Олег Шелонин - Арканарский вор. (Трилогия)

– Чревоугодие грех, – назидательно сказал Арчибальд, – а трактирные изыски еще надо отработать. Не забывай: ты теперь секретный агент, и тебе исправно платят зарплату где–то там, в Гиперии, которая аккуратно кладется на счет твоего брата в его банке, в смысле на твой счет, но, чую, Одуванчик столько с него поимеет… нда–с. Не отвлекай, продолжим. – Арчи перевернул страницу. – Создание агентурной сети. Ну троих я уже создал, что там дальше? Не менее семи человек. Он там что, обалдел? Где я столько найду?

– Ты читай, читай, – поторопил друга гигант.

– Найти место для тайных встреч. Какую–нибудь простую, неприметную конспиративную квартиру. Интересное предложение. Напрягайте мозги, секретные агенты, у кого–нибудь на примете такое место имеется?

– А помнишь, как вы с Одуваном в Гиперии бизнес раскрутили?

– Это ты насчет магазинчика, Дифи?

– Ага. Давай и тут магазинчик забацаем?

– Нет, надо что–нибудь новенькое, – воспротивился Арчибальд.

– Зачем? – пожала плечами Дуняшка.

– Повтором тянет. Расшифруют, гады!

– Да, про ваш с Одуваном магазинчик вся Гиперия знает, – согласился деревенский колдун. – А куда мы вообще–то идем?

– Прямиком к храму Трисветлого!

– Надеюсь, не каяться собрался? – заволновался Дифинбахий. – Лучше не надо. Вдруг он секретных агентов не любит.

– Типун тебе на язык! Я просто совета попрошу.

– У Трисветлого? – заинтересовалась Дуняшка.

– Будет он такой мелочовкой заниматься!

– А–а–а, – сообразила девушка, – у его апостолов.

– Угу, – хмыкнул Арчи, – там их, около входа, столько сидит!

Ноги уверенно несли афериста вперед. Хоть в этом городе он был впервые, но дорогу к храму уже знал. Как истинный профессионал, Арканарский вор тщательно подготовился к первому выходу в свет, составив карту города по рассказам тех, кто здесь уже бывал. Дорога вывела их к центральной площади, на которой, между особняком мэра города и трактиром «Потерянный Рай», располагался храм.

– Дуняшка, дуй внутрь. Помолись перед Трисветлым за нас, грешных, – деловито распорядился Арчибальд, – и без его благословения не приходи. А я тут пока с апостолами поговорю.

Дуняшка послушно вошла в храм, где шла утренняя служба, и исчезла в темном проеме обители Божьей.

А наметанный глаз афериста уже выбрал из толпы нищих достойную для беседы кандидатуру. Хотя она сидела и не на самом почетном месте, поближе к входу, но что–то в жуликоватых глазах попрошайки подсказало пройдохе, что это именно тот, кто ему нужен.

– Зачем они тебе? – волновался гигант, оглядывая скопище оборванцев.

– Хочу наладить связи с серьезными людьми Альдерона, – таинственно прошептал аферист. – Без их поддержки наша миссия будет провалена.

– Это – серьезные люди? – выпучил глаза Дифинбахий.

– Еще какие! Так, тихо! Не мешай налаживать контакты.

– Пода–а–айте на пропитание хромому, убогому, голодному, бездомному… – профессионально гнусавил выбранный Арчибальдом «апостол», сидя на голой земле и мерно раскачиваясь над своей замызганной шляпой, выставленной напоказ.

Дифинбахий, увидев, что Арчи начал вынимать из кармана золотой, сердито зашипел:

– Отдай золото!

– Это что, бунт?

– Не бунт, а забота о нашем благополучии. Ты ж ведь сейчас все нищим отдашь, а самые нищие – это я… и Дуняшка.

– Брысь! Сейчас ты увидишь, как деньги делают деньги.

Арчибальд приступил к делу:

– Пламенный привет доблестным работникам альдеронской паперти. Как бизнес? Процветает? На особнячок себе скопил?

– Господин студент шутить изволит, – сделал благостную физиономию нищий. – Мне бы убогому на корочку хлеба сегодня набрать, чтоб с голодухи ноги не протянуть.

– Знавал я в Арканаре одного такого убогого. Жабером зовут. Его апартаментам сам король позавидовать может.

– Не знаю никаких Жаберов. Пода–а–айте подаяние на пропитание хромому, убогому, голодному, бездомному…

– Ша, дядя. Есть дело. – Арчи подкинул золотой. Нищий проводил глазами сверкающий на солнце кругляш вращающейся монеты, судорожно сглотнул слюну. Золотой опустился на ладонь афериста. – Ну что? Почирикаем?

– А то!!!

– Нужно местечко, типа таверны или кабака, где достойный народ собирается… Из деловых. Ты понимаешь, о чем я?

– А то! Есть такое место.

Арчи кинул ему в шляпу золотой:

– Где?

– У меня.

– А что у тебя?

– Трактир.

У Дифинбахия глаза полезли на лоб.

– Уразумел, какой это прибыльный бизнес, Дифи? – хмыкнул аферист. – Случайно не твой? – кивнул он в сторону «Потерянного Рая».

– Не… этот для важных господ. А мой днем не работает, – честно признался нищий, – только по ночам. Для этих самых, деловых. А их тут маги так придавили, что… прогораю, короче. Вот, на паперти сижу, чтоб концы с концами свести.

– Тяжелый случай, но излечимый. Тебе крупно повезло, мужик.

– В чем?

– Трисветлый послал тебе избавление в моем лице! Мы это исправим. С этого дня трактир работать будет круглосуточно. Где там наше заведение!

– Что значит – наше? – заволновался нищий. – Мое заведение!

– Нет, наше. Разве я тебе не сказал, что ты теперь в доле?

– Нет.

– Какой я рассеянный! Короче, я твой трактир выкупаю, – Арчи вынул из складок мантии солидный кошель и плюхнул его в руки убогого. – За десять процентов работать согласен? Учти, дневная выручка будет не меньше, чем я тебе сейчас дал.

Нищий раскрыл кошель и тихо ахнул при виде свалившегося на него богатства.

– Да за такие деньги…

– Сейчас дождемся Дуняшку и…

– Я здесь, барин! Дай я тебя Трисветлым благословлю и пойдем скорей отсюда, пока не догнали.

Арчи оглянулся. Глаза материализовавшейся перед ними девицы были очень испуганными. В руках она держала чудотворную икону Трисветлого.

– Ты зачем ее из храма сперла? – выпучил глаза аферист.

– Да я просила у него благословения, просила, а он молчит. А тут какой–то гад меня за по… ускоритель потискал, ну он и включился. Я икону хвать! И к вам…

– Где этот гад? – прохрипел Арчибальд, наливаясь кровью.

– Да вон он.

Из храма вышел маленький пухлый мужичок в роскошном камзоле, поправил на голове букли седого парика и начал озираться.

– Меня, кажись, ищет. Глянулась я ему.

– Арчи, не надо, убьешь! – испугался Дифинбахий. – Лучше я сам. Дуняшка, держи его!

Дуняшка откинула в сторону икону, вцепилась в барина, рвущегося в бой, и только благодаря этому Дифинбахий его опередил. Кулак гиганта вмял голову незадачливого ухажера Дуняшки в плечи, и он грузно осел около входа в храм, заставив потесниться нищих. Парик шлепнулся на землю рядом с ним. Из глубины храма слышались испуганные возгласы: «Грядет конец света! Трисветлый покинул нас!!!»

Арчибальд прислонил мужика к стене и включил ускоритель подруге:

– Икону на место быстро!

Вихрь умчался, и вопли ужаса в храме сменились радостным ликованием: «Он вернулся!!! Трисветлый с нами!»

– Как мало надо людям для счастья, – вздохнул Арчибальд. – Ладно, пошли отсюда. У нас еще дела. Ты тоже, – кивнул он нищему.

Тот ошалело кивнул головой и, подобрав свой нищенский скарб, двинулся вслед за друзьями. И вовремя, так как из храма уже валила возбужденная таинственными событиями толпа. Служба кончилась.

– Ого! – присвистнул Арчи, оглянувшись. – Вы только гляньте, какой улов! – Седой парик незадачливого ухажера Дуняшки был уже доверху заполнен золотыми монетами, а толпа все кидала и кидала. Аферист повернулся к нищему: – Учись! Видал, как подают!

– Ему попробуй не подай, – пробурчал нищий. – Это ж Лужан, мэр Альдерона.

– Видать, большая у него растрата, раз рядом с нищими не погнушался сесть, – посочувствовал Арчибальд.

– А подают щедро… – завистливо вздохнул Дифинбахий.

– Что делать, барин? – испуганно пискнула Дуняшка.

– Ноги, пока он не очухался, – порекомендовал Арчи. – Только не спеша. Эй, как там тебя…

– Стивен.

– Слишком длинно. Будешь Стив. Где там наш трактир? Показывай!

И они деликатно сделали ноги, стараясь не привлекать к себе внимания. Как только храм Трисветлого скрылся за поворотом, несчастный хромой калека откинул костыли в сторону и бодрым шагом двинулся вперед.

– Теперь мне они уже не потребуются, – радостно сообщил он, любовно поглаживая кошель.

Путешествие их завершилось чуть не у ворот Академии. Они не дошли до нее всего два квартала.

– Вот он, наш трактир, – гордо сообщил Стивен, указывая на солидное трехэтажное здание с большим амбарным замком на дверях центрального входа. Трактир был хоть и огромный, но очень запущенный. Грязные окна, облупившаяся краска, заколоченные крест–накрест окна на третьем этаже…