Михаил Катюричев - Путь изгоя

– Ну вроде того, – смущается Вэл.

– Тогда ты похож на черного мага гораздо больше, – улыбаюсь я.

– Только колдовать не умею.

– Да и не надо. Зато поешь хорошо.

– Спой, Вэл. – Голос у Молота похож на рокот далекого горного обвала. Да и сам он напоминает кусок скалы – огромный, мрачный и угловатый.

Вэл не ломается и достает инструмент. Бодрые резкие звуки марша перекрывают стоящий в помещении гвалт. Похоже, песня наемникам была хорошо знакома. От дружного «Предай их всех, останься верен себе!» тряслись стены. Как я выяснил, отряд наемников Дитриха в мирное время занимался в основном сопровождением караванов, не только сухопутных, но и морских, в качестве абордажной команды. Порой с ними путешествовал Вэл. Впрочем, иногда они участвовали и в разборках между высокими семьями.

Пьянка продолжалась до самого утра. Под конец пришлось мухлевать, уничтожая пиво прямо в кружке – пить я не особо силен.

На две декады меня закрутил бешеный смерч по имени Вэлли. Мы лазали по крышам и по самым мрачным переулкам трущоб. Пили и пели во всех тавернах города. Я узнал о жизни городского дна больше, чем за прошедшие полгода. Пока мы выбирали новый клинок взамен сломанного, Вэл научил меня различать виды местной стали и определять качество проковки. Не удержавшись, я даже купил себе наручи для скрытого ношения метательных ножей и тут же получил пару уроков по их использованию.

Вэл был кладезем знаний, которые не получишь, сидя в библиотеке. А я делился с ним музыкой. «Мельница», «КиШ», «Ария», музыка из «Гардемаринов», Высоцкий и «Лунная соната» – все встречалось с одинаковым восторгом. «Королевну» мой новый друг даже перевел на общий и показал мне, как играть ее на риттоне (я таки выяснил, как эта местная лютнегитара называется!). Понятное дело, с первого раза ничего не получилось, но аккорды я запомнил. Что интересно, я совершенно не воспринимал Вэлли как существо противоположного пола. Мы были просто товарищами. Нам и так было неплохо. А под конец зимних каникул его забрала стража. «За ведьмовство», – злорадно сказала соседская бабка.

Глава 15

Первым делом я хотел бежать в городскую тюрьму, но, подумав, отправился в академию. Мэтр но-Шейн внимательно меня выслушал, уверил, что разберется, и посоветовал не пороть горячку. Неделю я метался как зверь в клетке. Даже начало нового семестра не смогло отвлечь меня от мрачных мыслей. Наконец двадцать четвертого пейча мэтр Арман привел меня в зал, где должно было разбираться дело. Собственно народу в зале и не было. Сам судья, двое стражников да мы с Арманом. Опекуны Вэла (какие-то дальние родственники, как я понял) даже не пришли.

– Итак, – начал судья, – разбирается дело девицы, именующей себя Вэл, которая обвиняется в использовании черной магии для соблазнения и насылания порчи и проклятий. Сама девица не созналась в содеянном, но имеются многочисленные свидетельства ее связей с темными магами и подозрительными личностями. Увы, нашему штатному магу не удалось найти следы преступлений даже после трех сканирований памяти, что говорит об очень сильной защите и косвенно указывает на помощь могущественного темного мага. К сожалению, обвиняемая до последнего отрицала все обвинения, но ее самоубийство может свидетельствовать о раскаянии и признании вины. Посему дело закрыто, и тело обвиняемой будет сожжено как тело ведьмы.

Монотонное бормотание судьи очень медленно доходило до моего возбужденного мозга. Когда я осмыслил сказанное, сознание заволокла ярость.

– Вы хотите сказать, – почти прошипел я, делая шаг вперед, – что ее допрашивали, потом трижды просматривали память, а вы сделали вывод о ее виновности на основе самоубийства?

– Им-менно так, – судья медленно начал пятиться к выходу из зала.

Э нет! Не уйдешь, тварь! Бросаюсь вперед. Ярость туманит разум. Ближайшего стражника просто сношу плечом, и плевать, что он весит раза в полтора больше. Второй пытается преградить мне путь алебардой, но я срезаю ее на ходу.

До судьи уже один хороший прыжок. И тут правую ногу пронзает боль. Я падаю, бессильно наблюдая, как толстая фигура в мантии скрывается за дверью. Обернувшись, вижу но-Шейна с амулетом, нестерпимо бьющим по глазам магией света. Враг! Не обращая внимания на раненую ногу (не до того! адреналин на время отсекает боль), бросаюсь на новую цель. Уворачиваюсь еще от одного луча и атакую сам. Узкий модулированный поток силы бьет в мага. Амулет взрывается, откидывая светлого назад. Прыгаю сверху. Кулак покалывает сконцентрированная сила. И тут ярость наконец уходит. Втягиваю силу обратно и просто пробиваю магу в переносицу. Встав, ковыляю к ближайшей скамейке. Глубокая рана на правом бедре не кровоточит, края как будто спеклись. Даже печать исцеления не особо помогает, пришлось влить в нее колоссальное количество энергии. Наваливается апатия, и я уже не сопротивляюсь прибывшей пятерке магов.

Архимаг уже полчаса исходил криком, объясняя, какая я неблагодарная сволочь, идиот и прочее. Я потихоньку закипал. Наконец не выдержал:

– Я сволочь?! – Мой крик вышел ничуть не хуже, чем у Корвуса. – Я не думаю, что делаю?! Схватили девчонку по надуманному обвинению! Допрашивали! Пытали! Ей три (три!) раза сканировали память! А потом ее якобы замучила совесть?! Да вы просто довели девчонку до самоубийства! Она – ведьма?! Да она даже магом не была! Чертовы выродки! Да вы хуже любого темного мага!

Тут, похоже, нервы не выдерживают у архимага. Я пролетаю через комнату и впечатываюсь в стену. Поднимаюсь с пола, призывая силу. Драка, значит, драка. Архимаг тоже начинает светиться. Движением руки рву само пространство – полумерами тут не обойтись. Разрыв вязнет в ауре мага света. Белый клинок бьет навстречу. Еще один разрыв в виде стены останавливает его. Понимаю, что энергия, используемая архимагом, тоже не является частью мира. Только она не раздвигает ткань пространства, а выжигает ее. Противостояние вытягивает все силы. Аура света давит, растворяя тьму внутри меня. Минуты три я еще пытаюсь бороться, а потом сознание просто отключается.

Рывком прихожу в себя, пытаясь понять, что происходит. Ситуация неприятная – поднятые руки прикованы к столбу. Шероховатое дерево колет живот – я обнажен по пояс.

– …за нападение на преподавателя приговаривается к десяти ударам кнутом и месяцу заключения в карцере, – доносится чей-то голос.

Пытаюсь оглядеться, насколько это позволяет моя поза. Ага, помост со столбом установлен на площади перед главным корпусом. И когда только успели? Или это я так долго был без сознания? Вокруг собрались, похоже, все студенты и преподаватели академии. Хотите насладиться зрелищем? Ну-ну, посмотрим, как это у вас получится.

Отлично получится – мой резерв абсолютно пуст. Огонек силы едва заметно тлеет. Прикрыть спину щитом пустоты не выйдет. Осталось хотя бы не потерять лицо. Спешно формирую блокиратор боли.

– Раз!

Месяц карцера? Они надеются, что я остыну?

– Два!

Остыть-то остыну, но дело так не оставлю.

– Три!

Судья – главная цель. Что я о нем знаю? Ничего. Это плохо. Придется искать.

– Четыре!

Есть еще маг, который сканировал память. Надеюсь, он там один. Можно попробовать аккуратно выяснить через кружок менталистов.

– Пять!

Через месяц все уже успокоятся, это хорошо.

– Шесть!

Мага можно просто вызвать на дуэль. Или лучше не рисковать?

– Семь!

Кто допрашивал Вэла? Не знаю.

– Восемь!

Кто может знать? Тюремщик! Точно!

– Девять!

Найти любого из стражников и узнать у него, кто тюремщик. А уже у тюремщика выяснить имена остальных и по цепочке выйти на судью.

– Десять!

Все, закончили. План есть, осталось его реализовать.

Здравствуй, старый добрый карцер!

Что можно делать в карцере? Да что угодно! Я вот, например, кусал подушку и старался не орать от боли слишком громко. Впрочем, я слышал, что опытный палач может убить кнутом за три удара, так что мне еще повезло. Никакой медицинской помощи мне не оказывали, я получил бесценный опыт работы с силой в такие минуты, когда сознание плывет от боли. Надеюсь, раны я все же обеззаразил. Еще бы придумать, как нарисовать руну лечения у себя на спине. То есть создать-то я ее смогу, но вот пустить энергию в нужном направлении – уже нет. Остается валяться на животе и вспоминать техники восстановления мак-ши. Льюис показывал что-то такое после драки с наемными убийцами. Желание избавиться от боли – отличный стимул. Мне удалось-таки затянуть раны, используя управление «ци» и магию крови.

Впрочем, болела спина еще долго. И диета из воды и черного хлеба никак не способствовала восстановлению организма. Зато я продвинулся в контроле магии крови. Задача состоит в том, чтобы научить собственный источник силы взаимодействовать с чуждым элементом. В конце концов ты начинаешь воспринимать его как часть себя самого. Черпать энергию из крови я не мог, но зато она слушалась малейшего колебания моей силы. Как использование микроскопа позволяет увидеть сначала клетки, потом всякие рибосомы, потом еще более мелкие составные части, так и концентрация на силе позволяет исследовать самые мельчайшие ее оттенки.