Олег Кулагин - Дип-склероз (сборник)

Ознакомительный фрагмент

Обмениваемся любезностями и я объясняю ему свой заказ.

Маэстро расплывается в улыбке:

— О, месье, это наше ремесло! Вы будете довольны, месье!

Он торопливо листает пухлый каталог:

— Это обойдется вам… в тысячу долларов США.

Глаза у меня округляются:

— Маэстро… Тысяча долларов… за такую мелочь.

Француз ухмыляется:

— Я бы не сказал, что это такая уж мелочь.

Да, расценки у них здорово выросли! Всего полгода назад за эти деньги можно было заказать вполне приличное тело.

Впрочем, тело мне и не нужно. Тело у меня и так есть — из стандартного набора «Майкрософта». Мне и нужна-то всего одна маленькая деталь, которой нет в стандартном наборе. Та самая, что оказалась совсем лишней для той американской миллионерши.

— Маэстро, а у вас нет чего-нибудь подешевле?

Француз вздыхает:

— Ну, у нас есть кое-что уцененное…

Он вновь погружается в изучение каталога.

Да, этот элемент мне необходим позарез. Причем не ширпотреб, а штучная работа. В «Невинных Забавах» осталась всего одна мужская вакансия.

Честное слово, мне нелегко далось это решение. Мне пришлось собрать в кулак всю свою волю и мужество. И если это единственный способ обеспечить семью — что ж, я готов.

Конечно же, я не собираюсь изменять Вике. Я даже отключил секс-стимулятор в своем костюме — все равно он китайского производства и в самые ответственные интимные моменты бьет током.

Я ведь дайвер. Когда будет нужно — выйду из глубины и поработаю «мышкой». Главное, что клиентки будут довольны. А в месяц это выйдет около двух штук баксов. Давно я уже не приносил Вике таких денег!

Дизайнер вновь подымает на меня глаза:

— Мы могли бы предложить вам прекрасный вариант всего за четыреста девяносто девять долларов.

Ну, знаете ли! Терпение мое лопается:

— Да вы че, охренели, маэстро — пятьсот зеленых за нарисованный!.. Да на любом заборе его рисуют совершенно бесплатно!

С видом оскорбленного достоинства француз захлопывает каталог и нажимает какую-то кнопку. Из ничего материализуются два плечистых охранника и вежливо, но твердо выволакивают меня из кабинета. Слабо упираюсь и выкрикиваю уже почти без надежды:

— А долларов за сто у вас ничего не найдется?

— За сто долларов можете нарисовать себе сами! — небрежно бросает Маэстро.

Конечно, смог бы. Вот только боюсь, что в таком виде я всех клиенток распугаю. Кроме разве что самых извращенных.

Эх, сорвалось!..

Снова оказываюсь на улице и тоскливо вздыхаю: во времена моего боди-дизайнерства этого добра у меня было хоть завались! И чего я, идиот, не прихватил с собой хотя бы пару штук в качестве выходного пособия!

Попросить, что ли, у Маньяка денег взаймы? Нет, ни за что на свете! Если догадается зачем… Даже думать об этом не хочется!

— Ну и чем мы тут занимаемся?

Шурка! Легок на помине!

Оборачиваюсь и невинным тоном объясняю:

— Да вот, провожу разведку на местности. Ищу подходы…

— Какие еще подходы? — недоумевает Маньяк и с подозрением оглядывается на яркую вывеску «Боди-Арта».

— Подходы к проблеме… — Я спохватываюсь, торопливо меняя тему. — Кстати, а откуда ты взялся?

— Как это откуда — ноутбук с радиомодемом и облегченный шлем всегда при мне! Ты был у Писателя?

— Нет еще…

Маньяк укоризненно качает головой:

— Ну ты даешь! Каждая минута дорога!

Ага, кто бы говорил!

Шурка прямо-таки кипит энергией и готов горы свернуть. Я с интересом рассматриваю его новое тело. От прежнего облика осталась только голова — все остальное позаимствовано то ли у Терминатора, то ли у Рэмбо. В общем, стандартный голый торс, обвешанный всем, что только могут вообразить воспаленные хакерские мезги — от гранатомета до… маникюрных ножниц?

— А это зачем?

— Последняя разработка, — с гордостью объясняет Маньяк.

— И как ты собираешься их использовать?

— Все просто. Сначала надо поймать противника, а потом…

— Сделать ему маникюр?

— Да нет. Отредактировать setup-овские файлы. Главное, чтобы он никуда не убежал, пока ты их редактируешь.

— Круто, — соглашаюсь я и машу рукой ближайшему такси.

— Обойдемся, — останавливает меня Шурка, и я только теперь замечаю, что виртуальный Рэмбо обут в домашние тапочки на босу ногу и на реактивной тяге — последний подарок Зуко.

— Держись за меня!

Взмываем в воздух.

Зукины тапочки домчали нас за пять минут. Хорошо, что так быстро, иначе я бы точно свалился: не слишком-то приятно болтаться, вцепившись мертвой хваткой в скользкую терминаторскую шею. Какой дрянью она намазана — вазелином, что ли? Шурка явно перегнул с реализмом. Мог бы вырастить себе на заднице удобную скамеечку для пассажиров — для него, как для программиста, это пустяк, а нам, юзерам, было бы приятно.

Оцениваю обстановку. Да, все внушительно. Сразу чувствуется, что это резиденция самого Писателя. Глухая серая стена, без малейшего намека на вход. Стена уходит вверх, упираясь прямо в низкие свинцовые облака. Время от времени мутная облачная пелена озаряется вспышками молний и в ответ на раскаты грома доносится чей-то далекий и тоскливый утробный рев. В общем, красиво сделано, со вкусом.

— Вот тебе тест на интеллект, Шурка. Вправо и влево на несколько километров тянется стена. Твои действия?

Маньяк чешет затылок:

— Ну если подходить интеллигентно… Я бы попробовал динамит.

— А я бы попробовал постучать. Может, откроют?

Стучу. Никакого эффекта. Подключается Маньяк и изо всех сил молотит в стену пудовыми тер-минаторскими кулачищами. Через минуту на стене возникает большая красная надпись: «Не влезай — убьет!»

— Есть кто дома?! — орет Маньяк и снова принимается орудовать кулаками.

Надпись меркнет и на стене вдруг явственно начинают проступать контуры двери. Ну наконец-то!

Бронированная металлическая дверь приоткрывается и… наружу показывается покрытая шерстью недовольная физиономия. Крыса! Полтора метра ростом и с бластером наперевес.

— Вам что, назначено? — Грызун-переросток сверлит нас пронзительными злыми глазками.

— Нет. Но нам очень надо встретиться с хозяином.

— Лорда нет дома. — Крыса сплевывает себе под ноги. — Лорд ушел в Ночной Дозор.

— Это срочно! Вопрос жизни и смерти!

— Ничего не знаю. Вам не назначено!

Маньяк теряет терпение:

— Ну-ка отойди, Ленька! Щас я его…

Не дожидаясь продолжения, крыса с нецензурными проклятиями захлопывает дверь прямо у меня перед носом.

— Погоди, Шурка. Неудобно как-то…

— Неудобно «Винду» с дискет ставить! — ухмыляется Маньяк и поднимает некий устрашающего вида ствол. Торопливо убираюсь в сторону. Вспышка огня, грохот… Когда клубы дыма рассеиваются, мы стоим перед вывернутой с мясом бронированной дверью.

— Вот тебе и тест на интеллект! — подмигивает Шурка. — С динамитом оно всегда как-то вернее!

Входим внутрь. Странное ощущение. Здесь висит густой и словно осязаемо плотный туман.

— Знаешь что… по-моему, не стоило нам входить, — говорю я вполголоса.

— Не боись, — бормочет Маньяк. — С моим снаряжением…

Белая пелена вдруг становится настолько плотной, что мы на мгновение теряем друг друга из виду. А в следующий миг туман начисто рассеивается, словно по мановению волшебной палочки.

— Ого, — почти синхронно выдыхаем мы с Шуркой. Перед нами — огромный, тускло освещенный зал ромбовидной формы. И зал этот битком заполнен здоровенными — почти в человеческий рост — крысами, как две капли воды похожими на нашего недавнего собеседника.

Маньяк нервно хихикает:

— Кошмар кота Леопольда.

Он вдруг спохватывается, ощупывает себя дрожащими руками и на глазах белеет, словно полотно:

— Ленька! Ничего же нет! Нич-чегошеньки!

И впрямь. Обширный Шуркин арсенал растворился вместе с туманом. Даже маникюрных ножниц не осталось!

— И тапочки не работают! Гады!

От всего тщательно подобранного устрашающего антуража — только торс Шварценеггера. Интересно, оценят ли крысы замечательную Шуркину мускулатуру?

— Ну что? — криво усмехаюсь я. — Динамит, говоришь?… Чувствую, сейчас отдинамитят нас по высшему разряду!

Однако пока крысы словно и не замечают нас. Грызуны сидят за столами, а столы ломятся от выпивки и закуски. Дым, что называется, стоит коромыслом и вечеринка — в самом разгаре.

Я вижу приоткрытые двери в противоположном конце зала и вдруг понимаю, что именно туда нам надо попасть. Задеваю что-то ботинком, опускаю глаза: почти у наших ног два эмалированных ночных горшка. И тут меня окончательно осеняет:

— Шурка, это же испытание!

Маньяк смотрит на меня так, словно у меня у самого отрос хвост.