Татьяна Гуркало - Камешки

— Виварий.

— Что "виварий"? — неподдельно удивился замороченный глава совета.

— Следует возобновить в школах виварии и проводить там практические занятия. На чучелах тренироваться невозможно. Современные дети у этих чучел вырывают волосы и шерсть, чтобы продать их доморощенным гадалкам и пророкам, они якобы способны что-то рассмотреть в волосках упокоенных немертвых. Был случай, когда законсервированное умертвие утащили в город и подбросили в спальню барышне, очень некрасиво поступившей с небогатым студентусом. Понимаете? Для большинства детей, которых вы хотите чему-то научить, все то, что способна пробудить черная трава, всего лишь мерзкие с виду музейные экспонаты. Они для юных магов не страшны. А кому-то это заблуждение может стоить жизни.

— Хорошо, возобновим виварии, — устало согласился глава, размышляя о том, как этому обрадуются школы.

Проклятых тварей надо кормить и следить за тем, чтобы они не сбежали. А это столько проблем… Горожане опять начнут требовать вынести школы за территории городов, а лучше вообще в глухие леса или в соседние государства. Слухи распространяются быстро, и скрыть то, что юных магов опять пугают немертвым, увы, не получится. Сами же эти маги и проговорятся.

Не проще ли уничтожить горы, в которых растет проклятая черная трава? Решить проблему раз и навсегда. Возможно катаклизмы, которые обязательно за этим последуют, вовсе не так страшны, как кажется. Особенно в сравнении с тем, что может последовать за распространением черной травы. Подумаешь, человечество опять скатится в дикость и станет драться за уцелевшие ценности. Зато выживет. Наверняка.

Глава 20

ЧЖУН ФУ. Внутренняя правда

Когда дельфины, резвясь, выпрыгивают из воды, моряки говорят, что это к буре. Так вода переговаривается с ветром… Цапля, укрывшись в гнезде, предупреждает своих птенцов об опасности; крик ее подхватывает ветер и доносит до ее детей, которые резвятся на мелководье. Так ветер переговаривается с водой… Вы должны научиться распознавать эти предсказания природы, чтобы в нужный момент не упустить их.

(Книга Перемен)

Первые три дня по возвращении в школу сложились у Роана как-то странно. Нельзя сказать, что плохо — не могут ведь быть плохими дни, если их часть была потрачена на посиделки в кофейнях с прекрасной Йядой. Но и что хорошо, тоже не скажешь — окончательно спятивший Леска потребовал немедленно планы дальнейших опытов, попутно напоив пивом и расспросив о семье так, что у Роана началась головная боль.

А может, голова болела как раз от пива и лечить ее следовало добавлением в организм этого чудодейственного напитка.

Обдумав эту идею со всех сторон и убедившись, что Джульетта сидит в своей комнате, рассматривая поеденное молью платье, Роан отправился в "Одноухого зайца". Благо студентусов там пока не было, они пока слишком заняты, да и допить то, что привезли из дома, следовало быстро, пока кто-то не решил поискать в общежитиях контрабандно завезенный алкоголь.

Пиво в "Одноухом зайце" оказалось преотличным — свежим и сваренным по какому-то необычному рецепту, из-за чего у него появился карамельный привкус. Роан пил, размышлял о жизни, наблюдал за странный мужиком, который, казалось, не мог понять, куда попал и что здесь делает. А потом в открытую дверь вошел Ленс Дановер и молодой маг понял, что допился. Не ходят такие знаменитости по таким кабакам, а значит, это либо сон, либо что-то похуже.

— Здоровья, — пожелал Дановер и сел за столик Роана.

Улыбка у знаменитости при этом была такая, что впору вспоминать срочное дело и убегать. Но Роану было лень. Пиво еще не допито. Да и если это сон, бегать бесполезно.

— И вам того же, — благодушно отозвался молодой маг и попытался поклониться, не вставая с места.

Стол тут же бросился навстречу, едва не огрев его по лбу, "Одноухий заяц" закачался, как неустойчивая лодка на бурной реке, но почти сразу же остановился и продолжил вести себя как приличный кабак.

— Дела, — сказал Дановер и зачем-то покачал головой. — А я тебя хотел проблемой обрадовать. Той, которая способна прославить твое имя в веках.

Роан хмыкнул и выпил еще пива. В проблемы, способные кого-то прославить, он не то чтобы не верил. Просто был убежден, что прекрасно обойдется без такой славы.

— Город надо сжечь? — уточнил на всякий случай. — Так это вам к Джульетте.

— Нет, что ты, — отказался от помощи в таком деле Дановер и даже руками замахал. — Нам всего лишь нужно, чтобы у стражей границ и бродячих магов всегда при себе был кипяток.

Роан немного поморгал, с интересом наблюдая за тем, как фигура собеседника расплывается пятном, а потом опять собирается в саму себя. Потом почесал затылок. Потом посмотрел в окно. После чего наконец выдал:

— Чтобы вода закипела, ее надо нагреть. Сильно.

— Некогда греть, — сказал Дановер. — Немедленно надо, в сию же минуту.

— Ну и проблемы у вас, — неподдельно удивился Роан. — Расскажите им о такой прекрасной штуке, как термос. Если они боятся, что и в нем вода немного остынет, пускай бросают в него уголек, амулет в смысле. Его даже самому можно сделать. Берешь заготовку, запихиваешь в нее любое плетение, добавляешь энергию, а потом делаешь пробой. Маленький совсем. Вот энергия выходит и греет воду. Но лучше купить правильный уголек, его надольше хватит и заряжать можно.

— Термос не подойдет, он открывается долго, — сказал Дановер. — Поэтому нам нужен амулет с кипятком.

— Зачем? — удивился Роан странному желанию. Запихивать в амулеты кипяток, надо же додуматься.

— Чтобы как можно быстрее на что-то вылить, — странновато объянил Дановер. — Поэтому термосы и не подходят. Их крышки пока снимешь… ничего не успеешь.

— Ага, — сказал Роан и почесал затылок.

Сон, конечно странный, но если иначе эта знаменитость не отстанет…

— Тогда у вас проблема не с наличием кипятка, а с крышками термосов, — рассудительно сказал молодой маг. — Сделайте амулетные крышки, которые будут мгновенно исчезать, когда надо, и всех делов. Это проще, чем морочиться с амулетом, в который еще и воду заливать надо. Вот. Сделаете крышки, бросите в термосы угольки — и вперед обливаться кипятком, сколько влезет.

Дановер немного посидел с задумчивым видом, потом расплылся в улыбке, став похожим на старого пса, и потрепал Роана по голове.

— Гений! — обозвал его напоследок и, наконец, встал и убрел к выходу.

— А может пиво галлюциногенное? — спросил у стола Роан и выпил еще подозрительного напитка.

Пусть себе галлюциногенное, зато вкусное.

— Что сказало твое молодое дарование? — спросил второй координатор совета хранителей, когда в его кабинет вошел довольный Ленс Дановер.

— Сказал, что мы все идиоты, — благодушно ответил старик и уселся в кресло у окна.

— Так и сказал? — не поверил координатор.

— Не этими словами, но в целом он прав. Мы решили делать сложные амулеты, в то время как легче было поменять крышки на термосах на амулеты гораздо проще. Идиоты и есть.

— О, — только и смог сказать координатор.

И ему впервые захотелось посмотреть на сообразительное молодое дарование. Не зря же им заинтересовался сам Ленс Дановер.

С другой стороны, это дарование было жалко. Интерес семейки Дановеров обычно приносит кучу неприятностей и испытаний в жизнь ничего не подозревающего человека.

С третьей, если внимание этого Дановера будет сосредоточено на каком-то молодом маге, все остальные смогут от этого внимания отдохнуть. Все польза.

— Ну и где он? — сварливо спросил Максимо Диньяр у коллеги, как раз заглядывавшего под кровать.

— Там его тоже нет, — сообщил очевидную вещь Дуэйн Леска.

Его аспиранта под кроватью изначально быть не могло, не ребенок же, чтобы втиснуться в то узкое пространство.

Магистры дружно вздохнули и зачем-то еще раз обошли все крошечные комнаты домика, в котором жил Роан. Пропавший аспирант так нигде и не появился.

— И что мы будем делать? — еще более сварливо спросил Диньяр.

— Не знаю, надеюсь он убрел недалеко, — ответил Леска.

А все проклятое любопытство.

Изначально магистры решили подпоить парня и расспросить о родственниках. Извиняет их только то, что они и сами в тот момент были не трезвы — Диньяр все-таки согласился отдать еще одну дочь замуж (по его словам нашел очередного дурака) и стал это событие праздновать, втянув и не сильно сопротивлявшегося Леску. В общем, план они придумали сообща. От пива аспирант не отказался. Но расспросы ничего не дали. Роан упорно рассказывал о многочисленной семье кикх-хэй, успевшей разбрестись чуть ли не по всему королевству. Большинство этих родственников парень ни разу не видел, но знал о них все, потому что они сумели прославить свое имя.