Сергей Вишневский - Звезда в руке и шило в ...

— Держись за турник! — Подвесив его на жердь, он начал его разглядывать и ковыряться в инвентаре. Спустя пару секунд он достал небольшое полено.

— Не то! — Выдал Мотодор, взглянув на Триника, а потом на полено.

— Мотя! Сделай что‑нибудь! Мне на работу, а я остановиться не могу! — Взмолился Триник.

— Ты турник держи! Сейчас все будет!.. Не то! — Мотя повторил осмотр головы алхимика — хаосита и чугунного котелка.

— Ну чего ты копаешься? ЛегОлас! Ты хоть мне помоги!

— Оно! — Выдал тауран, после тщательного осмотра любимого половника. — Ушастый! Ты чего там засел? Иди сюда! Пока что этот хаосист не опасен!

ЛегОлас неспешным шагом направился к Мотодору, а за ним бодро шагая, увязался Фантик. Он игриво вилял хвостом, а хоботом подхватывал пыль с земли и фонтаном выбрасывал в воздух. При всем его игривом виде рот был растянут в хищной улыбке.

— Фантик! Фу! Место! Его есть нельзя! Он не вкусный и вообще отравленный! — После крика Мотодора Фантик остановился, понуро повилял хоботом, топчась на месте, и неохотно направился обратно к кустам.

— Подыграй Ушастый! Церемонию проводить будем! — Шепнул Мотя, эльфу подмигнув и сунув в его руки свой половник.

— А просто половником по голове стукнуть никак?

— Это не по — нашему! — Мотодор подмигнул ЛегОласу. — Пафос — это наше все!

Недоумевающее лицо ЛегОласа сменилось улыбкой до ушей. Он достал свой старый маскировочный плащ и сложил его, изображая квадратную подушку. Уложив половник на импровизированную подушку, он выпрямился и встал сбоку от Триника, кивнув Мотодору. Тот подошел к Тринику и выпрямился, став как будто даже выше, и поправил шлем на голове.

— Сей день, и сей час, мы собрались для того… — Мотя начал вещать речь величественным голосом. Он старался придать максимум торжественности этому моменту. Долгие витиеватые фразы продолжались почти минуту. Было видно, что Мотодор читал с галанета какой‑то текст. Периодически он останавливался и говорил шепотом: "Секунду страницу перелистну". Но и его речь подошла к концу. Он взял в руки половник, который поднес ЛегОлас, опустившись на одно колено. — …Во имя борща, копченого сала и макарон по — флотски нарекаю тебя сэр Треники!

— Это конечно все довольно забавно, но может вы меня остановите, и перестанете ломать комедию? — Раздраженно встрял Триник. Он переминался с руки на руку. Руки довольно сильно затекли, но он держался.

Мотодор, не подходя к Тринику, который продолжал, бешено вращать ногами, на вытянутой руке стукнул ему половником сначала по левому плечу, затем по правому и с размаху зарядил в лоб поварешкой. Звук был настолько звонкий, что его было слышно на несколько сот метров.

— Да вы охренели! — Взревел алхимик — хаосит.

— Однако! — Хмуро произнес Мотя и зарядил еще раз половником Тринику по голове. — Ушастый! Не помогает!

— Прокляну! Меткой прокляну сволочи! — Взревел Триник.

— Это как так? — Возмутился тауран, не обращая внимания на вопли подопытного. Он принялся раз за разом наносить удары по голове Тринику, который не переставал материться и проклинать Мотю до седьмого колена. Остановился он только тогда, когда Триник лежал на земле в коме.

— От же чугунная голова! — Мотя рассматривал половник в руке. Мало того, что ручка была погнута под углом 90 градусов, так еще сама чаша половника была прилично замята.

— Ты его не того…. На респ не отправил? — ЛегОлас рассматривал Триника, который валялся без чувств на земле. Ноги уже никуда не бежали, но вот его голова… Весь лоб и темя бугрились от шишек. Даже сквозь довольно длинные космы было видно, что вся голова в шишках. Под правым глазом наливался краснотой огромный фингал. ЛегОлас взглянул на Мотодора, который пытался выровнять пострадавший половник.

— Не, у меня системка была. Он в коме на 2 минуты… ну и дебафов 8 штук.

— Половник жалко!

— Да! Хороший инструмент был…

— Слушай, а причем тут Треники?

— Какие треники?

— Ты зачем его треники обозвал?

— Я? Я вроде Триник сказал…

— Ты треники сказал! Я точно слышал! Чего‑то он не дышит по — моему. Ты его не убил там?

— Да не! Тогда тут бы посмертное облако было бы! Я все рассчитал!

— А чего он синеет?

— Так это… Не знаю.

— Надо что‑то делать!

— Задыхается что ли? Ты это… искусственное дыхание делать умеешь?

— Это как? — ЛегОлас почесал надломленное ухо и еще раз взглянул на синеющего Триника.

— Я и забыл, что ты в капсуле живешь. Сейчас покажу. — Мотя подошел к Тринику и сел на колени у его головы. Цвет "пациента" сменился на зеленый. — Так, голову запрокинуть, нижнюю челюсть выдвинуть… Ушастый! У меня руки большие, да и не получится у меня в него вдохнуть. У меня рот больше, чем его голова.

— И что ты предлагаешь?

— Ты сейчас ему будешь искусственное дыхание делать!

— И как?

— Нос рукой зажми и своими губами его губы прижми и выдохни.

— Ты чего? Ты мне с ним целоваться предлагаешь? — Возмутился, севший рядом с ним ЛегОлас.

— Так то же для дела! Щас на респ уйдет! Делай кому говорю!

— Может не надо?… — ЛегОлас посмотрел на Триника, а затем на Мотодора. — А давай мы его голову тебе в пасть засунем? И ты выдохнешь! Тоже самое ведь получится!

В это время дебаф "кома" закончил свое действие и Триник, резко повернувшись на бок, издал утробный рык и выдал на колени ЛегОласу приличную порцию рвотных масс.

— Фу! Триник, чтоб тебе!

— Уроды!.. Кхе — кхе… Садисты! — Триник принялся ползти подальше от таких "помощников" в сторону речки. — Чтоб вас демоны на изнанку вывернули!.. Скоты!.. Кхе — кхе… Хлорки вам вместо творога на завтрак!

Триник попытался встать на ноги, но не сделав и пары шагов, он воткнулся головой в землю. Мотодор ухватил его за ногу и подтащил к себе.

— Стой! Мы еще первую помощь не оказали!

— Пусти! Прокляну! — Выдав еще порцию рвотных масс, он продолжая проклинать и махать руками, пытался отползти на карачках в сторону речки. Из его рук начал сочиться синий дым.

— Мы ему помогаем, значит, а он вон как! Меткой всех приложить решил?

— Мотя, а ты в курсе, что мы его в клан приняли? — Выдал ЛегОлас рассматривая системки.

— Ничего я его не принимал! — Мотодор полез в системные сообщения и от их содержания у него случился приступ недержания грубых и матерных слов. — Ох тыж екрный бабай! Как его убрать? Выгони его из клана! От него одни неприятности!

— Так мы же сами в уставе ограничения прописали, что выйти нельзя!

— Итить твоюж! И что теперь делать? Как это случилось?

— Что делать? Ждать! Видимо система посчитала, что мы ритуал принятия в клан произвели. Чего‑то мне его дым не нравится! Ты смотри куда он ползет!

Триник продолжал довольно бодро ползти к реке на четвереньках, не смотря на то, что его довольно сильно вело и потряхивало. Из его рук продолжал сочиться синий дым. Когда он прикасался к земле, синий дым обволакивал редкие растения и с ними происходили изменения. Иногда редкие пучки травы желтели и усыхали, иногда меняли цвет с серого, на ярко фиолетовый. Проползая мимо маленького кустика верблюжьей колючки Триник его слегка задел и тот вскочил, словно его чем‑то напугали. Куст изобразив ноги из корешков и руки из веточек, тоненько завизжал и понесся подальше от хаосита размахивая ручками — веточками. За этим приступом паники колючего куста недоуменно наблюдали двое друзей.

— К реке он ползет!

— Как бы не испортил чего…

— Там нашего только удочки…

— И мой арбалет…

— Ушастый придурок! Бегом! — Мотодор на всех парах несся к Тринику, который уже подобрался к арбалету. Он ухватил одной рукой, с которой валил синий дым, за снаряд который торчал немного спереди и хотел уже взяться за ложе для стрелы, но Мотодор успел и выхватил арбалет.

— Ты что творишь! Чуть арбалет хаосом не заляпал! — Начал орать Мотя на Триника. — Тебе Фантика моего мало было? Мало тогда летал?

Подбежавший ЛегОлас выхватил у Моти арбалет и принялся выяснять степень повреждений. Сверившись с описанием, он выдохнул и вытер пот. Арбалет не пострадал.

— Если бы я мог, я бы вам вообще в котелок с кашей насрал!.. Уроды!.. Чего‑то мне совсем хреново… — Триник так и не встал с колен. Даже в положении "на четырех точках" его продолжало мотылять, и потряхивать. — 8 дебафов! ВОСЕМЬ! Да вы совсем охренели!.. Если бы я не опаздывал на работу — хрен бы с вами связался!..

+++++++++++++++++++++

Когда ночь опускается на степь, то тут становится довольно прохладно. Яркая россыпь звезд на небе и огромный полумесяц создавали особую атмосферу. Звезды, не засвеченные огнями городов, воистину прекрасны.

— Интересно, а в реальности они такие же? — Задумчиво спросил ЛегОлас. Они лежали у тлеющих углей костра и рассматривали звезды на небе. В спальных мешках было довольно тепло, а костер уже почти не грел. От дотлевающих углей изредка доносился треск.