Ксения Чайкова - Принцесса и ее рыцарь.

А может, это действительно судьба?! Ведь каким-то чудом мы столкнулись на улице, хотя и я, и Эло вполне могли пойти другим маршрутом, разминуться и не встретиться. Да вот только не верю я в судьбу. Каждый человек получает то, что заслуживает. Но неужели в наказание за мои грехи мне положено замужество с кем-то из этого мира?!

Побродив по торговым рядам, я после продолжительных споров и пререканий с продавцом (он с возмущением долго отказывался от «примерки» корзины на щенка) купила-таки внушительных размеров плетенку для Шэра и направила свои стопы в сторону гостиницы. На душе было на редкость погано. Очень хотелось поговорить хоть с кем-нибудь. Шэр, конечно, идеальный слушатель, но он, к сожалению, не может дать дельный совет и прикинуть линию моего поведения. А больше и разговаривать не с кем, Эло, как заинтересованная сторона, отпадает сразу, а Ариан наверняка не сможет предложить ничего дельного, кроме поздравлений и восторженных вздохов.

А во дворе гостиницы мне стало еще хуже. Эло поджидал меня на крыльце, и проскочить мимо него не было никакой возможности. Гордый и довольный нелюдь продемонстрировал мне изящную снежно-белую кобылку и удобное седло из мягкой кожи. Спрашивать, для кого предназначается вся эта красота, было просто глупо. Я мягко похвалила покупку, и впавший в нездоровый ажиотаж эльф стал настаивать на немедленном отъезде. Его по-подлому поддержал Ариан, который, похоже, спал и видел, как бы сбыть меня с рук — бедный рыцарь-граф разрывался между совестью и общечеловеческими чувствами вроде тяги к комфорту и желания быть подле обожаемой невесты. С одной стороны, свою миссию принцессы Кеи я выполнила, так что вроде бы светловолосый рыцарь избавлен от своих обязанностей телохранителя и охранника, но с другой — честь и совесть не позволяли Ариану бросить меня в чужом мире без присмотра и опеки. Воевать с ними обоими у меня не было ни сил, ни возможностей, так что пришлось согласиться. Тепло распрощавшись с Арианом (рыцарь попытался шарахнуться, когда я на глазах у своего скрежещущего зубами венценосного жениха расцеловала его на прощание, но был мгновенно пойман и облобызан с двойным жаром), через час я уже махала рукой башням Неалона, искренне надеясь, что вижу их в последний раз в жизни.

Эло, услыхав, как я вполголоса мурлычу: «до свиданья, мой любимый город, я почти попала в хроники твои…», иронически уточнил, так ли уж был любим Неалон и отчего только «почти попала», ведь королеве Кее явно посвятят не одну страницу упомянутых хроник. На что получил не менее ехидный ответ: нечего остроухим лезть в рок-музыку, раз они в ней ничего не понимают и даже не пытаются понять, а только насмешничают и машут ушами. Нелюдь, и впрямь плохо соображающий, что такое рок-музыка и с чем ее едят, надулся и обозвал меня заумной занудой. Я только фыркнула в ответ, решив не вступать в полемику относительно своих умственных способностей и музыкальных пристрастий.

Остаток дня прошел как-то на редкость мирно и спокойно, Я, позабывшая, что такое жесткое седло под пятой точкой теперь с глухими стонами освежила эти на редкость неприятные воспоминания и, скрежеща зубами, пообещала себе, при первой же возможности пересяду на что-нибудь более достойное невесты эльфийского принца — например, на бархатные диванчики позолоченной кареты. Вдруг ни с того ни с сего вспомнилась давняя детская мечта (да какая девочка нестроит подобных воздушных замков в пять лет?!) — выйти замуж за прекрасного светловолосого принца и в день своей свадьбы проехать по улицам в открытом экипаже, запряженной тройкой белоснежных лошадей... Похоже, этого я накушаюсь полной ложкой. Люди, будьте осторожны со своими желаниями и мечтами — они имеют обыкновение сбываться!

Единственный конфликт произошел уже вечером, когда мы остановились в небольшом сельце на ночлег. Причиной склоки послужило размещение в гостинице, Я очень спокойно и не повышая голоса попросила себе отдельную комнату, чем вызвала несанкционированное отвисание варежки у своего жениха и ошеломленный взгляд хозяйки постоялого двора, которая явно готова была еще и приплатить, лишь бы самой оказаться в отвергаемой мною постели.

— Почему?! — попробовал спорить Эло.— Ты будешь ночевать со мной, и точка!

— Да я лучше на пороге лягу! — мрачно отозвалась я, порядком разозленная столь откровенными и ничем не завуалированными намеками. Трактирщица, глядящая на красавчика-эльфа как пухоед на новую подушку, потрясенно ахну — Если тебе жалко денег на две комнаты, то я вполне смогу оплатить себе отдельный номер!

— Да при чем здесь деньги?! — возмутился эльф.— Потрясающее типично женское умение перевернуть все с ног на голову! Просто я не понимаю почему...

— Я честная девушка! Только после свадьбы...— ехидно пропела я, с наслаждением следя за медленно, но верно вытягивающимся лицом Эло, который наверняка вообразил, сколько лет той самой свадьбы ждать.— А если серьезно, то я просто жду каких-то более официальных действий вроде помолвки или знакомства с родителями. Извини, милый, я не доверяю предпостельным обещаниям мужчин! — Выпалив последнюю фразу, я подхватила свою сумку и спокойно обратилась к хозяйке постоялого двора, прислушивающейся к нашему обмену любезностями с пораженным видом человека, откровенно не верящего своим ушам: — Закройте рот, уважаемая, проводите меня в свободную комнату, приготовьте ванну и ужин! Да, мне еще чем-то собаку нужно кормить...

Баба бестолково затрясла головой, словно дивясь моей глупости и наплевательскому отношению к красавцу-эльфу, но покорно затопала по коридору, указывая путь. Я оставила потрясенного нелюдя переваривать мои жизненные принципы, высказанные в жесткой и откровенной, зато на редкость правдивой форме, и отправилась за хозяйкой, спиной чувствуя тяжелый взгляд принца и уже начиная сомневаться, не перегнула ли палку. Не выдержав, я оглянулась:

— Эло, лучше не трогай меня сейчас, я злая и у меня шея болит! — Я демонстративно дотронулась до свежего пореза и с удовольствием полюбовалась на медленно расширяющиеся зеленющие глаза нелюдя.

Ха, неприятно?! А нечего было на меня с ножиками наваливаться!

Чудом не подравшись на постельной теме, мы все-таки ухитрились доехать до Города-под-Кленами в полном составе. Надо сказать, я по-другому представляла въезд наследника престола в свой город — более официальным и торжественным, что ли. Но мы как простые люди-эльфы миновали городские ворота и, спешившись, двинулись по улицам своими ножками — в эльфийских городах отчего-то не слишком жаловали всадников. Я откровенно крутила головой по сторонам, с удовольствием узнавая некоторые строения, запомнившиеся мне по прошлому визиту, и увлеченно разглядывал те, что тогда ускользнули от моего бдительного взгляда.

Эло слегка нервничал. Из Большого Привоза он отправил письмо отцу, в котором извещал, что вскоре явится с невестой, и теперь нелюдя терзали серьезные сомнения — одобрит ли царственный родитель выбор своего единственного отпрыска?! Я подобных колебаний не испытывала, отчего-то на все сто уверенная — не одобрит, но высказываться на эту тему не рискнула, решив не нервировать и без того поминутно дергающего ушами женишка. В конце концов, Эло, конечно, сам виноват, но кому будет лучше, если он свалится и забьется в истерическом припадке?!

Эло

«Ну наконец-то!» — восторженно крутилось в голове, когда мы въехали в ворота Города-под-Кленами. Не говоря уже ни о чем другом, я очень люблю свой родной город и успел со, учиться по нему.

Всю неделю пути Ксенон держалась мягко-отстраненно, неизменно ласково и нежно, но непреклонно внимательно, не забываязапереться в своей комнате на крючок или задвижку, не выказывать замешательства — честно говоря, ни разу еще не сталкивался с подобной реакцией на свои ухаживания,— я в то же время с нетерпением ждал, когда мы доберемся до дворца. Ксенон не выглядела счастливой, я надеялся, что роскошь и придворные развлечения вскружат ей голову и заставят забыть ту глухую тоску и отрешенность, которая появлялась в ее глазах, когда девчонка думала, что я не смотрю на нее. Надеялся, хотя и знал, что в отношении этого невероятного создания нельзя быть уверенным ни в чем. С невольной улыбкой вспомнил случай двухдневной давности. Дорога вилась вдоль какого-то луга, я как раз размышлял, сколькокомнат во дворце выделить своей невесте, как вдруг она дотронулась до моей руки и просительно сказала:

— Давай остановимся, мне так хочется побежать...

Я ничего толком не понял, но послушно натянул поводья. Девчонка благодарно кивнула, спрыгнула на землю и высадила из корзины свою собачину. Надо же, и впрямь побежала! Просто побежала, без всякой причины и цели, так стремительно, словно хотела удрать от самой себя, раскинув руки, будто собираясь обнять и прижать к себе весь мир. Длинные волосы темной фатой плескались за спиной. Пес с восторженным лаем понесся следом; выглядела эта парочка так забавно, что я не выдержали присоединился к бессмысленной погоне, удивляясь сам себе и одновременно с изумлением замечая, что постепенно ни с того ни с сего прихожу в восторг. Догнав девчонку, я опрокинул ее на траву и вгляделся в счастливо-синие глаза.