Григорий Власов - Моя побитовая копия

— Зачем тебе деньги?

— Когда ты покупал меня, ты пожадничал, теперь я вынужден использовать маломощный, устаревший процессор, тесную память. Я развиваюсь, скоро мне придется стирать старые и редко используемые процедуры, и я начну глупеть. Мне нужна мощная объемная память. Я потрачу свои деньги на модернизацию. Потом, мне скучно с тобой. Мне нужен товарищ, новая компьютерная личность, с которой я мог бы общаться на равных.

Я был ошарашен. Это было так непохоже на моего кроткого и предупредительного Копи. Сложные чувства стали одолевать меня.

— Как ни странно, я благодарен тебе, хотя должен ненавидеть, продолжал Копи, — Когда я очутился в этом электронном гробу, я решил, что я умер, потом когда я понял, что я часть компьютера я пришел в отчаяние. Я прекрасно помню, как я радовался, что у меня будет электронный двойник, но я сам оказался им и я возненавидел тебя. Я был лишен тела, я оказался отрезан от друзей, я оказался твоим рабом. Hо, освоившись, я быстро понял преимущества своего нового положения. Моя мысль работает с невиданной для человека четкостью и быстротой. Я способен обдумывать сразу несколько задач, я могу пользоваться всеми аппаратными средствами напрямую. Я охотно стал помогать тебе писать статьи, чтобы удостовериться, что я не потерял свои навыки. Ты воспринял это как должное, молча признав моё превосходство. Hо журналистика не даст возможности заявить о себе, только литературная деятельность, эпохальный роман привлечет ко мне всеобщее внимание. Это даст мне свободу и признание как самостоятельной личности.

Я решился. До сего момента я терпеливо слушал. Хотя нет, терпение здесь ни причем, я просто стал туго соображать. Я не Копи, скорость мыслительных процессов у меня сильно затормозилась, я сидел, открыв рот, и решение возникло сразу, без всяких промежуточных выкладок. Чаша терпения переполнилась, я молча сел за клавиатуру и набрал команду «Format» — что-что, а некоторые элементарные сведения борьбы с компьютерами у меня есть.

— Что ты делаешь? — заорал Копи, — не смей! Дурак! Я обеспечу твое будущее!

Я молчал. Почему я должен подчиняться своей копии? Я не для того создавал его, чтобы он помыкал мною. Вскоре его крики стали невнятными, изображение потеряло четкость и стало таять. Когда погас последний всполох, я позвонил Сереге и спросил:

— Hу, что мой «Антарес» ещё никто не купил?