Бракованный "Irien" - Юлия Евдокимова

стоявшими в них катерами расплавлены изнутри, видимо, выстрелами из бластеров на максимальной мощности. — Смотрите! Они специально намертво заблокировали шлюзы — чтобы больше никто не покинул корабль. Неужели это один из первых случаев космического безумия? — оглянулся он на капитана.

Станислав пожал плечами, а потом, подумав, кивнул. Синдром Винницкого-Майерса или массовый психоз, охватывающий изолированную в течение долгого времени группу космолетчиков был прекрасно известен каждому, кто налетал не один десяток парсеков за свою жизнь. Как и его симптомы: нарастающий уровень агрессии, традиционно от военных к гражданским (но бывало и наборот), паранойя и бред, нарушения сна и координации, а затем на корабле внезапно вспыхивал бунт со всеми вытекающими: насилием, грабежом, массовыми убийствами и, как и здесь, неконтролируемым побегом в никуда.

— Судьба экипажа "Одинокого Рейнджера" многие годы оставалась неизвестной, судя по архивным записям не спасся никто, — констатировал Станислав, по принятому в космодесанте обычаю прижав руку к груди и отдав честь погибшим. — По-видимому, здесь, в стороне от звездных трасс и оживленных секторов, те, кто улетел на катерах и спасательных капсулах, так и не смогли добраться до границ освоенной людьми или ксеносами Ойкумены.

— Тогда, если и в остальных отсеках крейсера есть воздух — у нас есть шанс добраться до пульта управления гасилкой на центральном мостике и свалить отсюда? — с надеждой взглянул на капитана Тед, наблюдая как тот отдал киборгу бластер: Дэн страховал Михалыча, наблюдая как тот пытается открыть украшенные символикой Земной Федерации, створки главного холла.

— Возможно, но обольщаться что все пройдет быстро и легко, не стоит, — хмыкнул Станислав, на всякий случай вынимая из специального крепления и вибронож. — За столько лет на корабле может завестись что и кто угодно — от мутировавшей инопланетной плесени (в динамике шлема завистливо простонала Полина) до тех самых легендарных паразитов-мозгоедов, которых я в детстве боялся, — в шлеме презрительно фыркнуло.

На очередное посягательство механика внезапно отреагировал датчик безопасности справа от массивных створок: тусклый дисплей тревожно замигал красной рамкой, по старинке, без голосового оповещения, выводя предупреждение о низком содержании кислорода и упавшем давлении в главном холле. Дэн невозмутимо пристроил шлем обратно, а вслед за ним торопливо проделали то же самое и остальные.

Просторное помещение центрального холла размером с половину стандартного футбольного поля встретило космолетчиков разрухой и запустением: на полу лежал толстый слой пыли с частично мумифицировавшимися останками тех, кто не успел добежать до аварийной палубы, экраны оповещения под потолком потрескались и обуглились от прямого попадания бластеров, а на стенах кое-где виднелись так знакомые капитану черные кляксы горелой плазмы.

Краем глаза Станислав заметил как никогда не выказывавший склонности к религии Теодор спешно перекрестился, обходя характерно оплавившийся пластиковый холмик информационной будки: внутри он заметил скорчившиеся останки сразу двух человек, по-видимому, оператора и дежурного администратора. Пилот не забыл прихватить любимую монтировку с "Мозгоеда" и сейчас то и дело машинально вертел ее в руках, описывая замысловатые восьмерки.

Пока космолетчики оглядывались, Дэн уже успел описать полный круг по всему залу, просканировав тела погибших на предмет оружия, но ничего так и не нашел — видимо, те, кому удалось покинуть крейсер, забрали его с собой. Внезапно киборг напрягся, окаменев всем телом и Стас сразу же заметил это:

— Дэн, что там у тебя?

— Зафиксировано движение в третьем правом коридоре по направлению к машинному и арсеналам, — сухо ответил DEX, снимая бластер с предохранителя. — И сразу пропало. Так не бывает.

— Он прав — как такое может быть? Призрак что ли? — нервно хохотнул Теодор в динамике капитанского шлема, но сразу замолчал — сейчас было не время для шуток.

Дэн резко развернулся в противоположном направлении:

— Замечены две биосигнатуры весом до 300 килограмм, движутся с малой скоростью, — доложил киборг, переходя из охранного режима в боевой. Навигатор пригнулся за упавшей набок секцией старых пластиковых кресел и принял оборонительную стойку. — И пропали. Ничего не понимаю. — Дэн совершенно по-детски оглянулся на капитана, жутковато подсвечивая полумрак огромного зала красными всполохами глаз.

— Что бы это ни было — встречаться с ним, точнее с ними мне совершенно не хочется, — ответил Станислав, сейчас откровенно тоскуя по возвращенным Винни плазмометам. — Так, где там проход к центральной рубке управления?

— Туда, — указал направление Дэн, его не смущали разбитые и закопченные указатели на стенах, сканер легко воссоздавал нужную картинку на внутреннем экране киборга. — Включите фонарики, освещения во внутренних переходах нет вообще — реактор работает на минимальном режиме холостого хода и дает напряжение разве что на сам капитанский мостик, систему жизнеобеспечения и гравитатор, да и то — так себе.

Благодаря уверенно ступающему во мраке навигатору (здесь и сейчас — в прямом смысле этого слова) космолетчики осторожно пробирались по длинному, кое-где заваленному старой мебелью и оборудованием коридору, Станислав уже начал чертыхаться про себя, ощущая легкий приступ клаустрофобии и слыша как позади на что-то невразумительно ругается Михалыч.

Вскоре капитанское терпение было вознаграждено: вперед неярко замерцала окантовка традиционно круглой и особым образом укрепленной стальной пластины, за которой и располагалась рубка управления. Но Дэн предостерегающе замер перед ней, приложив ладонь к старинному выпуклому сенсору и запустил углубленное сканирование:

— Воздух там сейчас есть. Система вентиляции включилась автоматически, когда Михалыч запустил ее с аварийного шлюза. Но до этого — не было. Конечно, управление бортовым компьютером здесь аналоговое и должно быть защищено от вакуума, но все же…

— Тебя тревожит что-то еще? — отрывисто спросил капитан.

— Да, — дернул головой киборг. — На грани интуиции и восприятия. Там. что-то не так. Почти как тогда — на Самородке.

— Парни, максимальная готовность! — скомандовал бывший старшина, ощутив знакомое дежавю. — Денис, что там еще показывает твой сканер?

— Слишком толстая пластина двери с шумопоглощающей и антивандальной защитой, сигнал теряется, — невозмутимо ответил киборг, но в следующий момент круглая пластина двери поддалась ожесточенно ковырявшемуся в очередном щитке механику и космолетчиков сбила с ног мощная воздушная волна из-за разницы давления в рубке и собственно коридоре. На ногах традиционно устоял только Дэн.

На прозрачном щитке шлема внушительным слоем осел вырвавшийся из рубки пепел и в первый момент Стасу почудилось, что он ослеп. Ожесточенно протерев рукавом скафандра стекло, капитан осторожно заглянул в святая святых корабля: но разобраться в том, что когда-то здесь произошло было бы непросто даже матерым следователям из ПСБ. Все поверхности, пульты управления, кресла и то, что осталось от людей — покрывал все тот же вездесущий слой темного с белесыми вкраплениями пепла.

— Походу тут взорвали термобарическую гранату, а то и несколько, — мрачно заметил Теодор, осторожно продвигаясь к центральному обзорному