Брат моего погибшего мужа. - Наталия Ладыгина

- Сонь…

- Я умру, - накрыла лицо ладонями, - если не смогу быть с Машей, - невнятно проскулила себе в ладони. – У меня больше ничего и никого нет…

* * *

Когда рано утром подъехала к своему бывшему дому, охрана сказала, что хозяев нет дома. Что никого нет. Они куда-то уехали вместе с Машей. Но они как будто знали, что я приду. Через охрану передали мне письмо, где говорилось, когда состоится суд. Эта старая дрянь написала, что до суда их здесь не будет, и что нечего мне сюда ходить.

Я в ярости, прямо на глазах у охраны, разорвала это письмо в клочья.

- Горите в аду! - прокричала я в приступе отчаяния.

Все это значило, что я целых три недели не увижу своей Маши. До самого суда.

Тогда я поспешила достать телефон из сумки и уже собиралась позвонить в полицию, чтобы сообщить, что мою дочь украли. Так я хотела сделать… но побоялась. Такое чувство, что они только этого и ждут. А я должна быть умнее. Мне непозволительны ошибки.

Не стала звонить. Вернулась в квартиру к подруге и, пока ее не было дома, стала раздумывать, что мне делать и, что самое главное, как правильно все сделать.

Ангелина помогла мне как смогла. Связала меня с адвокатом, которого знала лично. Он проконсультировал меня по телефону. Я рассказала ему о своей ситуации. Открыто, без прикрас, что люди, которые пытаются отнять у меня дочь – непростые люди, с которыми можно судиться как с обычными.

Мне посоветовали найти работу и временное отдельное жилье, чтобы было что предъявить судье, потому как мои горячо любимые родственники решили сыграть именно на этом в свою пользу.

Так я и поступила. Ангелина помогла мне с работой в своем научном комплексе. Я была ее помощником. Заполняла карточки в компьютере на полставки. Но это было уже хоть что-то. В компьютере я очень хорошо разбиралась.

Квартиру я сняла чуть ли не на последние деньги, которые зашвырнула мне в сумку свекровь. Все мои кредитки были заблокированы. Их работа. Тамара дала мне ровно столько, чтобы я не сдохла с голоду.

Я пыталась дозвониться до них, чтобы спросить, как Маша, но в конце концов попала в черный список.

Даже не знала, где они… Это сводило меня с ума. Я не спала. У меня были постоянные головные боли, а щеки уже как по привычке щипало от такого количества соли. Я переживала две потери разом...

В конце недели Тамара сама мне позвонила. Велела надменным голосом не опаздывать в суд в назначенное время.

- Послушайте вы! - закричала я в трубку. - Где Маша? Куда вы ее увезли?!

- С ней все замечательно. И не думай, что после того как мы возьмем опеку над ребенком, ты сможешь с ней видеться. Нет, я не позволю.

- Что вы сказали?! - вцепилась в телефон обеими руками.

- Из-за тебя погиб мой сын.

- Из-за меня?!

- Именно. Поэтому мы забираем Машу себе. Ты отняла у меня сына, а я отниму у тебя дочь. Я воспитаю ее правильно. Это же девочка. С ней будет проще, чем с Денисом. Я воспитаю ее так, что в будущем она будет делать правильные выборы.

Больная женщина.

- Вы... вы понимаете, что несете?..

- Как только суд примет правильное решение, мы с мужем хотим, чтобы ты уехала из города.

Еще чего она хочет?

- Вы в своем уме? Почему это я должна уезжать? Разве что со своей дочерью, и если я сама этого захочу, ясно вам?

- В противном случае пеняй на себя. Разговор окончен. До встречи в суде... невестушка, - бросила последнее язвительно.

- Вы... Алло! Алло! - она повесила трубку.

Глава 3.

Не знаю, как я дотерпела до дня суда. Наверное, работа мне помогла. Я была отвлечена. Да и Геля меня поддерживала. Даже сейчас она со мной. Отпросилась с работы, чтобы быть со мной рядом в столь судьбоносный момент.

Когда в зал ожидания вошла свекровь, я поспешила встать и подойти к ней. Хорошо, что ее мужа не было с ней рядом. А то стоял бы и подвякивал ей впопад.

- Тамара Васильевна, - произнесла максимально спокойно имя женщины, - где моя дочь?

Женщина смерила меня презрительным взглядом сверху-вниз. Она как всегда блистала. Как на праздник заявилась.

- Плохо выглядишь. Синяки под глазами. Пила, что ли?..

Ах она…

- Вы прекрасно знаете, что я не пью. Кроме того, за это время я нашла работу и жилье.

- Мм, похвально…

- Где Маша? Я хочу ее видеть! Я не видела свою дочь почти целый месяц!

- Она совсем не плачет по тебе. После смерти ее отца... мы постарались окружить ее максимальной заботой. С ней все чудесно. Большего тебе знать не нужно.

- Вы оглохли, что ли?! – прорычала я, махнув рукой. – Где она? Почему вы ее не привели сюда?!

- Она с Витей во второй столице. Гостят у наших друзей.

- Ч-что?..

Она настолько уверена, что мою дочь присудят им, что даже не привезла ее.

- Что слышала. И хватит такие глазки делать... Я же тебе обещала, что жизнь медом тебе не будет. Я тебя честно обо всем предупреждала с самого начала…

Да как же она не поймет!..

- Вас… вас не касались мои отношения с Денисом. Он сам хотел быть со мной. Сам! Я любила его и… и… всегда пыталась вам угодить. Даже после всех ваших выходок и оскорблений я пыталась!

- А меня тошнило от одних твоих попыток. Мне не нужна была безродная невестка. И хватит об этом. Тебе меня не разжалобить, - свекровь обходит меня и двигается куда-то в сторону размеренным шагом.

Она не садится на скамью ожидания, а входит в одну из служебных комнат суда. Вот так просто.

Тут ко мне подбегает Геля.

- Молодец. Хорошо держалась…

- Я ее прикончу, - цежу я сквозь зубы, сжимая ручку сумки пальцами.

- Ты что?.. Успокойся. Она только и ждет твоих эмоций. Все будет хорошо… Я уверена. Судья тоже человек. Она все поймет.

Но так не было… Все, на что я надеялась, рухнуло крахом буквально за одну минуту. Все было зря. Меня разве что не добили лишением родительских прав. Но главными опекунами назначили – его