духовникова

в голове у господина Преста пронеслась похожая мысль, потому что он несколько раз открыл и закрыл рот с довольно глуповатым видом. В итоге он присел на кресло напротив, оттесняя красноносого в сторону, и осторожно произнёс универсальное:

— Приятного аппетита.

— Спасибо, — Сол кивнула. — То есть, благодарю.

Траверс Прест вымученно улыбнулся; это далось ему с трудом, его встревоженность, озабоченность и смятение сильно бросались в глаза, и эти эмоции, похоже, не имели никакого отношения к их нежданной встрече.

Самым правильным сейчас было завести разговор на тему как можно более далёкую, пока разговор естественным образом не зашёл о ней самой.

— У вас проблемы, господин Прест? — участливо осведомилась Сол. — Могу я вам чем-нибудь помочь?

— Нет… — пробормотал он рассеянно. — То есть да, есть немного. Но тут ты, увы, бессильна… Если у тебя, конечно, нет лишнего миллиона юнитов. — Он сделал паузу, но потом тряхнул головой и торопливо заговорил: — Сол, я проигрался вдрызг. Здесь есть казино… «Золотая анаконда». Однажды после получки мой сослуживец позвал меня с собой. Поначалу мне везло, я выигрывал… А потом проиграл всё, да вдобавок ушёл в минус. Сильно. Задолжал им баснословную сумму. Я пытался отыграться. И не смог.

Сол понимающе кивнула. Вот, оказывается, в чём дело. Прест — игрок. Наверняка Лайан именно так его и зацепил — оплатил его долг — и тем самым купил с потрохами. А, может, старина Прест и сам проигрался Лайану — кто знает?

— Сегодня вышел последний срок. У меня была с собой небольшая сумма. Я проиграл. Я надеялся — вдруг получится сорвать джек-пот. Понимаю, что это наивно и опрометчиво, но это был мой единственный шанс. Теперь нет и его. Мне конец, Сол.

Сол постаралась изобразить на своём лице сочувствие, хотя подлинной жалости к Траверсу Престу она не испытывала. Сам виноват, авантюрист недобитый.

— Если я не верну долг, меня убьют, — плаксиво проскулил он. — Не представляю, что делать.

— У них здесь столь суровые порядки? — Сол недоверчиво подняла брови.

— Гм… Странный вопрос. Ты что-нибудь знаешь об Умбре? И вообще… Как давно ты здесь?

— Ну, если округлить, около трёх часов.

— Боже мой, Сол! — Прест издал взволнованное восклицание. — Как можно этого не знать! Умбра — жёсткий и жестокий мир, не знающий милосердия и сострадания. Поверь, я не преувеличиваю. Здесь либо пан — либо пропал, третьего не дано. Между нами — я дал бы тебе совет бежать отсюда сломя голову, бежать, пока не поздно, но… — он замялся.

— Но в моём случае это не выход, — Сол иронично рассмеялась, понимая, что теперь её черёд откровенничать. Траверс Прест был с ней откровенен, выложил всё как на духу, и теперь совершенно резонно ждал от неё того же. Впрочем, ей самой хотелось выложить всё как есть, без купюр — ей до смерти осточертели недомолвки и тайны.

— Почему?

— Меня ж объявили врагом народа.

Глаза её собеседника округлились в изумлении.

— Хотите сказать, вы не знаете?

— Я знаю только то, что ты объявлена в розыск, — смутился Прест. — Причина мне не известна. Могу лишь предположить, что всё это как-то связано с той давней историей с Гарнелем Легрантом.

— Ещё как связано, — кивнула Сол. Проглотила последний кусочек стейка, не спеша наполнила стакан лимонадом. Рассказ предстоял долгий.

— Зачем? — прошептал Прест, когда Сол замолчала.

Девушка ответила ему долгим задумчивым взглядом. Честно говоря, она и сама неоднократно задавала себе тот же вопрос — и не могла добиться от себя вразумительного ответа.

Потому что так мне велит сердце.

Потому что я не могу остаться в стороне.

Потому что если не я, то кто?

— Потому что если никому не помогать, — это она уже произнесла вслух, — то зачем тогда жить?..

Траверс Прест озадаченно покачал головой. Сол прямо-таки видела, что он желает возразить — но не может. А, может, и не хочет.

— Что ты намерена делать? — спросил он.

— Для начала — обзавестись кораблём. А потом посмотрим.

— Послушай, Сол. У меня есть знакомые в новостных порталах, — господин Прест словно забыл о своих собственных проблемах. — Напишут статью, опубликуют. Дадим делу ход, это просто не смогут замять!

— Ага, а потом вас и ваших журналистов найдут ребята из гвардии и заставят замолчать навсегда, — остудила Сол его энтузиазм. — А публикации объявят розыгрышем или фальшивкой. Нет, мне нужны сторонники среди авторитетных влиятельных людей: властей, учёных…

— Мафии, — добавил Прест.

— Я больше не доверяю Альтаиру! — резко ответила Сол, чувствуя, что непроизвольно заливается краской и оттого ещё сильнее распаляясь. — Я доверяла ему, но он моё доверие обманул, и я не желаю больше иметь с ним никаких дел. Даже думать о нём не хочу.

Конечно, Сол осознавала, что лукавит, но каждый раз обрывала себя, не позволяя себе додумать мысль до конца и спеша спрятать их поглубже, туда, где она не смогла бы отыскать их даже во сне.

Траверс Прест открыл было рот, чтобы возразить, но в этот момент мужчина, назвавшийся прима-пилотом, с грохотом упал с тонконогого барного табурета.

— Да, гамма Белого Тигра, будь она неладна! — громко повторил он, неуклюже поднимаясь на ноги. — Я видел, как её взорвали. Ни за что бы не поверил, что такое возможно — взорвать голубого гиганта. — Он опрокинул очередной стакан и продолжил совсем уж заплетающимся языком: — Проклятая звезда! Если б не она, я бы здесь не сидел.

Сол вскочила на ноги, споткнулась о ножку стола и плюхнулась на место, чтобы через мгновение опять вскочить. В груди разливалось что-то жгуче-холодное, ядовитое, заставляя руки дрожать, а сердце — исступленно колотиться. В два прыжка она подбежала к нему и, не церемонясь, схватила за шиворот.

— Повтори-ка, что ты сказал, — голос её не слушался, и для убедительности она пару раз тряхнула несчастного, оторвав верхнюю пуговицу на рубашке.

Мужчина что-то залепетал, делая слабые попытки вырваться, но Сол нужен был ответ. Прямой и недвусмысленный.

— Я жду, — угрожающе прорычала она.

— Отпусти ты его, видишь же: он лыка не вяжет, — миролюбиво сказал бармен. — Я тебе расскажу, если хочешь. У нас эту историю каждый мурр знает.

Сол почувствовала, как к горлу подкатил комок, и молча кивнула, не в силах ответить.

— Он действительно прима-пилот, прима из Третьей префектуры, — продолжал парнишка, от нечего делать вертя в воздухе коротким полотенцем. — Не повезло бедолаге: оказался не в том месте не в то время, ну, и увидел то, чего видеть не следовало. Гамма Белого Тигра не самопроизвольно так себя повела — в новостях сплошное враньё. Коллапс был вызван искусственно, и тому есть свидетели.