Ниточка к сердцу - Эрик Фрэнк Рассел

признавали, что мы жизненно необходимы для их существования, но как и почему — этого они объяснить не могли, поскольку мы не обладаем их пониманием.

— А тебе не кажется, что Юстасы водят вас за нос? — подсказал комендант. — Они ничего не говорят вам об этом, поскольку не хотят, чтобы вы знали.

— Даже если это и так, что нам, по-вашему, делать?

Пропустив вопрос пленного мимо ушей, комендант задал свой:

— А какая тебе польза от Юстаса?

— Юстас дает мне общение, помогает сохранить душевное равновесие, рассказывает много интересного, советует, и еще…

— Что еще?

Сложив руки на коленях, Лиминг привстал со стула, наклонился в сторону коменданта и произнес, едва не забрызгав того слюной:

— Если надо, Юстас способен отомстить за меня.

Эти слова потрясли чешуйчатых. Комендант отпрянул. Офицеры были хорошо вымуштрованы, но чувствовалось, что и им стало не по себе. Вот он, идиотизм войны: призрак страшнее оружия.

Комендант совладал с собой и мрачно улыбнулся.

— Ты у нас в плену, причем уже достаточно давно. Что же твой Юстас не поспешил тебе на помощь? Похоже, ему наплевать на тебя.

— Это вы так думаете. Он много делает для меня. И сделает еще больше. Он сам выберет время и способы действия.

— Например?

— Дождитесь и сами увидите, — предложил Лиминг, демонстрируя непоколебимую уверенность.

Сказанное, естественно, не прибавило им оптимизма.

— Невозможно взять в плен больше половины землянина, — продолжал Лиминг. — Да-да, вы взяли в плен лишь мою телесную, осязаемую половину. Вторую половину пленить невозможно, как бы вы ни старались. Она — вне вашего контроля. Юстас свободно разгуливает, где ему вздумается, собирает ценные сведения военного характера, устраивает мелкий саботаж и вообще делает все, что хочет. Вы создали эту ситуацию, взяв меня в плен, а теперь она берет в плен вас.

— Ошибаешься. Мы убьем тебя — вот и весь плен кончится, — угрюмо пообещал комендант.

Лиминг громко расхохотался.

— Это вы ошибаетесь. Все станет в пятьдесят раз хуже.

— Чем нам опасен мертвый землянин и мертвый Юстас?

— Дело в том, что Юстасы живут дольше землян. Обычно Юстас умирает лишь через пять-десять лет после смерти человека, с которым был связан. У нас даже есть древняя песня о Юстасах. Там говорится, что старые Юстасы не умирают, а постепенно растворяются в космических просторах. В нашем мире есть тысячи одиноких, разъединившихся Юстасов, которые мало-помалу угасают.

— Ты не ответил. Чем нам опасен твой Юстас?

— Убейте меня, и мой Юстас останется совершенно один в чужом мире. Вокруг — ни людей, ни других Юстасов, чтобы скрашивать его одинокие дни. Причем он знает, что его дни сочтены. До сих пор моего Юстаса сдерживала забота о моей безопасности. Но тогда это ограничение исчезнет. Подумайте сами: я перестану входить в его планы.

Лиминг глядел чешуйчатым прямо в глаза, стараясь не мигать.

— Юстас обезумеет и все свои силы обратит на разрушение и уничтожение окружающей жизни. Не забывайте: вы для него враждебная форма жизни. Он не испытывает к вам ни жалости, ни сострадания.

Лиминг замолчал. Комендант тоже сидел молча, раздумывая над словами пленного землянина. Все, что он услышал, казалось невероятным. Но ведь когда-то и возможность космических полетов казалась еще более невероятной. Комендант не мог себе позволить просто отмахнуться от слов пленного. Глупые верят всему, поскольку доверчивы. Умные не торопятся верить, но и не спешат отрицать то, о чем ничего не знают. Пока комендант тюрьмы мог сказать с уверенностью лишь одно: ему ничего не известно о расе землян.

— Не буду утверждать, что все это невозможно, — наконец прервал молчание комендант, — но сомнения у меня все равно остаются. В наш альянс входит двадцать семь рас. Я не слышал, чтобы хоть одна из них отличалась таким вот… сосуществованием с невидимой формой жизни.

— Тогда странно, что вы не знаете об особенностях латианцев. В этом они схожи с землянами, — безапелляционно заявил Лиминг.

Латианцы были ведущей расой вражеского альянса и главным противником сил Федерации.

— Уж не хочешь ли ты сказать, что у латианцев тоже есть Юстасы? — оторопело спросил комендант.

— Нет. Каждый латианец управляется сущностью, которая называет себя Дрожалкой с добавлением еще какого-нибудь имени. Просто латианцы об этом не знают. Мы бы тоже не знали, если бы не наши Юстасы. Они-то нам и рассказали.

— А они сами как узнали?

— Думаю, вам известно, что наиболее крупные сражения до сих происходили в латианской части Вселенной. Обе стороны брали пленных. После этого мы и узнали от Юстасов, что каждый пленный латианец управляется своей Дрожалкой и даже не подозревает об этом.

Лиминг усмехнулся.

— Правда, Юстасы невысокого мнения о Дрожалках. Скорее всего, Дрожалки являются более низкой формой невидимой жизни.

Комендант нахмурился.

— По крайней мере, это что-то определенное, что теоретически поддается проверке. Только как проверить, если сами латианцы не подозревают о том, что у них есть невидимые двойники?

— Проще простого, — подсказал Лиминг. — Латианцы держат в плену землян. Пусть кто-нибудь спросит этих землян, есть ли у латианцев Дрожалки.

— Так мы и сделаем, — согласился комендант, всем своим видом показывая, что скоро он выведет Лиминга на чистую воду.

Комендант обратился к офицеру, сидевшему справа:

— Бамашим, отправь по дальней связи запрос нашему старшему представителю при верховном командовании латианцев. Пусть допросит пленных землян.

— Вы можете еще доскональнее проверить мои слова, — вмешался Лиминг. — У нас каждый, кто связан с невидимой сущностью, называется чокнутым. Чокнутым, запомните это слово. Спросите у пленных землян: правда ли, что все латианцы чокнутые?

— Узнай и об этом, — приказал офицеру комендант и снова сосредоточил внимание на Лиминге. — Рассуждаем так. Ты ведь не знал, что совершишь вынужденную посадку и попадешь в плен. Так? Дальше. Ты сидишь в нашей тюрьме, а те пленные земляне — в латианской. Поэтому ты никак не мог заранее с ними сговориться.

— Все правильно, — подтвердил Лиминг.

— Когда придет ответ на запрос, тогда и увидим, правдивы ли твои показания.

Комендант свирепо взглянул на пленного землянина.

— Если ответ не подтвердит твоих слов, я сразу пойму, что здесь ты мне наврал. Возможно, ты вообще все наврал, от начала до конца. Так и знай: у нас есть особые и весьма эффективные способы обращения с врунами.

— Не сомневаюсь, что есть. Но если полученные ответы подтвердят мои слова, вы убедитесь, что я говорил правду. Вы согласны?

— Нет! — огрызнулся комендант.

Впервые за время допроса Лимингу стало не по себе.

— Почему?

Комендант поджал губы.

— Я прекрасно знаю: прямые контакты между тобой и другими пленными землянами невозможны. Но это еще ничего не значит. Твой Юстас вполне