Королевский шут-2 (СИ) - Лахов Игорь

— Трус, говоришь?.. — тихо сказала Греяна. — Нет! Ты абсолютно нормальный человек! Более того! Это героизм — оставаться таким, когда всё рушится! Не ожесточиться до крайности! Не мечи будут строить новую Империю, а те, кто ненавидит их. Те, которые не допустят войн и насилия, пресекая беды в зародыше, чтобы жить без страха за близких. Мы все “трусы”… Других рядом видеть не хочу! Мне тут Король Шутов передал одну интересную тетрадь… Стихи виконта Ласмана. Великий человек! Читаю и душу обретаю с каждой строчкой! Ему тоже претила война и насилие, но, когда пробил час выбора, Ласман без сожаления взял в руки оружие и пожертвовал собственной жизнью ради других. Ты, Саним, ничем от него не отличаешься, хоть умеешь красиво складывать числа, а не слова. Спасибо тебе за это! И вам, друзья, всем спасибо!

Принцесса неожиданно низко поклонилась каждому. Такой я ещё её ни разу не видел! Горечь и надежда, боль и гордость слезами катились по её красивому лицу.

— И раз уже заговорили о подвигах, — немного придя в себя, продолжила Греяна, — то хочу, Илий, упомянуть твою жену. Оказывается, она своей с виду глупой выходкой, забравшись на дэара, смогла тогда остановить большую резню, о возможности которой узнали только сейчас. Маленькая, беременная… Если б не её ум и смелость, то неизвестно, чем бы закончилось! Сдержать толпу смогла лишь Фаннория, показав своим примером, что не тех бояться стоит! Есть идея… Ни в Нагорном королевстве, ни в Империи ещё никогда не было орденов для женщин. Мужчинам хоть увешайся за разные “доблести и верности”, а вот… Я хочу учредить единственный в своём роде женский орден. “Орден Колокольчика”! Получить его будет непросто и лишь только за особые заслуги, но он необходим!

— Да хоть два! Только ей пока о своей идее не говори, — попросил я. — А то ведь прибежит вначале спорить, что ничего такого не сделала, а потом с советами и списком особо отличившихся. Она же на женской половине власть к своим маленьким ручонкам прибрала, и считает каждую героиней. Тебе нужны скандалы, если хоть одну кандидатуру пропустишь?

— Хорошо. Не буду. С ней “бодаться” бесполезно, если не Король Шутов! — кивнула принцесса.

— Кстати! — решил я продолжить тему. — Помнишь, ты мне предлагала придумать тебе официальное прозвище и не перепоручать это дело жене? Я не сдержался и рассказал. Фанни ухватилась за подобное и два дня донимала меня различными вариантами.

— Что было ещё, кроме Пегой? — насторожилась принцесса.

— Лучше не спрашивай — больше нервов сохранишь! Но вот последнее… Греяна Благословенная! Что скажешь? Творцы на абы кого внимание не обращают, если ты поняла, о чём я.

— Благословенная? Знаешь что, Илий… “Орден Колокольчика” будет из чистого золота и с большим рубином посередине! В форме сердца! И мой тебе приказ! Как придёшь к себе, то сразу расцелуй Фанни! Крепко расцелуй! Обязательно скажи, что это от моего имени! Я её тоже расцелую, но чуть позже!

51. Два полюса жизни

Мы были готовы… Не так! Мы понимали, что время закончилось и больше тянуть нельзя. Завтра на рассвете состоится ненастоящий Гон, который покажет, к чему мы пришли за несколько недель. Завтра будет очередное последнее утро, которое будем встречать, молясь дожить до вечера. Завтра…

Все слова уже сказаны, распоряжения отданы и осталось одно — провести ночь с близкими людьми. Я пошёл к Фанни, которая, как и все, не спала, погружённая в тревожные мысли.

— О чём ты думаешь? — обняв, спросил её и присел рядышком на бревно около небольшого костерка, который развела жена.

— Как жизнь прожила. Часто вспоминаю… — ответила Фанни, не отрывая взгляда от огня. — Столько всего случилось… Вначале безоблачное детство, потом весь ужас в рабстве у Пириасса, Школа Шутов, дворец… Я вот до сих пор не могу понять одного. Ты жил в своём мире, а я в своём. Шанс того, что встретимся, даже не представляю, какой маленький! Но ведь сейчас сидим вместе, а наши дети ждут не дождутся момента, чтобы появиться на свет. И скоро может всё закончится… Если не завтра, то в любой миг. Не будет ни тебя, ни меня, ни наших крохотулек. Зачем нас свели Творцы? Чтобы разрушить построенное ими же? Прости… Сумбур в голове…

— Тоже задаюсь этим вопросом, родная. Тяжело на душе, но почему-то есть уверенность, что всё только начинается. Не спрашивай, почему — не смогу ответить… А жизнь у нас получилась, действительно, насыщенная! Даже не событиями больше, а эмоциями! И если бы мне сейчас предложили прожить её заново и умереть в предстоящей войне или “тянуть лямку” на Земле ещё сто лет, то выбрал бы первое! Ни о чём не жалею! Гореть нужно ярко! Пусть недолго, но красиво! Я — шут, а ты — моя шутовочка!

— Ты в шутовской братии не один такой развесёлый! — раздался в темноте знакомый бас, который ни с кем не перепутать. — Правильно, Илий, говоришь! Горим все! Красиво горим!

— Парб?! А ты чего тут делаешь?!

— Мы оба делаем, — ответила появившаяся у костра Ланирия. — Чего-то к вам потянуло. Так всегда было перед серьёзными выступлениями во дворце. Помните? Сидели, пирожные лопали и дурь всякую несли. Хорошее время было, если разобраться. Тревожное, конечно, но все вместе, как сжатый кулак! А сейчас разбрелись… Понимаю, что не просто так — забот у каждого полон рот, но жалко прошлого…

— А мне не жалко! Пятьдесят лет бездушия все… Хатшево дерьмо! Штих! Опять мне ногу отдавил!

Юнолина нарисовалась, держа за шкварник Хитрована.

— Вот! Принимайте! Сидит и нудит: ”К нашим хочу! К нашим хочу!” Не отпускать же одного в потёмках бродить?!

— И не так всё было! Юнолька сама напросилась! — выдал свою версию событий Штих. — Говорит: ”Пойдём к Фаньке с Доходягой, хоть поржём напоследок, как нормальные люди”.

— Сволочь ты, носатый! Мог бы любимую архимагессочку и не выдавать! Подожди! Ещё отыграюсь на твоём обучении!

— А потом я, когда обучусь и стану архимогучей тебя! Угораздило же в ведьму влюбиться! Не повторяйте моих ошибок!

Все рассмеялись, слушая их привычную перепалку. Хитрован с Юнолиной давно переплюнули даже меня с Колокольчиком, проверяя друг на дружке степень остроты своих языков.

Гости на этом не закончились. Минут через десять появился Сыч, а за ним и Саним Бельжский с Долореей.

— Не помешаем молодёжи? — интеллигентно поинтересовался казначей. — Старшие дочери к кавалерам пошли. Когда ещё свидятся? А мы вот к вам решили… Грустно…

— Садись, тесть, и ты, тёща дорогая! Не всё же нам у вас в особняке гостевать! Теперь у Короля Шутов во “дворце” покуролесим! — добродушно предложил Парб. — Только со жрачкой у него плоховато — придётся воду по кишкам гонять!

Я смотрел на такие знакомые и родные лица. Все тревоги моментально отступили и захотелось чего-то волшебного. Хотя… А ведь волшебство сейчас уже происходит! Мы сидим, пьём из кружек горячий отвар, вдыхаем ароматный запах костра и говорим… Душами говорим, не обращая внимания на слова! И вдруг Фанни запела… Её чистый, звонкий голос заставил всех умолкнуть, растворяясь в серебряных нотах, зовущих за собой в чудесный мир без проблем и насилия. В мир, о котором так мечтают все! Постепенно песню подхватили остальные… Кроме меня. Эх! Не дали мне Творцы хоть какое-то подобие слуха и голоса, поэтому я, со счастливой улыбкой во всю морду, просто сидел и отбивал ритм, хлопая в ладони…

— Слышишь? Поют! — отвлёкшись от карты местности, сказала Греяна замершему Волраду.

— Фаннория… Я её голос не раз слышал во дворце. Может, пойдём послушаем? Чего тут по тысячному разу одно и то же рассматривать? И так уже всё решили!

— Нет. Пусть уж без нас. На том празднике начальство лишнее — дай людям расслабиться.

— Мы тоже люди… Перволюди. Странные, конечно, но душа просит чего-то!

— Просит? — с хитрецой посмотрела Греяна на собеседника. — Принцесса не подойдёт?

— В смысле?

— В прямом!

Женщина ловким движением смела все бумаги со стола и привлекла к себе Волрада.