Сэхсвет - Алишер Бекет
Максим ещё раз улыбнулся, не зная, что ответить.
Лифт наконец-то добрался до первого этажа. Максим вышел в холл, Венлинг, поправив сумку на плече, поспешила за ним. Возле выхода из Джонт-Тауэра они остановились.
– Ма-ксим… – запинаясь, окликнула капитана Венлинг. – Может быть, если вы не против, конечно, мы сходим куда-нибудь?
Максим посмотрел на вновь залившуюся краской девушку. Она действительно была очень симпатичной: милые азиатские черты лица, короткие чёрные волосы, совсем чуть-чуть косметики. В другой ситуации Максим не задумываясь согласился бы. Но, как сказала сама Венлинг, завтра Совет, и нужно было свести отвлекающие факторы к минимуму, даже если они сулили столь приятные перспективы.
– Венлинг, послушай, я бы с радостью провёл с тобой время, но не могу. Завтра важный день, и мне нужно подготовиться, понимаешь?
Улыбка девушки увяла:
– Да, конечно. Не знаю, что на меня нашло, Максим, извините меня…
– «Не извиняйся, если нет вины», – процитировал Максим слова древнего стихотворения. – Всё в порядке, ты здесь ни при чём. Просто мне надо побыть одному. Как-нибудь в другой раз. Время есть.
– Время есть, – согласилась девушка. Она достала из сумочки блокнот, что-то написала в нём, вырвала листок и протянула Максиму: – Вы сами это сказали. Мой номер телефона. На всякий случай.
Максим усмехнулся. Бумага. Ну надо же.
– Хорошо, – сказал он, пряча листок в нагрудный карман. – Думаю, случай будет.
Венлинг засияла:
– Ну, тогда всего хорошего, Максим.
Она развернулась и пошла вниз по улице.
– Венлинг!
Девушка обернулась. Максим подошёл к ней. Ему необходимо было поделиться с кем-нибудь своими мыслями, накопившимися за последние несколько часов. Или хотя бы их частью.
– Да, Максим?
– Посмотри наверх, Венлинг. – Он показал на ту часть неба, где находилось скопление Персея. – Посмотри вон туда. Ты знаешь, что там находится?
Девушка покачала головой.
– Там – наше будущее, Венлинг. Такое же великое, как наше прошлое, и такое же реальное, как наше настоящее. Ты меня понимаешь?
– Эм… не совсем, если честно.
– Да это и неважно, в общем-то. Просто знай, что скоро всё изменится. Мы сейчас на распутье, и груз за выбранный путь целиком и полностью ляжет на наши плечи. И нам придётся прожить с этим выбором наши бессмертные жизни.
– Максим, я…
– Да… – прошептал Максим, глядя в звёздную бездну. – Нас ждёт великое будущее, какую бы мы дорогу ни выбрали. Но вот что меня беспокоит, Венлинг: великое – не всегда означает хорошее.
Девушка молчала, внимательно слушая Максима. Он посмотрел на неё и сказал:
– Прости, если запутал тебя. Просто это очень важно.
– «Не извиняйся, если нет вины», – улыбнулась Венлинг, и Максим улыбнулся в ответ.
– Верно. Ну что ж, Венлинг, до встречи. Внимательно слушай завтрашнюю трансляцию.
– Не пропущу ни единого слова, – заверила девушка и сделала то, чего Максим никак не ожидал: поцеловала его в щёку.
– Пока, Максим.
Максим стоял перед входом в Джонт-Тауэр, наблюдая, как Венлинг уходит прочь. Подавив мимолётное желание догнать её, он усмехнулся и приказал себе выбросить посторонние мысли из головы.
Глава 21
Резиденция Совета Вечности – Этернал – поражала своими размерами. Огромный монолитный цилиндр, увенчанный массивным куполом, покоился на толстых, полностью прозрачных стометровых колоннах. С определённых ракурсов казалось, будто здание висит в воздухе. По периметру в стенах были прорублены просторные арки, в которые залетали гравикары почётных гостей. Для прочих же в прозрачных колоннах располагались лифты.
Максим рассматривал нависшее над ним исполинское здание. Очень странное ощущение – осознавать, что именно люди, казалось бы, крошечные и слабые, построили такую махину.
– О чём задумался, бродяга? Нервничаешь?
Алан подкрался незаметно, что было удивительно при его габаритах. Друзья пожали друг другу руки.
– Не то слово. – Максим понизил голос до шёпота: – Я боюсь, мой друг.
– Я тоже. Но какое бы решение ни принял Совет – знай: я буду на твоей стороне.
– Спасибо.
Вдвоём они вошли внутрь колонны. Лифт подождал, пока наберётся нужное количество людей, и не спеша поехал вверх. Алан разглядывал открывшийся с высоты пейзаж, а Максим методично массировал веки.
– Холл, – объявил безжизненный металлический голос из динамика. – Просьба освободить лифт.
Холл Этернала быстро заполнялся людьми, которые выходили из лифтов и рассаживались в креслах, размещённых концентрическими окружностями спинками к центру помещения. Стены зала украшали продолжения стеклянных колонн, между которыми мерцали голографические трансляционные экраны. Место заседания Совета располагалось этажом выше, в куполе.
Алан пихнул Максима в бок:
– А вот и наш знакомый.
Младший член Совета Вечности, Луиз Жевалье, каким-то образом прознавший о том, что Максим с Аланом воспользуются именно этим лифтом, уже встречал их. Одет он был в традиционную чёрную с золотой вышивкой мантию до пола.
Жевалье кивнул:
– Добро пожаловать, господа.
– А можно без официоза, Луиз? – поморщился Алан. – На корабле ты мне нравился больше.
– Традиции обязывают, Алан. Кто мы без них, как не обычные животные?
– Я думал, от животных нас отличает наличие разума, – заметил Максим.
– Традиции, память – всё это есть следствие разумности. Веками выработанные ритуалы приветствия, правила, этикеты поведения… Кстати, по правилам хорошего тона, вам двоим полагалось прибыть сразу в зал заседания.
– Нам за это полагается выговор? – спросил Максим.
– Нет, говорю же – это не более чем хороший тон. – Жевалье сложил руки на груди, спрятав кисти в широких рукавах. – Итак, господа, прошу за мной.
* * *
Зал заседаний Совета Вечности разительно отличался от холла. Вдоль стены, полукругом в два яруса, располагались трибуны для спикеров и почётных гостей Совета. Трибуны эти были обращены лицом к широкому помосту у противоположной стороны, на котором находилось семь кресел. Все, кроме одного, уже были заняты советниками. Тут же, перед креслами, стояла кафедра для докладов с голографом. Стеклянные колонны, служившие опорой Этерналу, в этом зале утончались и тянулись по стенам вверх к центру купола, соединяясь в хрустальный шар под потолком. Сейчас этот шар был безжизнен, и в помещении царил полумрак. Но когда заседание начнётся, именно эта сфера будет служить источником света.
Жевалье взошёл на помост и занял крайнее слева кресло. Максим и Алан направились к центральной трибуне на первом ярусе. Вскоре после того, как они сели среди спикеров, шёпот в зале стих и шар под потолком залил светом аудиторию. Началось заседание Совета.
С центрального кресла поднялась Госпожа Председатель, и одновременно с этим её голограмма появилась за кафедрой. Впрочем, женщина сделала знак рукой, погасив цифровой образ, и самолично заняла место за возвышением.
Госпожа Председатель была
