Наталия Чернышова - Привидение-стажер

— А Викентий Андреевич и сам очень добрый и обаятельный, только дела ведет со злыми и скверными бандитами, а так — душа человек.

— А что за дела?

— Дела действительно нехорошие — сказал заметно помрачневший Женя — они собираются устроить подпольную мусорку ядерных отходов у нас в области. Ввоз планируется осуществлять через подставных лиц из той самой Молдавии. Как будто у нас собственных радиоактивных свалок не хватает.

— А я-то думала, что это просто махинации с какими-нибудь нефтедолларами

— Ну, из-за этого я не стал бы прошибать головой стену. Когда постоянно занимаешься политикой и политиками, начинаешь относиться к этому как некой условности с правилами или без, но вот свалка радиоактивных отходов под боком мне как-то совсем не кажется условностью. Не пройдет и полувека, как проблемы дискриминации шестиногих футболистов могут показаться пустяком по сравнению с появлением долгожителей, разменявших третий десяток.

— Убедил. А почему ты думаешь, что так легко найдешь своего Монастырского? Тебя что без церемоний соединят с администрацией?

— Нет не запросто, придется немного помухлевать.

— Тогда я спокойна. С этим у тебя проблем не будет. — В предвкушении зрелища я собралась устроиться на столе.

— Лучше подожди в гостиной, — внезапно заскромничал Женя — Я же тебе обещал говорить правду и только правду. Так что боюсь в твоем присутствии в роль не войду.

Через 10 минут появился сияющий Женька с докладом

— Его пока нет на работе, но…Даша, ты где?

— Здесь.

— А я испугался, что ты ушла.

— Уж если я не сделала этого раньше… просто мне проще быть невидимой. Это более естественное для меня состояние. Так что там с Монастырским?

— С позавчерашнего дня он с семьей на даче в Ялте. Еще не вернулся, но должен появиться к часу. Ну, как тебе оперативность?

— Потрясающе! Может тебе стоит просто пойти к нему, поговорить по душам, он даст показания в милиции, а сам уйдет в монастырь на покаяние?

— У всех чудес тоже бывают границы, так что придется и тебе постараться.

— А вдруг он уже встретился со своими бандитами?

— Не думаю. Сомневаюсь что он совмещает деловые встречи с семейным отдыхом. Сотовый, — он помахал бумажкой с номером, — Недоступен, значит, связаться с ним, они тоже не могут… пока. Так что ловить его придется сразу на работе. Кабинет 314, расположен на 5 этаже корпуса 7а. Наверняка ему сегодня должны отрапортовать о вчерашнем обломе. Так что есть шанс узнать подробности из первых рук.

— К слову, о подробностях, не прояснишь мне один момент, раз уж мы играем в открытую — насколько случайно к тебе попали те документы?

— Семь месяцев вкалывал как папа Карло — признался он. — А знаешь, я даже рад, что все так получилось. Здравомыслящий партнер гораздо лучше, чем послушная марионетка.

— Да, конечно, партнеру можно хамить, не опасаясь выйти из образа.

— Никогда! Что бы я грубил даме?! Я скорее съем свой ноутбук! — высокопарно изрек Женя. И тут же сменил высокий штиль на заинтересованный:

— Кстати, о еде. Интересно, что там у Макса в холодильнике завалялось, а то с таким питанием я тоже скоро смогу через стенки проходить.

А в холодильнике завалялось немного — банка ананасов, бутылка масла и ностальгические кильки в томатном соусе, правда, с истекшим сроком годности. Под конец, отчаявшийся голодающий Поволжья разыскал в морозилке кусок мяса и почему-то пачку острого перца. Разложив добычу на столе, и печально глядя на получившийся натюрморт, Женя в первый раз совершенно искренне и с непритворной тоской в голосе произнес.

— Не представляю, что из этого можно сделать.

Надо же, оказывается, хоть что-то может поставить его в тупик. Но потом я вспомнила о христианском милосердии и постаралась войти в его положение.

— Сейчас посмотрим. На самом деле все не так страшно вот, к примеру, из ананасов и мяса может получиться прекрасное жаркое по-китайски в сокращенном варианте. А если ты найдешь еще и немного риса…

— Звучит как сказка! — надо было видеть, с какой светлой надеждой во взоре уставился на меня страдалец.

— Значит так, во-первых, мясо надо измельчить, а потом обжарить. Вообще-то я неплохо готовлю — заметила я воспарив в поисках ножа. И появившаяся было надежда потухла в его глазах

— Какая разница! Ты ведь даже сковородку в руки не можешь взять

— Зато ты можешь. Будешь моими руками. Остальное я беру на себя. — жизнерадостно утешила я его. — Все равно другого выхода у тебя нет. Разве что можешь попытаться съесть кильки.

И новоиспеченный кулинар со вздохом принял свой жребий. Полчаса Женя добросовестно пилил на куски перемерзшее мясо, после чего с сомнением окинул взглядом результат своей деятельности:

— Сколько же это еще готовиться будет? Я тут так и умру!

— Эх, молодежь, молодежь — я уже вошла в роль пузатого шеф-повара — Всему вас учить надо. Подозреваю, учитывая размеры бара, бутылка водки найдется в этой квартире?

— Ты что, предлагаешь, есть эту, гм, строганину и запивать водкой для дезинфекции?!

— Нет, конечно, хотя стоило бы на это посмотреть. Просто надо пожарить мясо в ней. Это будет в 5 раз быстрее.

Недоверчиво качая головой, Женя скрылся в гостиной и вернулся с бутылкой текилы.

— Сойдет. Будет китайско-мексиканское жаркое. Ну же, смелее.

Результат нашей совместной работы, как ни странно выглядел вполне аппетитно. Правда, пришлось отгонять Женьку, который норовил утащить ананасы из полуготового жаркого.

— Вкусно?

— Не то слово. Мне определенно понравилась эта интернациональная кухня. — промычал он с набитым ртом.

— Жизнь прекрасна — Женя с довольным видом откинулся на спинку дивана.

— А спасибо? — возмутилась я

— Ой, извини, совсем забыл. Большое спасибо, у тебя золотые руки. Жаркое прекрасно удалось.

— Так-то лучше, на здоровье. Но это ты еще не пробовал рыбное суфле «ля Вуазьон». Могу приготовить его на ужин…

— Хм, слышал я про одну ля Вуазьон, она, кажется, специализировалась на ядах при Людовике XIV. А почему тогда не десерт имени Тофаны? Лучше я запасусь пельменями, если ты непротив. Можешь сварить мне их на обед.

— Всегда рада помочь, только где ты их возьмешь?

— Куплю по дороге, когда пойду забирать кассету

— Это та, из твоих стратегических запасов?

— Она самая. Но на самом деле, это так, вспомогательный материал. Я на нее особенно и не рассчитываю. На ней редактор убеждает меня забыть о делах Монастырского.

— Угрожал, а потом когда ты отказался…?

— Да нет, к убийству Михалыч уж точно не имеет отношения — не его полет. Оперировал все больше ссылками на библию, а потом и на Линкольна с Франклином.

— Он что взятку предлагал? Много? Дашь послушать?

— Не смотри на меня с таким восхищением. Разуметься, отказался — от моего редактора я бы и Тадж-Махал брать постеснялся. Впрочем, и от Монастырского тоже. А послушать, пока не получится. Запись была качества неважного, и я отдавал ее от шумов почистить, неофициально конечно, ребятам из судебной экспертизы. Они со звуком просто чудеса творят. И теперь надо ее забрать. Вдруг все-таки пригодиться редактора припугнуть. Если, разумеется, дело еще у него.

— Думаешь, он его мог отдать Монастырскому?

— Кто его знает? Но это был бы наихудший вариант. Пока бумаги у редактора, есть шанс их получить обратно. А вот на месте Монастырского я бы их сразу уничтожил. Но будем надеяться на лучшее.

— И все-таки я не одобряю эти прогулки по городу, пока вообще ничего не известно об их планах.

— Но кассета нужна сейчас, а когда все выяснится, то зачем она мне вообще тогда. Да и за едой, например, надо выйти.

— У тебя только еда на уме.

— Зелен виноград?

— Глупости! Просто мне кажется, что самому напрашиваться на неприятности это, по крайней мере, неумно.

— Но я же не могу все время сидеть взаперти. Рано или поздно мне надо будет выбраться из дома.

— Да, но…придумала! Тебе надо изменить внешность. — я оценивающе прищурилась — может парик?

Женя посмотрел на меня как на ненормальную:

— Ты где-нибудь в нашем городе видела магазины мужских париков или предлагаешь переодеться в женщину?

— А что, это идея!

— Нет, это отпадает — тоном, не допускающим возражений, заявил он.

— Ну, ладно, можно просто перекраситься

— Идея хорошая — задумался он — сменить прическу, потом еще переодеться, темные очки… Но для этого все равно придется идти в парикмахерскую и магазин. Тогда какая разница?

— Во-первых, парикмахерская — последние место, где тебя могут искать, а во-вторых, можно вызвать мастера на дом. А в-третьих, чем идти в магазин, попробуй залезть в шкаф твоего домовладельца. И кто из нас гений?