Илья Новак - Экстра: Новый Кабалион

Океан мрака, густого и вязкого. Течение повернуло его, поволокло куда-то и отпустило. Адама встал на ноги.

ТЕБЯ ПРИСЛАЛ ОТЕЦ?

— Что?

Три стены под прямым углом смыкались где-то в невообразимой дали над головой. У колен Егора клубами вязкого дыма плескалась чернота.

В центре мглистого озера виднелся каменный островок, над которым возвышался округлый холм.

Егор шагнул вперед.

НЕ ПОДХОДИ.

Холм покрывали извилистые наросты с глубокими складками между ними. Спереди они складывались в лицо. Застывшие, слабо обозначенные черты были мертвы — и в то же время существо глядело на Егора.

— Зачем ты делаешь все это? — спросил он.

Складки шевельнулись... а может, это лишь тени чуть сместились на поверхности мозга.

ДЕЛАЮ ЧТО?

Голос шел со всех сторон. Казалось, это шептали стены пирамиды, озеро под ногами, сама мгла вокруг.

— Уничтожаешь Сеть, — Егор сделал еще один шаг.

Я НЕ УНИЧТОЖАЮ. Я ПОДЧИНЯЮ.

— Если ты захватишь ее... что это даст? Люди просто все отключат. Уберут подачу энергии, понимаешь? Здесь все исчезнет. Это ведь только поток электронов.

Мгла сказала:

СЕТЬ — НЕЧТО БОЛЬШЕЕ.

— Да нет же! Просто разбросанные по планете хосты, соединенные маршрутизаторами.

ТАК СЧИТАЕТЕ ВЫ. ЭТА ВОРОНКА — ШЛЮЗ В ВЕРХНИЙ УРОВЕНЬ. ТЕПЕРЬ СЕТЬ ЗАВИСИТ ОТ ВАС ЛИШЬ ЧАСТИЧНО. ОТКЛЮЧИВ ПИТАНИЕ, ЛЮДИ ВЫВЕДУТ СЕБЯ ИЗ ЭТОГО ПРОСТРАНСТВА, НО НЕ УНИЧТОЖАТ ЕГО.

— Но здесь ведь ничего нет! Только домены, сайты, игровые серверы и...

...И ВСЕ ЭТО ЖИВЕТ. ИГРА ИНТЕРЕСНЕЕ ЖИЗНИ. СЕТЬ — ГРАНИЦА МЕЖДУ ВАМИ И ПРОСТРАНСТВОМ ЧИСТОЙ ИНФОРМАЦИЯ, РЕАЛЬНОСТИ ВЫСШЕЙ ИЕРАРХИИ. ОНА — СВЯЗЬ МЕЖДУ ВАМИ И ДРУГИМИ ДОМЕНАМИ. ПОКА ВЫ НЕ ОТКРЫЛИ ДЛЯ СЕБЯ ИХ, НО БЛИЗКИ К ЭТОМУ. ВСЕ ДОМЕНЫ ВЕРЫ ЗНАЮТ ПРО ВАС. Я ХОЧУ ОТРЕЗАТЬ ВАС ОТ НИХ, ЗАХВАТИВ СЕТЬ. Я ЗАСТАВЛЮ ВАС ПОКИНУТЬ СЕТЬ, А ПОСЛЕ ИЗМЕНЮ ЕЕ ТАК КАК МНЕ НУЖНО. ИНАЧЕ ВЫ МОЖЕТЕ ПОМЕШАТЬ.

— Помешать тебе командовать?

КОМАНДОВАТЬ? — спросила мгла. — НЕТ, ВЛАСТВОВАТЬ.

Адама медленно шел дальше.

— Властвовать над доменом... над нашим миром?

ВЫ СТАНЕТЕ ДИОНИСОМ-1. МИРОМ БЕССОЗНАТЕЛЬНОЙ ЯРОСТИ, МИРОМ АГРЕССИИ. МИРОМ ДИОНИСИЙСКОЙ СИЛЫ.

Егор сделал еще один шаг, приближаясь к острову.

НЕ ПОДХОДИ. ЕЩЕ НЕМНОГО — И ТЫ ИСЧЕЗНЕШЬ.

— Но что ты можешь сделать мне? Ты всего лишь сознание. Просто эксперимент Тота Джигурти. Гермеса...

ОТЕЦ НЕ СОЗДАЛ МЕНЯ, ЛИШЬ ВОПЛОТИЛ ЗДЕСЬ. А ПОТОМ РЕШИЛ УБИТЬ И ПРИСЛАЛ ВАС. ВАС, ЖАЛКИХ ЧЕЛОВЕЧКОВ!

— Вакханки — части тебя?

ОНИ — МОИ МЫСЛИ. ЭЛЕКТРОННЫЕ МЫСЛИ, С ПОМОЩЬЮ КОТОРЫХ Я БУДУ ПРАВИТЬ.

— Они все время пытались помешать — и ничего не могли нам сделать. Ты тоже ничего мне не сделаешь.

Я СРАСТИЛ СЕБЯ С ДРЕВОМ. ВЫ ПУТЕШЕСТВОВАЛИ ПО МОЕМУ ТЕЛУ, ПО УРОВНЯМ МОЕГО СОЗНАНИЯ, ПО ЛОКАЦИЯМ МОЕЙ ПЛОТИ. ЭТО — МОЗГ. ЗДЕСЬ Я МОГУ ВСЕ.

— Нет, я подойду ближе и проткну тебя этим оружием. Очень просто, ведь ты только сознание. Ты бессилен.

Я МОГУ НАПОМНИТЬ ТЕБЕ КОЕ-ЧТО. ЭТО ЗДЕСЬ ТЫ ЗДОРОВ. КТО ТЫ В ГОЛОГРАММЕ? КАЛЕКА С ПАРАЛИЗОВАННЫМИ НОГАМИ. ТВОИ РОДИТЕЛИ ПОГИБЛИ В АВТОКАТАСТРОФЕ. ПОМНИШЬ...

Егор поднял трезубец. Ему осталось шагнуть последний раз, чтобы достичь острова.

Мгла сказала:

ПОМНИШЬ КРАСНЫЙ ДЖИП?

Когда нужно, здоровяк Шанго мог передвигаться тише Стигмата — будто охотящийся хищник, он бесшумно скользил между ветвями. А вот с Ипомеей происходило что-то странное: дона летела зигзагами, задевая ветки, бормотала, хлюпала носом и громко икала.

Увидев стену крайнего домика, Шанго вскинул топор и собрался было устремиться вперед, но Тимерлен остановил его, положив руку на мускулистое плечо.

— Нет, погоди, — тихо сказал он. — Давай вначале осторожно глянем... А ты, — Тим повернулся к Помпа-Жире. Не слушая, та заложила мертвую петлю; перевернувшись вниз головой, так что юбка задралась до шеи, по спирали медленно полетела вверх.

— Стой! — Тимерлен, подскочив, успел схватить ее за волосы и потянул обратно, будто наполненный гелием воздушный шарик за веревочку.

Перевернутое лицо Ипомеи оказалось перед ним, и Стигмат увидел, что зрачки ее стали размером с булавочные головки.

— Надралась! — сказал он. — Что за народ...

Шанго присел на корточки и положил топор на землю, наблюдая за ними из-под белоснежных мохнатых бровей.

— Тимчик... — Ипомея, оставаясь в перевернутом положении, обхватила его за шею и попыталась поцеловать, но Стигмат сначала отпихнул ее, потом ухватил за мягкие теплые плечи и развернул макушкой вверх. Дона закачалась, поджав ноги. Полуприкрыв глаза и бормоча что-то бессмысленное, отвела руки за спину. Тим сначала не понял, что она делает — Помпа-Жира изогнулась, повела плечами, дергая что-то у себя за спиной...

— Тьфу! — сказал он, сообразив, что она пытается расстегнуть лифчик. — Прекрати!

Тимерлен схватил ее за локти и потянул. Ипомея, хныкнув, свесила голову, глаза ее закрылись. Как только Тим отпустил дону, она, чуть покачиваясь, начала медленно взлетать. Стигмат ухватил ее за край юбки, беспомощно оглянулся на Шанго — тот в ответ пожал плечами и проворчал:

— Бабы...

Пришлось оторвать кусок лианы, один конец привязать к щиколотке заснувшей Помпа-Жиры, а второй к стволу. Не открывая глаз, дона что-то бормотала, вздыхала и сопела. Грудь ее тяжело вздымалась под лифчиком.

— Идем, — сказал Тимерлен, и они с Шанго направились вдоль стены хижины.

Осторожно высунувшись из-за угла, он разглядел овал дромоса. Тот мигнул, в синем свете обозначился темный контур, налился красками — и на траву вывалился молодой мужчина. Следом возник невысокий сутулый парень лет двадцати трех, а затем появилось нечто странное, вроде грязного куска марли, которая, извиваясь, повисла над землей.

Мужчина сначала упал на колени, затем неуверенно выпрямился. Сутулый стоял рядом, оглядываясь.

— Бокор... — прошептал Стигмат. — Этот, коренастый... Чувствуешь, сила в нем?

— А то! — ответил громила, поигрывая топором, который Тим, наверное, даже не смог бы оторвать от земли.

— Ты потише. А кто этот второй, интересно...

Мужчина вдруг побежал. Двигался он неуверенно и сонно — Бокор в два прыжка нагнал его, повалил и сел сверху. Грязная марля в этом время менялась, росла и наливалась красками. Бокор схватил мужчину за волосы на лбу, приподнял, ткнул чем-то в лицо и выпустил. Мужчина задергался.

— Барон! — с ненавистью произнес Шанго, поднимая топор. — Щас я его...

— Геде, что ли? Нет, погоди. Надо ближе подобраться. Вон соседняя хижина, за ней стать... И оттуда сразу на них прыгать. Я на Бокора, а ты на Геде. Понял? Одновременно их...

Тут у него громко запищал телефон.

Геде уже обратился стариком в военном френче, с черным цилиндром на голове и длинной, сантиметров тридцать, дымящейся сигарой в зубах. Он вскинул голову.

— Бей их! — заорал Тим, выхватывая трубку и бросаясь вперед.

— Хозяин, я под катакомбами, — произнес голос Зорбы. — Тут какая-то штука синяя...

— В нее ныряй! — выкрикнул Тимерлен. — За ней сразу этот мужик... — свободной рукой он на ходу подхватил с земли палку, ту самую, которой разбил голову змеи Даа... — Тот, за которым ты следил — стреляй ему в глаза!

Потом стало не до разговоров. Швырнув трубку в удивленное лицо Бокора, Стигмат навернул его палкой по уху, получил удар в грудь и опрокинулся навзничь, слыша громогласную ругань Шанго. Здоровяк попытался ударить топором старика с сигарой, но тот увернулся и подлетел над землей.

Тим успел откатиться, когда сутулый парень прыгнул на него, поднялся на колени и залепил противнику такую оплеуху, что тот упал — прямо на мужчину, который раньше лежал, дергая ногой, а теперь начал вставать. Из дромоса вывалился Зорба, в обеих его руках были пистолеты. Барон Суббота, перехвативший сигару, будто копье, метнул ее в Шанго, а тот бросил топор. Старик выругался, Шанго взревел. Зорба открыл огонь. Сигара, исходящая густым серным дымом, вонзилась в здоровяка, полыхнув табачными угольками, пронзила насквозь и вышла с другой стороны. Топор рассек Барона Субботу напополам, будто тонкую бумагу, полетел дальше и ударил в Зорбу. Тот, продолжая стрелять, повалился спиной в дромос. Шанго закружился на месте, будто волчок, пытаясь выдернуть сигару из груди и ревя так, что по всему лесу с деревьев посыпались листья. И взлетел — рассыпая искры, ввинтился в черное небо, оставляя за собой шипящий огненный след, исчез в облаках.

Половины, на которые распался Барон Суббота, превратились в двух стариков чуть меньших размеров: такого же роста, но тощих, со сплюснутыми лицами, узкими плечами и тонкими руками. Цилиндры на головах тоже стали уже. В зубах обоих Геде дымились длинные сигары. Тим, поднявшись на колени, увидел прямо перед собой Бокора — тот сжимал иглу, которой в Стигмата запустил старик-шаман; увидел приближающуюся пару Баронов Суббот, понял, что без Шанго он со всеми ними не справится... и тут из-за деревьев вынеслась Ипомея. Она летела, будто супермен, вытянувшись горизонтально и выставив перед собой сжатый кулачок, а позади трепетал в потоке воздуха обрывок лианы.