Борис Георгиев - Далила-web

Ознакомительный фрагмент

Думая о Салли Энн, я задремал. Проснулся так, словно меня толкнули, не понял даже сразу, где я и почему там очутился. Может быть, меня и толкнули; вагон как раз подошёл к станции, и в проходе толпился народ. В окне — хвост огромной надписи «…льцо-3» на столбах кольцевой линии. Пока я сообразил, что это уже синтокомбинат, и все чипанутые, кому туда нужно, ломятся на выход, они успели выгрузиться, но вместо них в вагон набилась тьма-тьмущая других таких же типов. Не понимаю, как чистокожие узнают друг друга, по мне, так все они на одно лицо. Сидушки возле меня так и остались пустыми, я думаю, никому просто не захотелось сидеть по соседству с волосатым парнем. И очень хорошо.

Я порадовался, что так и не вернулся из сортира дед, решил, что он просто слез на Кольце-4. Можно было устроиться с удобством; я развалился в кресле, вытянул ноги и снова стал смотреть, как мелькают опоры монорельса и ползёт в отдалении змея фудопровода. В Город, значит, тоже фуду качают. И чистокожие, которые запрыгнули в вагон возле комбината, в том направлении едут, стало быть, живут они именно в Городе, хорошо, если не в Верхнем. Понимаете, по рассказам Салли получалось, что Верхний Город крут. Полазив по Сети, я убедился, что она не врёт. Честно говоря, ничего я так не хотел, как поселиться с ней в Верхнем Городе, и сказал ей об этом дня за три до отъезда. Салли эта мысль понравилась, мы обсудили, будем ли ставить в квартире нирванну, и решили — будем, только чуть позже, потому что недёшево она стоит, если лицензионная, а палёных понтов нам и даром не надо. Мысли о нирванне снова усыпили меня. Ничего странного в этом не было, я ведь поднялся в герцовую рань, часа на четыре раньше обычного.

Проснулся я от удара по башке чем-то холодным и жёстким. Дёрнулся, возмущённо буркнул: «Э! Полегче!» — но потом увидел, какого свалял дурака. Головой просто об оконное стекло пригрело, когда вагон менял подвес на развилке. Я расчехлился, продрал глаза — в окне что-то несусветное. Будто гигантский круглый стол с парой сотен ножек; из столешницы торчат вверх кристаллы и посверкивают гранями, в которых отражаются облака. «Да это же Город!» — дошло до меня после того, как увидел коптер, садящийся на верхушку одного из кристаллов.

Народ полез наружу густо, как будто на перроне парили шару, и я решил выждать, неохота было давиться. Как сказал один умник, собирая дропы возле телепорта на последний уровень «вздрючки», не спеши, а то успеешь. Но всё равно его тогда вынесли. «Вздрючка» умников не любит. Ну вот, подождал я, пока скроется с глаз косица последнего чипанутого, встал и заковылял к выходу. Ноги, блин, затекли до иголок. Если б не колотьё в ногах, сразу бы выскочил на платформу, а так — захотелось мне проверить, не заперт ли сортир. Понимаете, никак у меня старикан из головы не шёл, фигня какая-то получилась — пошёл блевать и не вернулся.

Я тронул ручку двери — не заперта. Нет, думаю, всё путём, сошёл-таки дед на Кольце-4. Успокоившись за судьбу чипанутого старикана, я решил зайти в туалет, раз такое дело. Распахнул дверь и ввалился внутрь, дёргая змейку на ширинке, но расстегнуть не успел, потому что заметил разинутый зубастый рот и кадык на игуанодоньей шее. На крышке унитаза в расслабленной позе восседал мой скандальный попутчик, упершись затылком в стекло и свесив плетьми жиловатые руки. Слюна стекала по подбородку струйкой и расплывалась на рубашке тёмным пятном. Не знаю, дышал ли он, пульс щупать я не стал, потому что касаться тела не хотелось. Не то чтобы я особо брезгливый, просто и без того всё было понятно. Зрачки во всю радужку, белки красные, — дед вкатил себе в мозг изрядную порцию какой-то дури. Е-дорфина или полиморфеуса. Сдох он от этого или спит, меня не касалось, пусть с этим полицаи разбираются, им за это деньги платят.

Я нащупал на стене панель алярма, содрал фиксатор и нажал. И выскочил из злополучного сортира пулей за полсекунды до того, как завыла сирена, чтобы не светить личиком в камеру. Общение с полицией в мои планы не входило, ещё свидетелем сделают. Попадёшь к ним в базу, потом с живого не слезут, особенно если по делу о дури. Если заподозрят, что ты к этому каким-то боком причастен, могут и домашний сервак хакнуть. Кто его знает, что там у меня на серваке, может, и живёт залётная дурь, вормами закачанная, — доказывай потом, что ты не нарко е-нод.

Дождись я полицаев, точно бы не успел к Салли, поэтому и выскочил из вагона, как ошпаренный, и метров пятьдесят пробежал по инерции, расталкивая народ, пока не пришло в голову, что напрасно подставляюсь под камеры. Всем известно, на бегущих они как раз и науськаны по умолчанию, и не только на бегущих, ещё и на разных подозрительных айдиотов, которые крутят тыквами, стоя посреди платформы. Осознав это, я заставил себя идти спокойно, вместе с толпой, и глянул исподлобья на высоченный сводчатый потолок терминала. И тут только понял, что затупил, причём на этот раз глобально. В Городе я был в первый раз, где в Гипермаркете-17 кофейня — понятия не имел, но это полбеды. Главное, я даже приблизительно не знал, где и как искать сам треклятый гипермаркет.

Шагая вместе с толпой чипанутых неизвестно куда и неизвестно зачем, я оглядывался исподтишка. Чипанутым — что, идут с закрытыми глазами и в чип не дуют. Как слепцы. Но если разобраться, единственный слепец на платформе — я. Привык, что всегда с собой нарукавник. Какие проблемы, если он включён? Это если включён. Но вот включать-то его как раз и нельзя было, вруби я тогда нарукавник, бегство от Системы стоило бы не дороже, чем кожура юзаной чип-карты.

Озираясь, я заметил в толпе парня моего примерно возраста и не такого гнусного на вид, как остальные чистокожие. Кепка на нём была, вот в чём всё дело; такая дурацкая тёмно-синяя кепка козырьком назад, потому этот тип и показался мне чуть человечнее других. И я решился. Протолкался к нему, — сволочи чипанутые и не думали обходить, так и пёрли, словно меня не было, — пошёл с ним рядом, дёрг за рукав, и спрашиваю:

— Эй, друг, извини. Не подскажешь как…

08212031:902:16:29 supervisor.scort: получено сообщение о коллизии;

08212031:902:17:03 supervisor.scort: выполнен анализ ситуации;

08212031:902:17:04 supervisor.scort: уровень опасности СE;

08212031:902:17:11 supervisor.scort: вызов guid;

08212031:902:18:32 supervisor.scort: запущено распознавание фигурантов;

08212031:902:18:38 supervisor.guid: расчет пути выполнен;

08212031:902:18:38 supervisor.guid: map=EW2SNULLRUN47DA;

08212031:902:19:07 supervisor.scort: получены данные о психотипах фигурантов;

08212031:902:19:07 supervisor.scort: ptype=HL243YASSL2786;

08212031:902:19:08 supervisor.scort: вызов guard;

08212031:902:20:12 supervisor.guard: выбор способа воздействия выполнен;

08212031:902:20:13 supervisor.guard: itype=2C4SNY7ASSLMB3;

08212031:902:20:14 supervisor.guard: вызов процедуры воздействия;

08212031:902:21:45 supervisor.guid: выбор типа подсказки выполнен;

08212031:902:21:45 supervisor.guid: ptrn=YTMRSIFTS;

08212031:902:21:46 supervisor.guid: подсказка запущена.

Парень приостановился, повернул ко мне голову, открыл глаза, и челюсть у него отвисла. Он закрыл глаза и снова открыл, шумно дыша через рот, и стал вдруг дёргаться, пытаясь высвободиться, но я крепко держал его за рукав.

— Мне всего-то надо узнать… — начал я, но не договорил. С парнем творилось что-то странное. Глаза закатились, он больше не пробовал высвободить руку, как-то обмяк и вдруг запел громко и довольно немузыкально:

— One day you'll find that I have gone…

— Эй, эй! — попробовал я вернуть его к реалу. — Друг, как пройти в гипермаркет?

Но парень вместо ответа двинулся вперёд, виляя бёдрами, и продолжал голосить:

— But tomorrow may rain so I'll follow the sun!

Не знаю, что он этим хотел сказать, не силён я в языках, когда нарукавник выключен. Кажется, он нёс что-то о прогнозе погоды на завтра. Я тащился следом, держась за рукав. Слава рыбьим яйцам, никто не обращал на нас внимания, а то решили бы, что я клею педика.

— Приятель! — взмолился я, но он неожиданно дёрнулся так, что пришлось мне выпустить рукав его куртки, указал вперёд и вверх пальцем и пропел на ходу:

— Yes, tomorrow may rain so I'll follow the sun.

Я машинально проследил, куда он показывал, и увидел в торце платформы огромную нанодиодную надпись: «Завтра может пойти дождь». Она повисела, мерцая, над перроном и погасла, уступив место следующей строке: «Посетите Гипермаркет-17 сегодня!»

Парень успел уйти вперёд, но я слышал, как он надрывается:

— Yes, tomorrow may rain so I'll follow the sun.

И тут же на стене зажглось оранжевое солнце с надписью «Гипермаркет-17», а ниже: «Следуйте за солнцем». Ниже надписи сияла гигантская оранжевая стрелка указателя. Направо.

«Годмод! — подумал я и, оставив сумасшедшего вокалиста, свернул по стрелке. — Вовремя эта реклама подвернулась». Полезная штука рекламные надписи, я считаю.

По короткой трубе перехода меня вынесло на поверхность, выбросило возле одной из гигантских колонн, и я впервые увидел в реале тусклое голубоватое сияние неба Нижнего Города. Несколько секунд стоял, раззявив рот и запрокинув голову (там, откуда сияние, — Верхний Город!), потом меня толкнули в спину, я поспешил убраться с прохода и приметил неподалёку между двумя колоннами оранжевый купол, похожий на закатный солнечный диск. Над жерлами входов — шары в человеческий рост, на шарах — буквы. Я прочёл: «Гипермаркет-17».