Обеспечение: Софт. Тело - Руди Рюкер

прошедшую неделю женщина просидела в домике у моря один на один с роботом. Неужели она не заметила ничего необычного? Она ожидала, когда Кобб придет в себя, а двойник ждал прибытия с Луны программы – то есть того же самого. Увенчались ли их ожидания успехом?

«Могут ли роботы трахаться?» – неожиданно задал себе вопрос Муни. Дома у него был бионик-член и в принципе, при желании, он мог быть использован для того, чтобы ублажить Беа. Но эта шлюха предпочитала искать удовлетворения в секс-клубах. Стэнни не должен об этом…

– Черт, где ты? – громко позвал его Торчок. – Ты что, заснул? Я ни черта не вижу.

– Тихо. Вот, надень очки. Извини, я забыл о тебе.

Муни передал сыну вторую пару инфракрасных очков. В очках все цвета становились настолько густыми, что казались синими.

– Начнем со спальни, – предложил он.

– Лады.

Расположение дома Муни знал отлично. Когда он, толчком приоткрыв дверь спальни, просунул в щель потайной фонарь, ему пришлось прикусить губу, чтобы не вскрикнуть. На кровати лежал Стэнни. Его лицо растеклось, нос, как оплавленный, свесился на сторону, на щеку, рука касалась пола, выгнутая в суставе в обратную сторону.

Торчок издал приглушенный шипящий звук и прошел в комнату. Остановившись над кроватью Кобба, он принялся разглядывать лежащего.

– Вот он, твой любимый сынок. Слышь, пап? Завтра будь дома с утра, его привезут тебе в красивом ящике. Должно быть, старшие бопперы как-то прознали, что я возвращаюсь. Двоим нам нет места в этом городке.

– Что с ним случилось? – неуверенно спросил Муни, подходя к кровати и останавливаясь рядом с сыном. – Он выглядит словно оплавленный пластмассовый манекен.

– Это робот-манипулятор. Кто-то выключил его центральный процессор. Кроме всего прочего, этот процессор следит за тем, чтобы мерц-покров сохранял свою форму.

Где-то захрустел гравий, так близко, что казалось, это происходит здесь, рядом с ними, в комнате. Рыкнул мотор, тяжело хлопнула дверца кабины. К дому подъехала машина! Скрипнула входная дверь.

Бежать было поздно, да и некуда. В доме уже были люди. Муни схватил сына за плечи и толкнул его к чулану спальни. Времени на слова уже не оставалось.

– Эй, Берду, Мистел Молосис сказал, что он в спальне.

– Слышь, Радужка! Вытаскивай свою ленивую задницу и помоги мне достать из кузова этот чертов мешок!

– Не понимаю, почему такие здоровые лбы, как вы, не могут справиться с этим одни?

– Я фчела поднимал чтой-то и надолвался.

– Что ты там поднимал, Пол-Пола, свой хрен?

Некоторое время трое неизвестных дружно ржали над сальностью.

– Это «малыши-шутники», – прошипел Торчок отцу на ухо. Муни подтолкнул свое чадо локтем, требуя от него тишины. Кто-то из них задел головой вешалки – о черт! – и те дружно затарахтели, но приехавшие все еще занимались чем-то в гостиной.

– Дерьмовая работенка, как по-твоему, Берду?

– А тебе бы все на пляже валяться, так, Радужка, дорогая? Говорю тебе, слушай меня, и скоро будешь как сыр в масле кататься.

– На язык-то ты мастер.

– Вы идите тащите тело, а я плиготофлю, куда класть. – Пол-Пола вернулся на крыльцо. Дверь грузовичка снова хлопнула.

Берду и Радужка вошли в спальню.

– Черт!.. Ну и рожа! Точно гнилой труп.

– Не волнуйся за эту суку, детка. Мистер Морозис перепрограммирует его, и он снова забегает как новенький.

– Стой, обожди. Помнишь того парня, с которым у нас ничего не вышло? Тогда еще нагрянула полиция? На прошлой неделе у Кристлин?.. Это же он самый и есть, как две капли воды вылитый.

– Не гоношись, Радужка. Это не человек, это просто чертов выключенный робот. Тот парень ушел, ему повезло.

– Ясно. Ну что, взяли. Я за руки, ты за ноги.

– Раз-два. Смотри под ноги, этот урод тяжелый.

С кряхтеньем и руганью Берду и Радужка вытащили тело в коридор и, пройдя наружу через гостиную, снесли груз с крыльца по ступенькам. Все это время мотор грузовика работал на холостом ходу.

Муни осторожно приоткрыл дверь чулана и выглянул наружу. В спальне было два окна с противоположных сторон, и, подкравшись к одному из них, он различил перед коттеджем похожий на белый призрак горбатый грузовичок. На крыше кабины безошибочно угадывался здоровенный пластиковый рожок мороженого.

Две неясные фигуры остановились перед задней дверью грузовичка и опустили на гравий что-то тяжелое. Третий человек выглянул из кузова и пошире открыл двери.

Лампы в кузове грузовичка осветили все и вся в спальне. В ужасе Муни кинулся обратно в чулан. Минут десять он и Торчок простояли неподвижно, затаив дыхание, позволив себе вздохнуть с облегчением и расслабиться только тогда, когда фургон «Мистера Морозиса» укатил прочь.

Глава 21

Кобб отдал должное и жареной рыбе, и вину, получить удовольствие от которого ему позволил один короткий вдох через левую ноздрю на каждые пару бокалов. Подпрограмма «ОПЬЯНЕНИЕ» действовала отлично. После обеда он заглянул в туалет и опорожнил там свой пищевой контейнер… не потому, что это было необходимо, а просто для того, чтобы еще раз убедиться в том, что все, о чем он узнал недавно, ему не почудилось.

В голове у него теперь стоял шум и происходило легкое кружение, что бывает у обычных людей от пяти или шести добрых порций виски, и общее состояние вещей уже не казалось ему таким уж кошмарным и ужасающим, как это было вначале. У него впереди лет двадцать удовольствий, нужно только вовремя подзаряжать батарейки… да что там двадцать, вот он возьмет и новую сотню лет отмеряет! Никаких проблем, выдержало бы «железо». Вот черт, он продолжает мыслить старыми человеческими категориями. Никакой износ ему теперь не страшен, бопперы вовремя позаботятся о новеньком теле и перекачают туда программную основу его системы, как только в этом наступит нужда.

Слегка покачиваясь, Кобб остановился перед висящим на стене туалета зеркалом. Красавец мужчина, да и только! Он ничуть не изменился, та же белая борода и прочее, вот только глаза… Он подался вперед, рассматривая глаза. Что-то не то с радужной оболочкой, она казалась слишком однородной, почти без радиальных внутренних волоконец. Ерунда! Главное, что теперь он бессмертен! Кобб зажал пальцем правую ноздрю, принял еще одну порцию, потом повернулся и отправился к Энни.

Пока они ужинали, в зале позади бара «У седых» приготовился ансамбль, и как только жмуриков собралось предостаточно, начались танцы. Схватив Кобба за руку, Энни потащила его в зал. Она похвалилась, что сама помогала украшать зал к вечеринке.

Под потолком над головами танцующих медленно вращался огромный шар, оклеенный маленькими квадратиками зеркал. Узкие лучи прожекторов-«пушек» со светофильтрами разных цветов